— Всем укрыться! — закричал я и метким ударом свалил Патрика и Сэма наземь. Теперь с одной стороны их от стрелков прикрывает телега, а с другой я.
Мои арбалетчики среагировали почти мгновенно. Щелкнули спусковые крючки, на предварительно взведенных арбалетах. Несколько чужаков упало… Но остальные не испугались, не спрятались, и сразу десяток стрел устремился в сторону моих стрелков.
— Сэм, Пат, быстро под телегу. И, что бы не случилось, носа оттуда не высовывайте! Ясно?!
Рядом свистнула стрела. Затем вторая… От третьей я увернулся лишь в последний момент. Закатился под телегу, немного потеснив притаившихся там ребят.
Лучники, похоже, опасаются повредить товары. Во всяком случае, людей, укрывшихся под телегами, даже не пытаются достать.
Быстро вынырнул из укрытия. Окинул взглядом поле битвы и заскочил обратно под телегу.
Сразу несколько стрел ударилось о мостовую. Поздно, ранковы дети!
Как минимум семеро моих людей мертвы — далеко не всем удалось забраться под телеги. Часть 'тягачей' и 'щитоносцев' попытались найти укрытие за щитами. И минуты с начала нападения не прошло, а они уже больше напоминают утыканных иглами ежей, чем людей. Хотя, может, кто-то из них ещё жив.
Стрелков я тоже успел разглядеть. С левой стороны семеро, справа осталось всего пять. И сами эти стрелки, как впрочем, и их луки, выглядели как-то несерьёзно, даже смешно. Ну да, в противном случае, жертв было бы ещё больше. Уж, хоть тут повезло… А ещё эти грыды даже не думали скрываться! Наоборот, забрались повыше, чтобы обзор получше иметь!
Что же делать?!
А то же, что и всегда!
Я вытащил из набедренной кобуры игломёт. Из двенадцати возможных, в барабане находилось лишь пять ядовитых игл, остальные гнезда были пусты. Даш! Как всегда пожадничал, не сменил полупустой барабан. Но для начала как раз хватит.
Вот. Сейчас. Самое время, лучники немного расслабились и решительных действий с нашей стороны не ждут.
Выкатился из-под телеги. Три выстрела. Три иглы несущие смерть. Перекатом обратно.
Два стрелка не удержались на развалинах и полетели вниз, что сталось с ещё одним, я не видел. Но на его счет не волновался, орочий яд действует быстро.
Сразу несколько стрел ударили о мостовую. Мимо.
— Так, ребята, меняемся местами, — прошептал я четверым старогородцам, что нашли укрытие под одной телегой со мной. — И, не дай Двуликий, эти ранковы дети наверху что-нибудь заметят…
Я лежал по центру пространства, которое милостиво прикрывала телега от взглядов и стрел чужаков. Сейчас будет сложнее и, хотя с правой стороны осталось всего двое лучников, но и меня теперь они ждут.
Выскользнул из-под телеги аккурат между двух колес. Не дай Фиерт «тягачи» телегу дернут, шею перережет, никакой Великий Прародитель не поможет.
Два выстрела. По игле на противника.
Чисто!
Ухватился руками за бок телеги и буквально вынырнул из-под её днища. Притаился.
Оставшиеся лучники больше не опасались повредить товары, а выпускали стрелу за стрелой, по второй телеге, надеясь хоть краем задеть меня. Занервничали, сволочи!
— Все быстро на правую сторону! — приказал я, меняя у игломёта барабан. Использованный сунул в карман плаща.
Я окинул своё воинство взглядом, даже если учесть тех, кто ещё прятался под телегами — маловато будет. Скрипнул зубами. Что ж убытки подсчитывать будем потом.
Выскочил из-за телеги. И опять дал три выстрела. Попал. Два раза. Третья драгоценная игла ушла в молоко.
Спрятался обратно.
— Хайдаш! — Давно так глупо не мазал. А ведь достаточно лишь царапины, чтобы яд попал в кровь.
Я осторожно выглянул из-за телеги. Лучники попрятались. Всё-таки испугались, грыды недоделанные!
— Занять оборону вокруг второй телеги!
Противник видимо, наконец, понял, что так ему ничего не светит. Что с каждой секундой промедления он только теряет свои с таким трудом завоеванные преимущества. Чужаки с громкими криками высыпали из укрытий.
Быстро прикинул. Человек тридцать. Много. Но вооружение, как и у стрелков, оставляет желать лучшего: какие-то дубинки, металлические прутья, даже на вид тупые мечи… Доспехи у большинства вообще отсутствует напрочь. Отребье!
Я вместе с тяжелоранеными оказался внутри кольца ощетинившихся воинов. Сейчас, как стрелок, я принесу больше пользы.
Отправив ещё пяток жалких людишек в гости к Хайдашу, я сменил барабан. Отнюдь не потому, что опять иглы пожалел. Нет, сегодня я до безобразия расточителен. Просто мне нужны 'языки', а для этих целей у меня как раз есть специальный барабан, снаряженный сонными иглами. Теперь мне мишенями служили те из нападавших, что имели вооружение получше, а значит, как 'языки' могли принести большую пользу.
Один из 'толкателей', потерявший где-то в пылу сражения шлем, вдруг рухнул с проломленной головой, и в образовавшуюся щель ринулось сразу двое.
На ходу выхватывая из ножен саблю, я прыгнул вперед. Первого противника рубанул по незащищенной шее, и тот, как подкошенный, рухнул на землю. Второй оказался чуть шустрее и от моего выпада каким-то чудом сумел увернуться. Зря. Умер бы быстро. А так я ударил снизу в живот…
Я занял открывшуюся брешь, сходу зарубил ещё одного противника и сцепился с хаэньцем, видимо ради разнообразия тоже вооруженным саблей. Попадись ему вместо меня любой другой старогородец, возможно ситуация сложилась бы иначе… Но я был быстрее, сильнее и намного опытнее любого человека. У хаэньца не было против меня не малейшего шанса.
Он ударил первым. С плеча. Видимо, наивно надеясь отделить мою голову от тела.
Я чуть отклонился назад и резко рубанул по запястью. Кисть, ещё судорожно сжимающая саблю, отлетела в сторону. А вскоре к ней присоединилась и голова.
Больше желающих отправиться в Пекло от моей руки не наблюдалось…
Всё кончилось. Круг распался, и мои бойцы вместе с подоспевшими патрульными теперь методично добивали разрозненного противника.
Несколько вражеских бойцов бросились наутек, а ещё двое, понимая безвыходность этой затеи, бросили оружие. Упали на колени, склонили головы и выставили вперед скрещенные руки, безмолвно моля о милосердии.
Мои люди, разгоряченные боем, не собирались упускать чужаков. Троих беглецов настигли болты, арбалетчики как раз успели перезарядить своё оружие. Ещё одного, брыкающегося и вопящего, за ноги поволокли ко мне.
— Сэм, Пат, вы живы?
Из-под телеги показалась пунцовая физиономия Сэма и несколько смущенная Пата.
— Да, Капитан… — нестройно ответили они. Поверенный с расширившимися от ужаса глазами рассматривал место недавнего побоища, он опасался встречаться взглядом с другими караванщиками, как впрочем, и шкипер.
Я обернулся к бойцам.
— Патрик и Сэм исполняли мой приказ. У них своё призвание и толку в этой мясорубке от них было бы немного.
Люди закивали, соглашаясь. Но я понимал, что на Патрика и Сэма ещё долго будут коситься и особой веры им, как соратникам, теперь не будет.
Тони и Баруг подтащили ко мне неудавшегося беглеца. Бросили в пыль у моих ног. Заросший щетиной мужик, размазывая по лицу сопли, кровь и грязь ринулся ко мне и судорожно начал покрывать поцелуями мои сапоги, моля о пощаде. Я брезгливо поморщился и двинул ногой ему в челюсть. Отошел в сторону.
— Этого добить. С остальными, — я кивнул на коленопреклоненных, трясущихся от страха старогородцев, — я разберусь позже.
Вой перешел в визг и вскоре оборвался.
— Пат, Тэш и Торим временно под твоим командованием, займитесь ранеными. Тем, кто не сможет идти, нужно будет выделить место на телегах, — я окинул взглядом своё пострадавшее воинство. — Сази, посмотри что можно сделать с колесом первой телеги… И где Брег?
— Капитан, Брег погиб…
Я грязно выругался. Прикрыл глаза. Что же за день сегодня такой!!!
— Тони, — обратился я к командиру патрульных, — возьми своих. Пройдись по дороге. Осмотрись. Проверь, не остался ли кто живой из авангарда и арьергарда. Или, может, кто из наших милых гостей жив и сейчас хитро притворяется. Троих чужаков с сонными иглами тащите ко мне. А ещё осмотрите все тела на предмет чего-либо ценного… Марикус, Табонг, возьмите по паре людей и прочешите развалины справа и слева. Если найдете кого живого — добить. Не хочу, чтобы кто-нибудь из этой падали остался.