Изменить стиль страницы

«Нет. Не может быть. Я ж не предсказатель…

Но ведь с Машей я угадал. Что если Земскому, правда, навешают битух?…

…Не помешает. Так ему, гаду, и надо…

…А вдруг убьют? Хоть и урод, а лучше предупредить…

…А если окажется лажа? Меня же засмеют. Нет, лучше уж молчать в тряпочку…

…А если его убьют?!»

Слегка пошатываясь, Олег спустился с чердака. В конце полутемного коридора возле дверей актового зала толпились ребята. Голова по-прежнему болела, и он едва ли не отвращением подумал, что снова придется окунаться в грохот и духоту. К тому же его продолжали терзать сомнения, стоит ли вылезать со своими пророчествами. Он боялся стать всеобщим посмешищем, ведь и сам толком не понимал, что означает его видение. Он замедлил шаг, но тут в рассуждения просочилась назойливая мысль, что если Земского убьют в уличной драке, он никогда себя не простит. Он всегда будем помнить заевшую молнию, панический страх и отчаянную мольбу: «Я все отдам». Он снова будет переживать эту сцену изнутри жертвы и одновременно чувствовать себя соучастником убийства.

Да, он должен сказать Земскому. Стоило ему принять решение, как в мозгу засверлило: а если это всего лишь бред, больное воображение? Маятник уверенности вновь стремительно несся к полюсу: нет, лучше оставить все, как есть.

«Почему сейчас, когда мне нужно выбрать верное решение, эта вонючая интуиция молчит?! – со злостью подумал он. – Хотя бы какой-то намек. Не гадать же на монетке «орел-решка». А что если положиться на случай? Если я увижу Земского не заходя в зал, то подойду, а если нет, то искать не буду», – решил Олег.

Его приближение вызвало заметное оживление. Весть о поцелуе облетела народ. Да и бегство первой школьной красавицы не осталось незамеченным. Раздались шутливые подколки.

– Смотрите, наш секс-символ идет. Воропай, как тебе удалось закадрить самых клёвых девчонок?

Может быть, в другой раз Олег и нашелся бы, как ответить острякам, но сейчас он чувствовал себя, как выжатый лимон. Ему хотелось одного – спрятаться в укромное место и закрыть глаза.

Земского и компании не было видно.

«Значит, так тому и быть», – решил Олег и, не доходя до зала, свернул к лестнице.

Отчасти он испытал облегчение оттого, что не придется разговаривать с Земским. И все же уверенности в том, что поступает правильно не появилось. Он стал спускаться. Навстречу ему поднимались Земской и компания. Провидение сделало свой выбор. Жребий был брошен.

– О! Уже отчаливаем? Чего так? Больше веселиться не хочешь? – с издевкой спросил Юрка.

– А ему это… веселье чуждо, – гоготнут Егоров.

Олег пропустил подколки мимо ушей. Он до сих пор колебался, стоит ли говорить Юрке о своем предвидении. Сначала хорошо бы узнать, какой дорогой Земской ходит домой. А то, может, он вообще идет по проспекту. Олег никогда не интересовался, где он живет.

– Слушай, Земской, ты домой идешь мимо стройки?

– А тебе-то что? Хочешь проводить? – усмехнулся Юрка.

Не обращая внимания на его сарказм, Олег продолжал:

– Я серьезно. Ты срезаешь путь мимо старых кирпичных домов?

– Ну?

У Олега в желудке пробежал холодок. Таких совпадений не бывает, ведь он понятия не имел, в какой стороне живет Земской. Надежда на то, что Юркин дом окажется совсем в другой стороне, и тогда можно будет забыть про странное видение, рухнула.

– Сегодня лучше там не ходи. Иди лучше по светлому, – сказал Олег.

– Чего это вдруг? – зло прищурился Земской.

– Чтоб тебе алюлей не накидали, вот чего, а то покалечат. В общем, я тебя предупредил, а ты поступай, как знаешь, – сказал Олег, понимая, что разговор явно пошел не по тому руслу.

Земской по-своему истолковал добрые намерения нечаянного пророка и, вскипев, двинулся на него:

– Ты на кого тянешь? Ты мне угрожаешь? Да я тебя самого урою!

Как мало было общего у этого самоуверенного, дерзкого парня с его испуганным двойником, который, размазывая сопли, лепетал: «Я все отдам». Было удивительно увидеть человека с теневой стороны, скрытой от посторонних глаз. Земской вечно строил из себя крутого. Олег никогда бы не подумал, что в момент опасности местный «супермен» так раскиснет. Его и самого пару раз останавливала шпана, и он знал, что главное, не показывать им, что боишься, хотя и на рожон лезть не стоит.

Макс и Лева силой удержали своего друга.

– Брось. Вон математичка стоит. Мы с ним после разберемся, – процедил Лева.

– Ладно, пустите. Сам знаю, – отмахнулся от них Юрка, а потом снова обратился к Олегу: – Твое счастье, урод. Но лучше меня не зли.

«Вместо благодарности», – мрачно подумал Олег. Стиснув зубы, он двинулся по лестнице вниз. В любом случае, теперь его совесть чиста. Нужно было еще найти Машу, но оставаться здесь дольше он не мог. Ему хотелось побыть одному и подумать обо всем, что сегодня произошло. Решив позвонить Маше из дома, Олег спустился в раздевалку и взял куртку.

ГЛАВА 10

Ночь загасила огни окон. Город ослеп. Вымершие улицы, подсиненные неоновым светом фонарей, были пустынны, и напоминали фантастические покинутые города с полотен художника Кирико. Одна лампочка тревожно пульсировала: то разгоралась, то почти гасла, и в ней едва теплился призрачный, сиреневый свет. Фонарь как будто сигналил о надвигающейся беде. Напоследок он вспыхнул особенно ярко и потух.

Олег не спал. За последние сутки на него обрушилась лавина событий. Встреча с длинноволосым и его неожиданная смерть. Объяснение с Машей, поцелуй Ирки, отвратительная сцена на чердаке. Но больше всего Олега беспокоили странные, необъяснимые видения. Они накатывали неожиданно, парализуя его волю. Призраки, порожденные его мозгом, словно вампиры, пили энергию, высасывали все соки, оставляя без сил. Что означали эти кратковременные бегства из реальности? Может быть, он сходил с ума?

Было уже далеко за полночь, когда наконец он задремал. Казалось, он только уснул, когда его разбудил настойчивый телефонный звонок. Олег спросонья автоматически схватил трубку, еще не до конца вернувшись в реальность.

– А? Алло.

– Воропаев?

– Ага.

Голос был слегка знакомый, но Олег не мог сразу понять, кто говорит.

– Это из школы. Тебе нужно срочно прийти.

На этот раз Олег узнал голос секретарши директора.

– А что такое? – поинтересовался Олег.

– Тебя вызывает Семен Маркович.

От удивления с Олега слетели остатки сна. Интересно, зачем он мог понадобиться дяде Сэму в начале каникул?

– Зачем?

– Придешь, узнаешь. И поторопись. Тебя ждут, – отчеканила секретарша и повесила трубку.

Олег вскочил с кровати. Вызов к директору ничего хорошего не сулил, но что могло стрястись? Неужели Земской и компания выполнили свою угрозу и наврали, будто он принес в школу дурман? Если вся троица дружно обвинит его, то он ничего не сумеет доказать. Но какой им прок на него наговаривать? Тем самым они только себя подставят. И все же других причин он найти не мог.

Наскоро умывшись и одевшись, Олег вышел из дома.

За длинным столом в кабинете директора восседали оба завуча, классная руководительница и участковый милиционер. При виде блюстителя порядка Олег сначала оробел. Если вызвали милицию, дело должно быть нешуточным. «Наркоты у меня нет. Они все равно ничего не докажут», – попытался успокоить себя Олег.

– Ну, Воропаев, рассказывай все по порядку, – сурово скомандовал директор.

– Про что?

– Про Земского.

– Я ничего не приносил. Это они сами, – выпалили Олег.

– Что не приносил?

– Я не знаю. Я в этом не разбираюсь. Я просто видел, как они курили на чердаке.

– Кто?

– Земской, Маркин и Егоров. Я с ними не курил.

– А что ты делал на чердаке? – спросил милиционер.

– Ничего. Просто шел мимо и увидел, что дверь открыта.

Участковый обернулся к директору:

– Непорядок. Дверь на чердак надо запирать.

– Она у нас вообще-то заперта, – уязвлено заметил директор, как будто его лично уличили в нерадивости, и, не скрывая раздражения, обратился к Олегу: – Дискотеку для вас устраивают не для того, чтобы по чердакам таскаться. И что дальше?