![Психотерапия: учебник для вузов i_020.png](https://litlife.club/books/113264/read/images/i_020.png)
Рис. 4.3. Каналы движения энергии в биоэнергетике
Второй путь – психологический путь борьбы с негативными эмоциями страха, гнева, отчаяния и боли, а также с опасными переживаниями (влечениями) страсти и любви связан с функционированием таких механизмов психологической защиты (I слой), как отрицание, недоверие, обвинение, проекция, рационализация и интеллектуализация.
Отрицание состоит в том, что пациент отрицает (не чувствует, не осознает, не видит, не ощущает) свои негативные чувства и переживания. На вопрос: «Что вы чувствуете?» пациент отвечает: «Не знаю» или «Ничего не чувствую», хотя при этом имеются соматические эквиваленты этих чувств. При наличии отрицания достаточно трудно войти в переживания клиента, они как бы отсутствуют, а их место в сознании заполняется вторичными, «разрешенными» переживаниями, например переживанием пустоты при оральной характерологической структуре, когда подавляются и отрицаются собственные желания.
Недоверие проявляется в том, что пациент не верит в искренность чувств других людей, в то, что его можно любить, что он достоин любви, что он ценен для партнера, что другой может проявлять к нему искренние позитивные чувства. Пациент все время ожидает подвоха, того, что вот–вот всплывут истинные чувства человека, который притворяется. Пациент постоянно спрашивает у партнера: «Ты меня любишь?», «Ты меня не бросишь?» и т. п. При выраженном недоверии человек чувствует себя одиноко, изолированно, он входит в зависимые отношения: либо «цепляется» за партнера, постоянно требуя доказательств любви и верности, либо, наоборот, дистанцируется от него.
Обвинение состоит в том, что ответственность за свои чувства и переживания приписываются другому человеку, который соблазнил, настоял, не проявил должного внимания и т. п. Пациент не хочет разобраться в себе, а обвиняет в своих проблемах кого–то другого.
На описании таких защитных механизмов, как проекция, рационализация и интеллектуализация, мы останавливаться не будем: сведения о них читатель найдет в главе, посвященной психодинамической терапии.
Устойчивые (стилевые) защитные образования личности конституируют ее характер. Лоуэн выделяет пять главных характерологических структур: шизоидную, оральную, нарциссическую, мазохистическую и ригидную. Эти типы характера являются специфическими формами либидозной фиксации.
Шизоидная характерологическая структура имеет тенденцию к расщеплению и диссоциации, мышление изолировано от чувств. Генезис этого характера – неприятие, отвержение ребенка матерью уже с первых дней его жизни. Часто такое отвержение сочетается с открытой или скрытой враждебностью. Основное базовое убеждение шизоида – «мир чужой», «мне неуютно в мире». Отсюда – изолированность и отчужденность от мира как ключевые черты шизоидной личности. Шизоид избегает близких отношений (боится повтора детской травмы), убегает от реальности в мир фантазий, замещает эмоции интеллектом, поэтому поведение шизоида, свободное от эмоциональных переживаний, было названо поведением «как будто»: «как будто люблю», «как будто живу» и т. п.
Оральная характерологическая структура возникает вследствие недостатка материнской заботы и поддержки в раннем детстве. Такая травма переживается как покинутость и лишение[102]. Один из вариантов генеза этого характера – кормление ребенка строго по часам: ребенок хочет есть, а его «выдерживают» («пусть кричит – развивается голос»), приучая, по мнению родителей, к порядку, или же ребенку приходится лежать в мокрых пеленках, на его крик не обращают внимания. Такой «оральник» всю жизнь ощущает беспомощность, нуждается в поддержке и помощи, но не верит в возможность их получения. Он чувствует, что не заслуживает ни любви, ни помощи, ни поддержки, поэтому пытается заслужить или купить любовь и дружбу. Зависимость, несамостоятельность, сильное желание получить поддержку и помощь и неверие в такую возможность, страх быть брошенным и покинутым – основные черты данного типа характера. Такие люди склонны притворяться больными, чтобы привлечь к себе внимание, а также подвержены депрессиям.
Нарциссическая характерологическая структура формируется в ситуации, которую можно обозначить как скрытую эротизацию отношений с ребенком (скрытое интимное обольщение, соблазнение ребенка). Как отмечает Лоуэн, соблазняющий родитель вводит ребенка в заблуждение: с одной стороны, он его соблазняет, а с другой – этот соблазн призван удовлетворить нарциссические потребности родителя. Родителю в действительности нет дела до ребенка – он нацелен на привязывание ребенка к себе. Соблазняющий родитель отвергает потребности ребенка в поддержке и физическом контакте. Поэтому такой ребенок в дальнейшем закрывает (запирает) свои чувства в себе. Любая попытка открыться к собственным чувствам воспроизводит боль отвержения соблазняющим родителем своего пола в детстве – такой человек не чувствует свою ценность как мужчина (женщина). Он «отрицает свои чувства любви и нежности к значимым другим людям, избегая тем самым боли отвержения и опасности инцеста» (Лоуэн, 1999, с. 123). Ребенок, попадающий в ситуацию соблазнения родителем противоположного пола, бросает вызов родителю своего пола. И дабы быть принятым этим родителем, следует отказаться от близких отношений с родителем противоположного пола, а в дальнейшем – с противоположным полом вообще, так как отношения должны строиться на рациональной основе, сочетающейся с эмоциональным дистанцированием от партнера. На смену чувству приходит желание соответствовать ожиданиям родителя своего пола, что и создает барьер необходимой идентификации с родителем одного пола и в дальнейшем идентификацию с соблазняющим родителем.
Отрицать и контролировать свои чувства можно посредством контроля и господства (власти) над ситуацией и людьми. «Существуют два способа приобрести власть над другими. Один – задирая или одолевая другого… Второй путь – воздействие на человека посредством соблазняющего подхода…» (Лоуэн, 1999, с. 121). В первом случае можно говорить о подавляющем типе, возвышающемся над людьми: человек поднимается над собственными потребностями, отрицает их. Во втором случае человек будет удовлетворять свои потребности посредством манипулирования – сначала родителями, а потом другими людьми. Манипулятивные, нечестные и непрозрачные отношения становятся нормой, так как они усваиваются в качестве нормального способа общения с родителем противоположного пола. Либидо становится нарциссическим, направленным на себя.
Мазохистическая характерологическая структура формируется у детей, которых любят и уделяют им много внимания, но при этом чрезмерно ограничивают их свободу. Любовь и принятие со стороны матери сочетаются с ее сильным давлением: «Мать – доминирующая и жертвующая, отец – пассивный и покорный. Доминирующая, приносящая себя в жертву мать буквально душит ребенка, заставляя его чувствовать сильную вину за любую попытку провозгласить свою независимость или утвердить негативное отношение. Типично сильное сосредоточение внимания на еде и дефекации» (Лоуэн, 1999, с. 126). Ребенок полностью лишается возможности быть самим собой, иметь свои желания: мать лучше знает, что и когда съесть ребенку, когда пойти в туалет и т. п. Ребенок находится в ситуации давления со стороны любящей и заботливой матери. Поначалу он сопротивляется, но силы неравны, и ему остается только пассивный саботаж: например, когда ребенка отправляют в свою комнату делать уроки, он уходит и сидит там часами, но не приступает к работе.
Для «мазохиста» характерна известная двойственность – снаружи покорность, жертвенность, угодливость, а внутри оппозиционность, враждебность, агрессивность, стремление проявить свое мнение, обрести свободу. Таким образом, основная инфантильная травма мазохиста – подавление.
Ригидная характерологическая структура в своем генезе связана с унижением со стороны родителя противоположного пола в период, когда ребенок имеет сексуальный интерес к этому родителю. Ригидный человек неуступчив, не способен проявить согласие и чуткость. Ключевая черта этого характера у мужчин – стремление быть первым, у женщин – стремление находиться в центре внимания. Ригидный мужчина честолюбив, амбициозен, склонен соперничать и доказывать свое преимущество, ориентирован на карьеру, упрям, горд. Лоуэн относит к этой характерологической структуре фаллического, нарциссического[103] мужчину, для которого характерно стремление к совершенству. В качестве условия развития ригидного характера выступает известная эдипова травма – фрустрация сексуальности. У мальчиков фрустрация сексуальности происходит в силу соперничества с отцом, который постоянно требует от мальчика «быть лучше», «достойнее», а иначе он хуже отца и недостоин матери. У девочек ригидный характер представлен как истерический характер, когда девочка имеет холодную, властную мать и мягкого, доброго отца, отношения с которым эротизируются.
102
В отличие от «шизоида», который отвергается матерью и чувствует себя «чужим», отстраненным, словно весь мир отвернулся от него, «оральник» переживает травму лишения внимания, тепла и понимания – его не отвергают, его просто не замечают, тем самым лишая тепла, в поисках которого он проводит всю жизнь.
103
Исходя из психоаналитической традиции, нарциссическая личность формируется не на фаллической стадии психосексуального развития, а на стадии решения проблем сепарации/фузии, связанных с удовлетворением потребности в независимости.