— История сотрудничества Украины и НАТО насчитывает уже более 15 лет. Отношения между североатлантическим блоком и нашей страной в настоящее время имеют весомое значение для гарантирования мира и стабильности на европейском пространстве. «Си Бриз-2008» станет очередным шагом в укреплении доверия и сотрудничества между США, НАТО и Украиной. Хочется сразу же отметить, что это миротворческие учения, в ходе которых будут отрабатываться вопросы, связанные исключительно с гуманитарными операциями. Министерство обороны открыто заявило, что целью маневров станет отработка по стандартам НАТО действий многонациональных штабов и сил во время планирования и проведения миротворческих операций. Все учения за девять лет их беспрерывного проведения являли собой вовсе не военные тренировки с взрывами, высадкой десанта и стрельбой, как думают многие, а были лишь репетицией проведения разнообразных гуманитарных акций, таких, например, как экстренная помощь населенному пункту, терпящему бедствие.
Так, а теперь самое время добавить немного остренького, для объективности, так сказать. Да и читатель это любит. Пресса у нас демократическая, а значит…
— Однако, увы, приходится констатировать, что учения «Си-Бриз» неоднократно сталкивались с непониманием народными массами их истинной сути. Так, жители Севастополя встретили вошедший в бухту американский фрегат «Клакринг» связками надутых презервативов. По данным разных источников, всего на пристани собралось до полутысячи человек, в основном пожилого возраста. Среди митингующих доминировали красный и черный цвета лозунгов, а также российские триколоры. Звучали многочисленные антинатовские лозунги…
Во рту неожиданно пересохло. Причудливый вираж Юлиной мысли скользнул куда-то в совершенно непредсказуемую сторону, зацепившись за образ американского эсминца в презервативе. Журналистка сглотнула вязкую слюну. Голова ощутимо отяжелела и закружилась, захотелось сесть или хотя бы опереться обо что-то. Солнечный удар?! В глазах на секунду потемнело, загорелые коленки дрогнули… или это тяжело дрогнула сама земля под сексуальными (хотелось бы надеяться, ведь вокруг столько классных парней в военной форме) босоножками на высокой шпильке? Юля устало прикрыла глаза, на какое-то время все-таки выпав из реальности «Си-Бриза». Когда же девушка вновь взмахнула ресницами, ее глаза широко распахнулись, мгновенно став совершенно круглыми. Все вокруг изменилось, и изменилось как-то страшно, непонятно… Каким-то совершенно непостижимым образом она оказалась сидящей на земле, мощный пятнисто-камуфлированный джип лежал на боку, а несокрушимый афросержант зачем-то бежал зигзагами прочь. Какой-то парень с длиннющим автоматом в руках по-русски орал «стой, падла!» и целился в американца из своего странного оружия. Юля готова была поклясться, что раньше этого парня здесь не было. Рядом грохнуло дважды тем звуком, который у девушки отчего-то ассоциировался с «дебилом», «палкой» и «пустой бочкой». И сразу стало тихо, как-то по-особенному тихо, будто ее прелестные ушки с крохотными каплями бирюзы в серебряной окантовке на мочках вдруг заткнули кусочками ваты. Чернокож… блин, какая разница?! — морпех рухнул ничком, выбросив вперед руку.
Тело девушки, независимо от воли хозяйки, приняло решение, на карачках заползая под ближайший стол, по счастью, не перевернутый, как большинство других. Верная «Нокия» плюхнулась в вытоптанную траву, и Юля, с трудом осознавая, что делает, подобрала мобильный и сбивчиво, будто в полусне, забормотала:
— Мне страшно… все не так, как я думала… эти учения начались прямо сейчас, и я видела уже, как минимум, одного пострадавшего… ему выстрелили в спину, и он упал… оказывается, когда стреляют, это так громко и жутко… и люди падают прямо на землю… я не знала, что такое бывает… больше не хочу… сегодня же еду домой…
Под стол заглянул уже виденный ранее парень с тем самым длинным автоматом, на конце которого сверкнул в солнечном свете узкий штык-игла. Вполне искренне улыбнувшись, он качнул головой, отставив оружие в сторону:
— Ну, вы это, вылезайте что ль, дамочка, хватит прятаться. Че ж в пыли-то сидеть? Давайте, уже, а?..
Журналистка, инстинктивно спрятав в ладони перламутровую коробочку телефона (да здравствует минимизация и высокие технологии!), неуклюже выползла из-под стола, одернула уже порядком измятое и запыленное платье.
— Вы вон тудой идите, к товарищу сержанту. А обыскивать я вас и не стану, куда уж тут оружие прятать-то, смешно даже, — к чему-то хихикнул парень, поедая глазами ее обтянутое тонкой тканью тело. Юля немедленно приободрилась, повторно одергивая коротенькое платьишко — теперь уже не с целью вернуть ему прежний вид, а дабы подчеркнуть аппетитность собственных форм.
— Идите, идите, чего стоять-то?..
Расположение береговой батареи БС-412, 17 июля 1940 года
Насладится зрелищем первого потопленного под его командованием корабля, Ивакину не дал выскочивший на поверхность Качанов:
— Леша, хорошо, что застал! Слушай, некогда объяснять, короче, бери всех свободных бойцов, раздай боекомплекты и оцепляй батарею, я в городок, там сейчас, похоже, жарко. И чтоб ни одна живая душа, ни сюда, ни отсюда, ясно? Если что, бейте на поражение, это приказ.
— Да что случилось-то?! — лейтенант с удивлением глядел на ППД в руках особиста, грудь которого перекрещивали ремни портупеи и противогазной сумки.
— Потом, все потом. Дай мне кого-нибудь из своих в сопровождение. Расскажу, как только сам пойму, что происходит. Да, имей в виду, связи с округом и штабом базы по-прежнему нет, перерезали, видно, гады. Так что будь готов, если что, действовать по обстановке. Ну и насчет провокаций помни.
— Твою мать, Серега, да что вообще… — но особист лишь нетерпеливо отмахнулся.
— Боец Деньга, ко мне. Поступаешь в распоряжение товарища старшего лейтенанта госбезопасности. Винтовку получил? Хорошо. Давай бегом, краснофлотец.
— Да, Леша, — Качанов неожиданно остановился, — с НП звонили. Ты знаешь, кого потопил? Американский крейсер-то был, во как! Ну, бывай…
Несколько секунд Ивакин пораженно глядел вслед убежавшему особисту, затем перевел взгляд в сторону моря, где с небольшим креном на борт опускался на дно расстрелянный корабль. Несколько спущенных шлюпок, набитых спасающимся экипажем, уже отвалили от борта. «Американский», ну надо же! Интересно, им-то что здесь нужно? Хотя, империалисты, что с них взять…
Лейтенант бегом спустился в артдворик, махнул рукой старшему расчета:
— Орудие зарядить осколочно-фугасным, развернуть в сторону военгородка, ствол на прямую наводку. Второе и третье отделение — орудия зарядить, следить за морем. Огонь без команды не открывать. Дежурного по батарее ко мне.
То, что никакая это не высадка десанта, да и, скорее всего, не провокация, лейтенант Качанов понял, едва только добежал до военного городка. Поверить в это ему было, в принципе, не сложно — на осмотр невесть откуда появившейся диковинной военной техники хватило буквально нескольких минут. Мрачные приземистые танки с широкими гусеницами и толстенными, словно у дивизионных гаубиц, стволами орудий произвели на него поистине неизгладимое впечатление. Невиданные боевые машины, казалось, источали какую-то скрытую под толстой броней мощь. Вот только эмблемы на бортах утыканных непонятными жестяными коробочками башен — сине-желтые флажки и националистические украинские трезубцы — были, мягко говоря, непонятны. Хотя и наводили на определенные мысли. Три других танка, судя по вооружению и ширине гусениц, легких, но зато способных перевозить внутри пехотный десант, Качанова особенно не поразили. Нет, интересная, конечно, конструкция, необычная и наверняка полезная в современном мобильном бою, но по сравнению со стоящими рядом тяжелыми танками — полная чушь! Зато восьмиколесный бронеавтомобиль лейтенанту очень понравился, разве что смешная приплюснутая башенка с пулеметом выглядела откровенно несерьезно: вон даже на БА-10 и то сорокапятимиллиметровку воткнули, а тут такая махина, еще и с десантным отсеком внутри, и всего-то пулемет, пусть даже и крупнокалиберный! На перевернутый двухосный автомобиль он и вовсе не обратил особого внимания. По сравнению с танками и броневиком последний и вовсе не котировался. Ни по какому курсу.