В этом прежде всего убеждают чудовищные расстояния Вселенной: один световой год (астрономическая единица длины, равная пути, который пробегает свет в течение года) – это почти 10 триллионов километров, а 800 световых лет – почти 8000 триллионов!
Что это означает, покажет следующий пример: Альфа Центавра, ближайшая к нам звезда, удалена на 4,3 световых года. Ракета с современным двигателем практически не может долететь туда, а теоретически полет продолжался бы многие тысячелетия. Чтобы вырваться из поля тяготения Земли и попасть на Луну, ракета должна развить скорость не менее 11,2 километра в секунду. Чтобы ракета покинула нашу Солнечную систему, преодолев притяжение Солнца, требуется 17 километров в секунду. Такой космический корабль на путешествие до Альфы Центавры (в одну сторону) затратит 76 000 лет. Когда же он вернется на Землю, на ней сменятся ровным счетом 5000 человеческих поколений – а ведь ракета лишь дважды преодолеет расстояние в 4,3 световых года! Даже если повысить скорость до «всего» 1000 километров в секунду, и тогда дорога в оба конца займет целых 3000 лет. Но для того чтобы оторваться от Земли, такой ракете понадобится в 10 000 раз больше топлива.
Скорости наших современных ракет, работающих на химическом горючем, все еще слишком малы. Дальнейшими ступенями их усовершенствования будут ионные и атомные двигатели; не исключено, что удастся использовать и огромную энергию ядерного синтеза (слияния атомов водорода в атомы гелия). Но самой совершенной была бы фотонная ракета, движущаяся за счет энергии полного превращения вещества в излучение и обладающая тягой невероятной силы; она развивала бы скорость, приближающуюся к скорости света.
Однако достижение таких скоростей пока находится в области фантастики.
![Все «чудеса» в одной книге pic_61.jpg](https://litlife.club/books/112465/read/images/pic_61.jpg)
Свидетели древней культуры – каменные великаны на острове Пасхи. Может быть, их изваяли пришельцы из космоса, коротавшие время своего пребывания на Земле за изготовлением подобных фигур? Вес каждого такого великана 15 000-85 000 килограммов.
А не может ли быть, что соседствующая с нами в космосе цивилизация умеет делать то, что для нас пока не достижимо?
«Примем, – писал несколько лет назад Эрнст Штулингер, заместитель директора НАСА по научным вопросам, – что инопланетные разумные существа уже разрешили все проблемы, связанные с межзвездным полетом, и что их космонавты уже давно побывали на Земле, преодолев пространство нашей Галактики, пролетев многие тысячи или даже сотни тысяч световых лет. Предположим, успешно приземлились, приспособились к земной атмосфере, и, проведя у нас некоторое время, отправились снова к себе домой. Их технические возможности в таком случае должны быть намного выше наших сегодняшних. Можно ли поверить, что столь высокоразвитые существа используют для приземления систему загадочных линий типа той, которая обнаружена в перуанской пустыне близ Наски? Неужели мы должны уверовать, что чужие астронавты коротали время своего пребывания на Земле, высекая статуи на острове Пасхи или синтезируя в реторте Еву?»
В подобном же духе высказался профессор космонавтики Гарри О. Руппе (Мюнхен) в своей работе «Мысли о возможности межзвездных сообщений»:
«…когда я думаю о поведении людей в космосе, я вспоминаю, что человек оставил на поверхности соседних небесных тел массу своих изделий – автоматические станции на Луне и Марсе, инструменты и приборы на Луне. Почему же «другие» должны вести себя иначе? Почему наши предки не нашли и не сохранили ничего из оставленного? Если уж они, как пишет Дэникен, окружили пришельцев таким почитанием, они наверняка хранили бы любую оставленную вещь как величайшую драгоценность. Такие доказательства – достаточно хотя бы одного! – были бы для меня убедительнее всех домыслов».
В заключение он пишет:
«Общее отрицательное мнение относится и к гипотезе внеземных НЛО, не говоря уже о том, что собранные о них свидетельства не выдерживают критического анализа.
Короче говоря, если мы не будем выходить за рамки техники предвидимого будущего, я не вижу пути для реализации пилотируемых межзвездных полетов в духе описанных Дэникеном. Конечно, можно ссылаться на неполноту наших сегодняшних знаний, можно рассчитывать на новые изобретения и открытия, которые могли бы изменить эту картину. Но во всяком случае, не надо пытаться скрыть, что такие гипотезы носят чисто спекулятивный характер».
Если шансы даже на радиоконтакт с внеземными существами ничтожно малы, то возможность личной встречи еще гораздо ниже, прямо скажем, она исключена. Посещение космонавтами с Земли какой-либо планеты с высокоразвитой цивилизацией поэтому всегда останется для нас лишь мечтой; то же можно сказать о посещении нас инопланетными пришельцами. Ведь для жителей других планет верны все те же законы природы. Завоевание Вселенной с их ли, с нашей ли стороны останется привилегией буйной фантазии авторов фантастических романов.
Насколько утопичен тезис о приземлении «боговастронавтов», становится особенно ясно, если вдуматься в наглядное описание масштаба Вселенной, сделанное Эдуардом Ферхюльсдонком. Я уже цитировал его в своей книге «По следам космоса» и охотно сделаю это здесь. Ферхюльсдонк в качестве примера избрал нашу космическую «соседку»– знаменитую Туманность Андромеды, спиральную галактику, которая по форме напоминает Млечный Путь и удалена примерно «всего» на 2 миллиона световых лет. В туманности Андромеды 200 миллиардов солнц, ее большой диаметр составляет 150 000 световых лет. Если взять фотографию галактики, на которой ее диаметр достигает лишь 15 сантиметров, а затем проколоть булавкой на этом снимке отверстие в 1 миллиметр, то на самом деле диаметр этого «отверстия» будет измеряться 1000 световых лет. Даже летящий со скоростью света фотонный корабль, который взял бы эту скорость прямо со старта (а это уж совершенно невозможно), не мог бы за время жизни человека преодолеть такой «булавочный укол» от края до края. А ведь это действительно всего лишь маленькая дырочка – и на фото, и в туманности Андромеды. Если спроецировать в натуре размер отверстия, уменьшенного еще в 10 раз, то мы будем иметь дело с расстоянием, которое можно осилить на фотонной ракете за сто лет жизни.
В своих «Мыслях о возможности межзвездных сообщений» Руппе принимает за «предел скорости самых гипотетичных на сегодня систем ракет 400 км/сек, что более чем в 20 раз превышает скорость современной ракеты». С такой скоростью легко было бы облететь всю нашу Солнечную систему. А как насчет межзвездных перелетов?
Если мы покинем Солнечную систему с помощью оптимального маневра, трижды включив двигатель (такой маневр оправдывает себя, пока предельная возможная скорость не превышает примерно 5000 км/сек), окончательная скорость на большом расстоянии от Солнца составит около 755 км/сек. Это примерно 1/406 скорости света. На разгон оптимальным способом по требуется лет 20; значит, все путешествие на расстояние в Е световых лет до цели займет 20+400 Е лет, то есть около 400 Е лет. Но поскольку при разгоне мы израсходовали все топливо, то пролетим мимо цели.
Чтобы пробыть какое-то время в чужой солнечной системе, необходимо израсходовать на старте лишь половину горючего, тогда остаток можно будет употребить на торможение. В этом случае продолжительность путешествия составит около 600 Е лет. Но полет с экипажем должен закончиться возвращением домой. Если считать, что, пролетая на обратном пути через Солнечную систему, экспедиция будет подобрана кораблем, специально взлетевшим с Земли, на каждое включение двигателя (старт из Солнечной системы, торможение в чужой системе и старт из нее) можно затратить лишь треть ресурсов.[20] Тогда весь полет (туда и обратно) продлится около 1500 Е лет. Итак, чтобы слетать к системе, удаленной на 10 световых лет, понадобится:
при простом пролете мимо цели – 4000 лет;
20
На самом деле количество топлива для первого, второго и третьего включения двигателя будет совершенно разное, так как разными будут и массы корабля перед соответствующим маневром. В целом это значительно увеличит необходимое количество топлива, что, однако, не меняет сути вывода. – Прим. ред.