Реальный ход событий
Весной 1941 года Жуков пытался убедить Сталина в необходимости нанесения упреждающего удара по Германии. Новый глава Генерального штаба подготовил «Доклад Председателю Совета Народных Комиссаров по Плану стратегического развертывания Вооруженных Сил Советского Союза к 15 мая 1941 года». В этой, написанной от руки докладной записке Жуков выступал за открытие немедленных наступательных действий силами 152 дивизий против предполагаемых 100 немецких дивизий, сосредоточенных в Польше. Учитывая множество проблем, стоявших перед Красной Армией, Сталин не дал хода предложению Жукова. Он был убежден, что подобная операция была бы шагом отчаяния. 22 июня 1941 года Германия вторглась в пределы Советского Союза. Несмотря на чудовищные потери, Красная Армия выстояла, разгромила вермахт и четыре года спустя вошла в Берлин.
Библиография
Андреев В. А. и другие. История Великой Отечественной Войны Советского Союза 1941–1945 гг. — М.: Воениздат, 1961. Т. 1.
Blair, Clay, Ridgway's Paratrapers. The American Airborne in World War II. The Dial Press, Garden City, New York, 1985.
Boog, Horst, ed., Germany and the Second World War, Volume IV, The Attack on the Soviet Union. Research Institute for Military History, Potsdam, Germany, 1996, translated by Dean S. McMurry, et al. Clarendon Press, New York, 1998.
Glantz, David, The Military Strategy of the Soviet Union. A History. Frank Cass, London, 1992.
Glantz, David, and House, Jonathan, When Titans Clashed. How the Red Army Stopped Hitler. University of Kansas Press, 1995.
Haupt, Werner, Army Group Center. The Wehrmacht in Russia 1941–1945. Schiffer Military History, Atglen Pennsylvania, 1997.
Jentz, Thomas J., Panzer Truppen. The Complete Guide to the Creation and Combat Employment of Germany's Tank Force 1933–1942, 2 volumes. Schiffer Military History, Atglen Pennsylvania, 1996.
Крупченко И. П. Советские танковые войска 1941–1945. — М.: Воениздат, 1973.
Piekalkiewicz, Janusz, The Cavalry 1939–1945. Historical Times, Harrisburg, Pennsylvania, 1987.
Генерал армии Радзиевский А. И. Танковый удар. Танковая армия в наступательной операции фронта по опыту Великой Отечественной войны. — М.: Воениздат, 1977.
Schlieffen, General Field Marshal Count Alfred von, Cannae. The Command and General Staff College, Fort Leavenworth, Kansas, 1936.
Shukman, Harold, ed., Stalin's Generals. Grove Press, New York, 1993.
The Soviet Air Force in World War II. Doubleday, Garden City, New York, 1973.
This is a translation of the Soviet Ministry of Defence official history of the Soviet Air Force in World War II; Spick, Mike, Luftwaffe Fighter Aces. The Jagtflieger and their Combat Tactics and Techniques. Greenhill Books, London, 1996. Stroves, Rolf O., 1st Panzer Division History, 1939–1945. Podzun, Bad Nauheim, 1962.
Суворов В. Ледокол. Кто начал Вторую мировую войну? — М., 1999.
Суворов В. День «М». Когда началась Вторая Мировая Война? — М., 2000.
Глава 5. Дверь захлопнулась[108]
Педди Гриффит
От Эль-Аламейна до Басры, 1942 год
Итак, каждый солдат должен понимать: цель похода — Суэцкий канал.
Белый дом, Вашингтон
Они сидели в Овальном кабинете Белого Дома, президент Франклин Делано Рузвельт передал своему высокому гостю телеграмму, в которой говорилось о падении Тобрука, и его несколько ошеломила глубина переживаний, с которыми тот встретил данное известие. «Поражение — это плохо, но позор — еще хуже», — мрачно произнес Уинстон С. Черчилль, который был заметно потрясен печальным известием. Он развил эту свою мысль, сравнивая потерю крепости в пустыне — вкупе с 33 000 плененных солдат и ни с чем не сопоставимыми ресурсами материально-технического снабжения — с не менее горьким унижением, которое пришлось пережить из-за падения Сингапура каких-то четыре месяца назад. А может быть, и большим, потому что Тобрук рассматривался как символ решительного отпора неприятелю, поскольку он успешно противостоял восьмимесячной осаде, в которой прошло все лето 1941 года, и полностью остановил блестяще начатое немецкое наступление. Теперь же, 20–21 июня 1942 года, та же крепость пала за каких-то 36 часов, можно сказать еще до того, пока кто-либо заметил, что она снова подвергается штурму. Из былого олицетворения бульдожьего упорства британцев Тобрук мгновенно превратился в наглядное свидетельство их неспособности к решительным действиям, их прирожденной мягкотелости и бесхарактерности, являющихся очевидной причиной нескончаемой череды поражений. Реакция общественного мнения Британии будет видна через неделю, когда правительство проиграет промежуточные выборы в Малдоне. После этого в Палате общин будет поставлен на голосование вотум недоверия правительству.
И то обстоятельство, что Эрвин Роммель, этот не знающий усталости «Лис Пустыни», был произведен в генерал-фельдмаршалы (став самым молодым из всех фельдмаршалов немецкой армии) на следующий же день после того, как он заставил Тобрук сдаться, не могло служить утешением Черчиллю. Британскому премьер-министру не могло помочь и то, что его генералы неоднократно предупреждали его, что у них не будет ни одного шанса удержать Тобрук, как только будет прорвана главная линия обороны, расположенная далее, к западу у Газалы. Целый ряд военных специалистов пункт за пунктом перечислял все зияющие прорехи в системе обороны Тобрука, которая растаскивалась до основания ради укрепления позиций на передовой. Ну и наконец, не доставляло никакого удовольствия слышать, что 2-я южноафрикакская дивизия, которая несла службу в качестве гарнизона Тобрука, была необстрелянной, что она не имела боевого опыта и ни в какое сравнение не шла с закаленными и испытанными в боях австралийскими солдатами, которые стойко и мужественно выполняли те же самые обязанности в предыдущем году. Потерянная в Тобруке дивизия составляла не менее одной трети всего воинского контингента, отправленного на войну доминионом Южной Африки. То обстоятельство, что эта дивизия попала в плен, наносило сокрушительный удар по и без того непрочному единству мировой системы Британского содружества наций.
Множество предупреждений, заранее предсказывавших Тобруку печальную судьбу, никак не смягчало силу удара. Наоборот, благодаря им Черчиллю становилось еще труднее проглотить трагическое, но неизбежное падение этой крепости. Слишком уж хорошо ему было известно, что он и только он нес ответственность за масштабы разгрома. В глубине души Черчилль прекрасно понимал, что он почти единолично принял решение не обращать внимания на все предупреждения, руководствуясь только своим самолюбием и ошибочным опасением плохо выглядеть в глазах прессы. Находясь на расстоянии 6,5 тысяч км, он отсюда, из Вашингтона, старался мысленно передать защитникам Тобрука установку на победу, как если бы благодаря одной только невероятной, ниспосланной свыше силе его внушения сами собой возникнут минные поля, рвы и траншеи, противотанковые пушки и несгибаемое упорство сражающихся. Применительно к Тобруку эти телепатограммы не сработали в любом из всех возможных вариантов — ни как средство связи, ни как метод агитационного воздействия. Единственным результатом стало то, что сам Черчилль понял, что ему совершенно не следовало лезть в это дело. Ведь именно он практически единолично отклонил предложение своих военных специалистов и внес свое сиюминутное решение оборонять Тобрук, и это стало главным препятствием в их работе. Должно быть, в тайне от всех теперь он видел себя человеком, которому хотелось и птичку съесть, и песенку послушать, человеком, по воле которого был полностью развален хорошо организованный отход 8-й армии в восточном направлении, и все из-за продиктованной политическими соображениями попытки удержать непригодный к обороне город только из-за того, что его название было на слуху у общественности.
108
«Если бы Египет пал, захлопнулась бы дверь, ведущая в три континента», Nicolson, (Николсон), Alex, p. 152.