Если же требуется, чтобы свободная речь христианского проповедника была свята и назидательна, тогда должен он быть полон детского упования на непосредственную помощь Св. Духа. В Символе веры говорится: мы веруем "и в Духа Святого". Можно опасаться, что многие не исполняют этого в действительности. Бегать туда и сюда целую неделю, терять таким образом время и затем прибегать к помощи Духа Святого - это нечестивая дерзость, это - стремление сделать Господа слугою нашей лени, нашего нерадения. Если же это вызывается лишь необходимостью, тогда это совсем иное дело. Если необходимо произнести проповедь без приготовления, тогда с полным упованием можно возвести взоры свои на Господа. Несомненно, Дух Св. приходит в таких случаях в соприкосновение с человеческим духом, помогает ему подняться из его слабости и рассеянности и дарует ему силу познать и провозвещать Божественную Истину. Это Божественное посредничество, подобно чудесам, не назначено для того, чтобы, надеясь на него, мы умаляли наши собственные усилия, наше собственное прилежание. Оно есть лишь помощь Господа, на которую мы должны уповать в нашей крайности. Его Дух будет всегда близок нам, особенно же в служении Его святому делу. И, как ни серьезно советую я вам не злоупотреблять проповедями экспромтом до тех пор, пока не укрепитесь вы в исполнении обязанностей вашего звания, тем не менее прошу я вас, говорите так всегда, когда вы бываете вынуждены к тому и твердо уповайте, что вам дано будет свыше, что сказать в этот час.
Если же будете вы, наконец, столь счастливы, что достигнете совершенства в свободной речи, то не забывайте, что вы очень легко можете снова потерять его. Я говорю это по собственному опыту, и, по-моему, это - лучшее доказательство, какое я могу предоставить в данном случае вам. Если я удлиняю и расширяю мои заметки два воскресенья подряд, на третье воскресенье мне требуется еще более расширить их. Точно так же вижу я, что если я начинаю более полагаться на свою память, то это желание начинает сильно сокращаться. Кто из одного каприза своего начнет ходить с помощью палки, тому эта палка скоро сделается необходимою. Если наденете вы очки, то скоро и не в состоянии будете и обходиться без них; если же проходите вы целый месяц на костылях, они тоже сделаются необходимыми для вашего движения, хотя вы и совсем здоровы. Дурные привычки приносят вред и самой природе. Вы должны постоянно упражняться в свободной речи. Чтобы развить свой талант проповеднический, вы должны говорить возможно чаще в домах поселян, в школах наших деревень, даже на улицах, перед двумя-тремя встречными слушателями, - и тогда ваши успехи в этом деле станут очевидными для всех.
Позвольте еще предупредить вас, чтобы избавить вас от многих скорбей и неожиданностей. Сегодня ваш язык может быть уподоблен перу превосходного писца, завтра же ваши слова и даже мысли могут снизойти на точку замерзания. Все, что живет, чувствует; на вас могут действовать множество разнообразнейших влияний; вполне рассчитывать можно лишь только на чисто механические действия. Не удивляйтесь поэтому, если часто будет казаться вам, что вы потерпели полную неудачу, а на деле окажется, что вам все прекрасно удалось. Вы не должны в этом случае ожидать помощи ни от кого, кроме себя самих. Но никакое упражнение, никакая привычка не принесут вам пользы без упования на Господа; и если удастся вам 49 раз проповедовать хорошо, - это еще не может быть ручательством за то, что вы будете также хорошо говорить и в 50-й раз, потому что, если Господь оставит вас, вы не сдвинетесь с места. И потому все ваши колебания и запинки в речи должны лишь учить вас смирению и напоминать вам, где искать себе помощи и подкрепления.
Прежде всего остерегайтесь, чтобы язык ваш не предупреждал ваши мысли. Остерегайтесь пустословия, скучной болтливости, умения ничего не выразить даже и во многих словах. Как радуются всегда неудаче какого-либо проповедника, много воображающего о себе, но на деле никуда не годного! Подобная участь ждет всех, подверженных этой слабости. Братья, ведь очень плохо - ничего не сказать, проговорив бесконечно долго. А ведь это обычное явление у нас - толчение на одном месте, бесцветное переливание из пустого в порожнее, бессодержательный набор слов или пустое хвастовство; ведь это стыд и позор для искусства свободной речи. Какую пользу могут принести прекрасно выраженные, но ничего не выражающие мысли? Из ничего ничего и не выйдет. Свободная речь без предварительного изучения есть облако без дождя, источник без воды. Такая речь - опасный дар как для своего обладателя, так и для его паствы. В мою коллегию просились люди, которым я должен был отказать в приеме, так как они, не имея никакого образования и лишенные чувства понимания собственного невежества, обладали при том таким самомнением и такою болтливостью, что даже опасно было бы развивать их. Некоторые из них даже напоминали мне дракона из Откровения Иоаннова, у которого излилась из пасти такая масса воды, что едва не увлекла за собою жену. Словно заведенные часы, болтали они свое "тик-тик, тик-тик", пока не дошла до конца их пружинка. И счастлив тот, кто не слыхал их. Проповедь подобных людей можно уподобить роли столяра в "Сне в летнюю ночь", когда он изображает из себя льва. "Вы можете исполнить это экспромтом, потому что ведь тут нет ничего, кроме одного рева". Лучше совсем лишиться способности живой речи, или лучше даже никогда не обладать ею, нежели спуститься на степень простых крикунов, живых представителей звенящей меди и звучащего кимвала, о которых говорит апостол Павел.
Я мог бы еще многое прибавить к сказанному, если бы захотел говорить в своей лекции о том, что называют обычно проповедями ***, т. е. о приготовлении к проповеди со стороны содержания. Но это уже совсем другой и, по моему мнению, весьма важный предмет; о нем лучше мы поговорим в другой раз.
11-я лекция Уныние
Как читаем мы о Давиде, что он утомился душою среди жизненных невзгод, так то же самое можно сказать и относительно всех служителей Господа. Припадки уныния нередко овладевают большинством из нас. Как бы ни были мы радостны, но время от времени все же уныние поражает нас. И сильные не всегда бывают сильны, мудрые не всегда находчивы, храбрые не всегда смелы, веселые не всегда счастливы. Встречаются иногда железные люди, на которых не имеют влияния обычные житейские скорби и нужды; но конечно, и на них тоже кое-где встречается ржавчина. Что же касается обыкновенных людей, то Господь хорошо знает, что они лишь - прах, и Он дает понимать это и им самим. Из очень горького личного опыта знаю я, что означает это великое душевное уныние. Я сам нередко испытывал и испытываю его, и потому думаю я, может быть, не бесполезно будет для моих собратий, если я поделюсь с ними своими мыслями. В данном случае я желаю, чтобы хорошо знали молодые люди, если в будущем с ними случится нечто необычайное, если внезапно овладеет ими уныние, что даже и те, кому светит наирадостнейший луч, не всегда живут в свете его.
Нет никакой надобности доказывать цитатами из житий величайших служителей Божиих, что периоды жесточайшего уныния нередко было достоянием и всех их... Вместо того, чтобы приводить эти примеры, займемся лучше обсуждением следующих вопросов: для чего допускаются подобные случаи, как происходит то, что сыны света странствуют во тьме, почему непроглядный мрак окружает иногда провозвестников вечного Света?
Не происходит ли это, прежде всего, оттого, что они люди? А так как они люди, то и окружены всевозможными слабостями, всюду наследуют скорби. Очень справедливо говорит Иисус сын Сирахов: "Много трудов предназначено каждому человеку, и тяжело иго на сынах Адама, со дня исхода из чрева матери их до дня возвращения к матери всех. Мысль об ожидаемом и день смерти производит в них размышления и страх сердца. От сидящего на славном престоле и до поверженного на земле и во прахе, от носящего порфиру и венец и до одетого в рубище... Хотя это бывает со всякою плотью, от человека до скота, но у грешников в семь крат более сего". Благодать Божия во многом помогает нам, но так как мы не всегда проникнуты ею, то и поражают нас скорби. Всякий благочестивый человек встречает скорби в земной своей жизни, а проповедники, конечно, должны ожидать скорбей еще в большей степени, нежели остальные люди, чтобы поучились они иметь сочувствие к своей страдающей пастве, чтобы сделались истинными пастырями ее. Если бы для проповеди Слова Божия были посланы на землю бестелесные духи, они не в состоянии были бы постигнуть чувства людей, которые пока облечены плотяною оболочкою, осуждены почти на непрерывные скорби. Ангелам могло бы быть поручено провозвестие Евангелия, но их небесные свойства помешали бы им сочувствовать людскому неведению... Люди и только люди, подверженные всем людским немощам, избраны премудрым Господом орудиями Своей благодати; а отсюда - и наши слезы, наше уныние.