– Я не сомневался, что ты, должно быть, уже вышла замуж и начала семейную жизнь. Всего лишь несколько месяцев назад мне попался один журнал, в котором была статья о тебе…
Вероятно, «Тайм», подумала Лари. Там в разделе «Стиль» была помещена заметка, посвященная открытию последней ежегодно проводившейся выставки творчества дизайнеров, которые стали основным способом сбора средств для благотворительных целей. Такие выставки устраивались в разных городах по всей стране. Именно Лари положила начало этой традиции, когда ей в голову пришла идея создать фонд для камбоджийских детей.
– Там была пара строчек о твоей личной жизни, продолжал Чезз. – Вот тогда я узнал, что ты так и не вышла замуж…
Он придвинулся чуть-чуть ближе к ней.
– Поэтому я наконец понял, что ждал уже достаточно долго.
Лари отвернулась от него. Другие факты из ее личной жизни, содержавшиеся в той статье, были тоже свежи в ее памяти. Там говорилось, что идея создания дома-выставки возникла у нее из-за близкой дружбы с известным военным фотографом Ником Орном, который исчез где-то в Юго-Восточной Азии.
«Люди, близкие к прекрасной мисс Данн, считают, что она, возможно, была влюблена в Орна и еще не оправилась от этой потери», – говорилось в статье, однако источники этих сведений не были названы.
Мгновение спустя Лари сказала:
– Может быть, ты ждал достаточно долго, Чезз. Но я – нет.
Он схватил ее за руку и повернул к себе.
– Лари, я сейчас совсем не тот, от которого ты убежала. И я могу предложить тебе многое.
Она попыталась вырвать руку, но его хватка была крепкой.
– Чезз, пожалуйста, я не собираюсь спать с тобой!
Он отдернул руки, словно прикоснулся к раскаленному железу.
– Так вот как ты это воспринимаешь? Как еще одну мою победу, еще одно удовольствие на одну ночь? Ради Бога, выслушай меня, Лари! Ты всегда значила для меня больше, чем любая другая женщина. Они приходили и уходили, но ты всегда оставалась здесь… – тут он прикоснулся к голове, – …и вот здесь… – и он положил руку на сердце. – Я хотел увидеть тебя снова, потому что подумал… что ни один из нас больше не должен оставаться одиноким, и я… я подумал, что мы могли бы начать все сначала. Мне безразлично, будем мы с тобой спать сегодня или нет. Я думаю о том, что будет завтра, и потом, и потом…
Лари удивленно посмотрела на него. Она поняла, что Чезз говорит о возможной женитьбе. С ума сошел, наверное. Совершенно неожиданно Чезз из человека скромного достатка превратился в сказочного богача, поэтому, вероятно, он не видел ничего необычного в своих капризах.
Лари ласково погладила по его щеке.
– Дорогой Чезз… Чезаре… Когда я буду готова подумать об этом «завтра», я дам тебе знать. Но сейчас еще слишком рано.
– Это невозможно! – воскликнул он, вскочил на ноги и стал расхаживать перед ней взад и вперед. – Carissima, не можешь же ты скорбеть вечно! Этот парень, Орн, не вернется, и ты должна понять это.
– Нет…
– Там была война, его схватили, и он погиб.
– Нет!
– Сколько времени прошло с тех пор, как он исчез? Четыре года?
Чезз остановился напротив Лари, протянул к ней руки и поставил ее на ноги.
– И ты говоришь, что еще слишком рано открыть свое сердце для другого мужчины? Открыть для меня?
Лари почувствовала, что Чезз дрожит. Он пытался заглянуть в ее глаза. В следующее мгновение он поцеловал ее и страстно прижал к себе.
Лари не делала попыток вырваться. И все же, как только его губы коснулись ее губ, она поняла, что он не смог зажечь в ней такую же страсть.
Когда Чезз понял это, он отпустил ее и с непонимающим видом покачал головой.
– Какая потеря! – произнес он.
Чезаре велел шоферу отвезти мисс Данн обратно в отель, но не стал провожать ее. Когда Лари ехала обратно по Агишевой дороге, которой было уже две тысячи лет, она говорила себе, что четыре года на самом деле – не такой уж большой срок. В конце концов, время пролетело быстро. Вспоминая эти годы, она не видела ничего, кроме водоворота коротких любовных связей и толстой пачки эскизов прекрасных комнат.
Слишком рано? Быть может, она ждет Ника слишком долго? Или недостаточно долго? Почему она не может перестать думать о нем? Вероятно, потому, что ее предназначение – никогда не забывать ни о ком из близких, никогда не переставать искать основы жизни – отца, мать, любимого. Но когда-нибудь эти поиски должны закончиться.
Впервые ей пришло в голову, что, может быть, вовсе не слишком рано освободиться от этой мечты. Скорее наоборот, слишком поздно.
ГЛАВА 37
Сингапур, март 1985 года
Пожилой бородатый китаец в черном шелковом халате ждал Лари, когда она поспешно вошла в вестибюль отеля «Империал Лайон», вернее, в то, что в конце концов должно было стать вестибюлем, когда строительство будет завершено. Сейчас это было всего лишь просторное помещение с некрашеными стенами, бетонными полами, которые предстояло облицевать мрамором, и несколькими лампами на потолке, которые должны были освещать вестибюль до тех пор, пока не будут установлены люстры, изготовленные по рисункам Лари.
– Прошу прощения за опоздание, профессор Ю, – извинилась Лари.
У нее не было никакой веской причины. Просто ее отвлекли очаровательные магазинчики вдоль Чейндж-Эли. Она считала, что это самая интересная улица в Сингапуре. Потом, по пути к Орчард-Роуд, гостиничному центру города, такси задержала традиционная китайская похоронная процессия в сопровождении плакальщиков, которые больше походили на счастливых завсегдатаев вечеринок, когда шли босиком следом за духовым оркестром, играющим самую веселую музыку.
– Не надо извиняться, мисс Данн. Свободное время – это дар, который мудрецы всегда приветствуют.
Лари подумала, как было бы замечательно, если бы она смогла научиться так же мудро подходить к своему свободному времени. Она сунула руку в сумку и достала оттуда конверт с деньгами, который ей велели принести – красный конверт, как было условлено, – и вручила его китайцу. Он опустил его в свой черный шелковый халат, не проверив содержимое.
– Давайте начнем немедленно, – сказал он.
Профессор Ши Ю был членом буддистской секты «Черная Шапка» и мастером «Фенг Шуй». Ни одно строительство света не обходилось без его участия. Наравне с архитектором пли декоратором он определял внешний и внутренний вид нового здания. «Фенг Шуй», мистическое искусство, возникшее в Китае много тысячелетий назад, основывалось на вере в присутствие некой космической энергии, или «чи» во всем, что окружает человека. Поэтому и правильную конструкцию и расположение жилых домов, а также дверей, окон, стен, мебели, зеркал и других предметов домашнего обихода можно определить исходя из того, каким образом при этом будет передаваться «чи» – положительным и благоприятным или же отрицательным и разрушительным. В течение веков искусство «Фенг Шуй», что в буквальном переводе с китайского означало «ветер и вода», развивалось и превратилось в свод музыкальных правил, которые необходимо было соблюдать, чтобы любое здание стало благоприятной средой для своих обитателей или приютом успешного бизнеса. Считалось, что если стена, в которой находится дверь спальни, не прямая, то это принесет болезни и несчастья жильцам комнаты. Если кассовый аппарат стоит под лестничным колодцем, то это плохо для бизнеса. Дверь, расположенная точно напротив большого окна, выпускает из дома положительную энергию. Направление подъездной дороги, форма плавательного бассейна, размер участка земли, расположение домов по отношению к воде и дорогам – все это регулировалось правилами «Фенг Шуй», которые распространялись все дальше и дальше. Древнее искусство шло в ногу со временем и диктовало даже, где следует размещать компьютеры.
Когда Лари согласилась выполнить свой первый проект на Востоке – оформить отель в Гонконге по заказу Европейского консорциума, – она ничего не знала о «Фенг Шуй». Но приехав туда, чтобы взглянуть на все собственными глазами, она проконсультировалась с местным архитектором, чтобы привлечь его к работе по изготовлению чертежей, и он просветил ее относительно важности «Фенг Шуй». Лари был чужд восточный мистицизм, однако нельзя было не считаться с местными специалистами, которые примут участие в осуществлении проекта. Многие рабочие проявляли суеверное нежелание работать на объекте, который проектировался и строился без учета правил «Фенг Шуй». Одна крупная западная банковская корпорация решила проигнорировать восточную традицию, построив в деловой части Гонконга небоскреб, при сооружении которого были нарушены многие догматы «Фенг Шуй». По этой причине компания испытывала трудности в найме служащих. Люди боялись работать в ее офисах. В конце концов пришлось пригласить «специалиста», который предложил «лекарства» от всех проблем. Лари была достаточно умна, чтобы не оскорблять обычаи других людей. Однако когда она сообщила представителям консорциума стоимость услуг специалиста по «Фенг Шуй», которую следовало приплюсовать к стоимости оформления интерьеров, они отказались. Тогда Лари сказала, что возьмет эти расходы на себя, но при условии, что они согласятся возместить их ей в двойном размере, если в первый год эксплуатации отель станет одним из самых прибыльных в Гонконге. Ее предложение было принято.