Изменить стиль страницы

Вытянулись редкой цепочкой, ощетинившейся стволами в обе стороны. Впереди шел Ли – с бесшумным оружием он должен был тихо уничтожить одержимых или мелкую группу бандитов, если те появятся на нашем пути. Отставая на пять шагов, держа наперевес тяжелую винтовку топал я – в случае перестрелки я должен был занять позицию и помочь Ли, если у него возникнут проблемы, которые он не сможет решить. Отставая от нас метров на сто, топали все остальные…

Ковыляя и спотыкаясь на шпалах, пересекли реку. Дальше пошло проще мост был самым уязвимым отрезком пути – потому что с него некуда деться, только что в воду прыгнуть. Сейчас же мы были всего в паре сотен метров от терминала.

Ли оглянулся на меня, словно спрашивая – куда идти дальше. Я показал на стоящее в паре сотен метров от нас промышленное здание – что мне понравилось – так это то, что сектор обстрела с него был градусов семьдесят, не меньше. Можно было перемещаться по всему второму этажу и стрелять. Под обстрел не попадал мост – но мы договорились, что часть стрелков займет позиции на самом шоссе – они могли обстреливать и мост…

Кивнув, Ли пошел вперед. Скорее даже не пошел, это неправильное слово. Так двигаются змеи – плавно, и так что отдельных движений их вообще не видно. Шли мы через заросший бурьяном пустырь – на котором в некоторых местах валялись вездесущие ржавые кузова от старых автомобилей – и Ли было почти не видно в бурьяне. Получается, подставлялся, с моим ростом и неумением так двигаться, только я. Путь нам пересекало полотно дороги – она шла перпендикулярно первому шоссе и использовалась, видимо для подвоза сырья и вывоза готовой продукции с фабричных зданий. Сейчас это были, конечно, не фабрики – в лучшем случае, склады. Теперь наша страна мало что производила – производил Китай…

Внезапно, Ли исчез – так быстр, что я едва это заметил и едва сам успел увалиться за изгрызенный ржавчиной корпус большого старого пикапа. Что произошло – я не знал, но хорошо помнил – в таком случае сначала прячешься и только потом начинаешь думать и задавать вопросы…

Бандиты появились через минуту – удивительно, но Ли услышал работу двигателя с такого расстояния и при том, что впереди то стихала, то начинала грохотать с новой силой перестрелка. Это был большой, старый, темно-зеленый Форд Ф-350, а в нем было человек шесть. Куда они спешили – мне было неведомо, вполне возможно, что просто сматывались с поля боя. Бандиты есть бандиты. Винтовку я держал наготове – но стрелять не хотел. Пусть просто проедут…

Когда Ли начал стрелять – я даже не понял, что происходит. Кузов пикапа и заросли надежно скрывали меня от обнаружения с дороги, я занял позицию, оперев цевье винтовки на полуоткрытую дверь пикапа, сам скрывшись в кабине. Пикап был все ближе и ближе – и вдруг ровное урчание мотора сменилось каким-то кашлем, а потом и вовсе заглохло. Слышны были и другие звуки – какой-то хруст, непонятный шум – но на стрельбу это не походило никак…

О том, что за хруст я принял стрельбу с глушителем, до меня дошло не сразу. Когда дошло – в сердцах выругался – еще не хватало влипнуть в историю и потерять время. И так его достаточно уже потеряли. Поднялся из засады, направив ствол на дорогу, в ту сторону, откуда приехал пикап – но дорога была пуста…

Пикап стоял у обочины дороги – он не перевернулся, не загорелся, ни во что не врезался – он просто съехал на обочину и остановился. Стекол в кабине не было – а во всем остальном машина как машина, как будто ничего и не произошло. Высший класс! Ли был уже у машины, вытаскивал с водительского сидения застреленного водителя…

– Нахрена?

– Машина лишней не будет… – ответил морпех – с ветерком доедем… Я оглянулся… кузов…

В кузове пикапа, на полу лежали друг на друге трупы … трое. Смерть настигла их внезапно – ни один не только не успел выстрелить – они даже не успели понять, что происходит, как очередь из бесшумного автомата скосила всех троих. Двое явно были уголовниками, бежавшими из «Анголы» или из заведения ей подобного – татуировки на мускулистых руках (правильно, делать в зоне нечего вот они и качают железо с утра до вечера), у одного башка бритая, у другого волосы заплетены в длинную косичку. Сверху лежал белый, с косичкой – на его руке я заметил татуировку со свастикой – понятно, «Арийское братство». Вторым был негр – здоровенный бритоголовый амбал. Трогательно – белый и негр, забывшие все обиды и воюющие в одной банде. Там же, в кузове лежало их оружие – южноафриканское револьверное ружье «Протекта» с барабаном на двенадцать патронов и старая М16А1, наверное, еще вьетнамских времен – но с трехкратным оптическим прицелом, установленным поверх ручки для переноски.

Привлек мое внимание третий, лежавший под двумя другими – мне была видна только его рука. И рукав защитного цвета …

Времени не было совсем – но разобраться было нужно. Положив винтовку на борт кузова, я перевалил через борт сначала белого – его выбросить из кузова было относительно легко. А потом взялся за черного – вот его тушу, весом килограммов сто сорок – сто пятьдесят, не меньше тащить было тяжело. Но надо – примерившись, я взял его за руку, потащил и…

Третий ожил! Мне уже почти удалось перетащить здоровенную, воняющую потом и дерьмом тушу черного через борт, как вдруг – как в дурном сне, блин! – я увидел черное дуло пистолета, смотрящее на меня…

Выпустив труп негра, я рухнул на землю – просто рухнул как будто поскользнулся на банановой кожуре – в таких случаях нас учили падать именно так. Не знаю, то ли труп негра толкнул под руку стрелка, свалившись обратно в кузов, то ли просто стрелок, долгое время лежавший под двумя трупами не смог точно прицелиться – но пуля прошла мимо, причем прошла так близко, что я ощутил, как шевельнулись волосы…

Грохнулся спиной об дорогу, да так что на мгновение в глазах потемнело. Придя в себя, и не поднимаясь, я хватанул пистолет из кобуры и едва целясь, открыл огонь по кузову. Промахнуться с такого расстояния было невозможно – тем не менее, две-три пули ушли выше. Остальные продырявили борта кузова – и того, кто прятался за ними, оставив рваные дыры на металле. От кабины из пистолета-пулемета добавил Ли…

– Цел? – японец схватил меня за руку, помогая подняться – и я удивился, насколько он силен – пальцы и ладонь казались каменными…

– Жив… – я, прежде всего, был жутко зол на себя. В такую ловушку мог попасть идиот-полицейский, мог попасть морской пехотинец – но никак не мог попасть я. Нас учили – буквально вбивали в голову – что враг считается безопасным, только если лично ты выстрелил ему в голову. Нас учили – если проводишь досмотр транспорта – тебя обязательно кто-то должен страховать! Всему этому нас учил Ирак – там я помнил эти уроки и только поэтому остался в живых. А здесь – так глупо подставиться – без страховки, занять обе руки, да еще винтовку чуть ли не в руки противнику положил…

Сменил магазин в пистолете – немного подтряхивало, но именно немного – приблизился к кузову. Хоть немного повезло – ни одна из пуль не задела лежащую на краю кузова винтовку. Если бы я сейчас свою винтовку пулей разбил – вообще полный … был бы.

– Что это за…

Я смотрел на изрешеченного пулями человека в защитного цвета гимнастерке, лежавшего на полу кузова, не в силах поверить в то, что вижу. Хотя на гимнастерке не было ни погон, ни знаков различия – такую форму в своей жизни я уже видел. Приходилось… Это был кубинец…

Плохо ехать всегда лучше, чем идти. Пусть даже ты едешь по скверной дороге, в открытом кузове пикапа, рискуешь схлопотать в любой момент пулю, а рядом с тобой лежит труп и все залито кровью. Все равно – лучше ехать, чем идти…

Ли сел за руль, я – в кузов. Просто в кабине с длинной снайперской винтовкой даже разместиться было сложно – не говоря уж о том, что среагировать на внезапное нападение. А металл кузова от пуль не спасет – это не броневик. Поэтому, Ли сел за руль – из-за руля его почти и не видно, тем более что он согнулся в три погибели, чтобы не маячить в стеклах. А я забрался в кузов, вместе с винтовкой. Труп, по моему настоянию, пока оставили. Надо было разобраться с этим. И сейчас я крутил в руках трофейный ПМ русского производства – его я решил взять себе на память, тем более что в кармане кубинца, которые я наскоро обшмонал в поисках документов, документов не было, зато нашлись три запасные обоймы. Крутил в руках пистолет, поглядывал по сторонам и думал тяжкую думу.