А над сводом, который над головами их, было подобие престола по виду как бы из камня сапфира; а над подобием престола было как бы подобие человека вверху на нем. И видел я как бы пылающий металл, как бы вид огня внутри его вокруг; от вида чресл его и выше и от вида чресл его и ниже я видел как бы некий огонь, и сияние было вокруг него. В каком виде бывает радуга на облаках во время дождя, такой вид имело это сияние кругом…
Такое было видение подобия славы Господней. Увидев это, я пал на лицо свое и слышал глас Глаголющего…»
Дэникен увидел в этом описании приземление космического корабля, «точно датированное» Иезекиилем.
Что же общего имеет этот отрывок из Библии с космическими кораблями и тому подобным?
Да ничего! Рассказ Иезекииля – обычная для месопотамо-парсской культуры того времени (около 580 г. до н. э.) аллегория. Если бы тогда в самом деле появилась некая «небесная повозка», ее наверняка увидел бы не только Иезекииль, не говоря уж о том, что и в те времена это событие можно было бы описать поточнее, чем это сделал пророк. Дэникен, видимо, ничего не знает о красноречии библейских пророков, которые любили поддерживать авторитет господа бога описанием сопровождающих его молний и грома. Если его воображению угодно видеть в этих словесных фигурах огненную лавину и гром, сопровождающие взлет ракеты типа «Сатурн», то почему бы пророку не заимствовать для своих фантазий технические достижения того времени?
![Все «чудеса» в одной книге pic_42.jpg](https://litlife.club/books/112465/read/images/pic_42.jpg)
Крылья – космический символ у всех народов. Слева: «Победа» из Веллея (Пьяченца). Справа: наскальное изображение, обнаруженное в 40 километрах от Ферганы (Узбекская ССР). Фигура кажется спускающейся с небес.
В критической статье «Теоретические аргументы из астрономии и древних текстов», опубликованной в сборнике «Были ли боги астронавтами?», д-р Уинфрид Петри пишет, что у доверчивого читателя книга Дэникена создает представление, будто высшие существа (ангелы, боги и т. д.) являлись на Землю главным образом в летательных аппаратах «с реактивным двигателем, дополненных, однако, также крыльями и колесами». Но ведь еще в урукский период (то есть примерно за 3500 лет до нашей эры) у шумеров были колесные повозки, а с третьего тысячелетия до новой эры колеса, чтобы уменьшить износ, стали обивать по ободу гвоздями с выпуклыми шляпками – таковы, например, медные гвозди длиной около пяти сантиметров. Почему бы не предположить, что пророк Иезекииль думал именно о такой конструкции, когда описывал ободы четырех колес, которые «полны были глаз»? «Шляпки гвоздей действительно могут навести на мысль о глазах, – пишет Петри. – А что касается крыльев, то, видимо, Иезекииль представлял себе нечто вроде боевой колесницы с серпами (колесницы, из колес которой выступали серпы или кривые мечи), известной еще по греческим свидетельствам о Востоке. Кроме того, не только в Индии, но и в Месопотамии, причем с очень древних времен, наряду с боевыми колесницами применялись и культовые со статуями богов. Подобные повозки были вполне обычны для техники того времени, и их изобретение не имеет отношения к внеземным пришельцам, как того хотелось бы Дэникену».
Однако фантазии Дэникена разбудили воображение и Йозефа Ф. Блумриха, австрийца по национальности, участника разработки американской космической ракеты «Сатурн-5», бывшего руководителя одного из проектных отделов Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА). Он тоже заинтересовался этим текстом Ветхого завета. В своей книге «Отверзлись небеса» он рассматривает «космический корабль пророка Иезекииля с точки зрения современной техники» и делает вывод, что «повозка бога», увиденная Иезекиилем, была спускаемым челночным аппаратом космического корабля, движущегося по орбите вокруг Земли. Его масса составляла 63 тонны, а мощность двигателей достигала 70 000 л. с. Расшифровать в таком духе видение Иезекииля удалось благодаря подробному анализу описанных им деталей космического «парома» и их функций с применением современных знаний по ракетной и космической технике.
![Все «чудеса» в одной книге pic_43.jpg](https://litlife.club/books/112465/read/images/pic_43.jpg)
Мозаика купола в соборе Чефалу под Палермо (Сицилия). Не напоминают ли крылья херувимов и ангелов летательные аппараты, доставлявшие инопланетян на Землю?
«По рассказу Иезекииля можно реконструировать общий вид описываемого космического корабля. Затем инженер может уже независимо от текста рассчитать характеристики этого летательного аппарата. Если оказывается, что расчеты не противоречат техническим возможностям, а в Книге пророка Иезекииля указываются детали и события, укладывающиеся в результат технических расчетов, то отпадает необходимость в отдельных косвенных доказательствах. Я обнаружил, что космический корабль Иезекииля имеет вполне правдоподобные размеры».
Исследования Блумриха привели его в конце концов к такому выводу: «В результате вырисовываются параметры космического корабля, не только вполне возможного с технической точки зрения, но и весьма целесообразно сконструированного. Удивительно, что мы обнаруживаем здесь технику, уровень которой никоим образом не фантастичен, а приближается к современному, лишь ненамного его опережая. Результаты говорят о космическом корабле, осуществляющем челночную связь с кораблем-маткой, находящимся на орбите. Фантастично лишь то, что такой корабль реально существовал еще более 2500 лет назад!» И все же конструктор из НАСА не привел убедительных доказательств, которые подтвердили бы его смелые предположения.
Так стоит ли удивляться, что Дэникен, несмотря ни на что и не обращая внимания даже на самую уничтожающую критику, продолжает держаться за свой вымысел! «Предложенная мной интерпретация текста Книги Иезекииля стала жемчужиной в цепи косвенных доказательств», – гордо заявляет он в книге «Мой мир в картинках» (1973 год). А несколькими страницами ранее он говорит об этом как о «жемчужине среди прямых доказательств». Итак, он не видит никакой разницы между косвенными и прямыми доказательствами. Его толкование указанного библейского текста принимает все более гротескные формы.
«Что можно ожидать при появлении космического корабля на планете, обитатели которой не располагают сколько-нибудь передовой техникой? Как повели бы себя крестьяне и воины, наблюдая это, с их точки зрения, устрашающее событие? Как реагировали бы на это жрецы, писцы и цари – тогдашняя элита?
Случилось неслыханное. Небеса расступились. Со страшным шумом и грохотом, в блеске пламени на землю в ослепительно сияющем «жилище» спустились чуждые существа. Конечно, это боги. Пораженные ужасом, надежно укрывшись в стороне, «туземцы» смотрели на пришельцев в непонятных одеждах. До сих пор они знали лишь свет лагерного костра, масляных коптилок и факелов. А сейчас ночь стала светлее дня: пришельцы владели божественными солнцами (это космонавты включили прожекторную установку). Они видели, как чужаки взрывали землю, тоже, наверное, божественной силой (это были обычные геологоразведочные работы – прибывшие искали полезные ископаемые). Потом непрошеные гости опоясывали себя молниями (использовали лазеры). Наконец, как не поверить собственным глазам: со страшным грохотом поднимается нечто, оно парит над холмами, над водой и скрывается в облаках (стартовал вертолет). Они слышат громовой голос, словно глас божий, летящий далеко над землей (это командир отдает приказания через микрофон). Вот какие впечатления должны были остаться у незнакомых с техникой обитателей планеты. Конечно, они будут рассказывать об увиденном. Конечно, они оставят и письменные свидетельства, причем приукрасят факты и оденут их в религиозные одежды. Пройдут тысячелетия. Ученые мужи найдут эти записи и начнут их интерпретировать. Они не могут понять, о чем идет речь. Божественные солнца? Молнии, взметающие землю? Небесные корабли? Предки, должно быть, страдали галлюцинациями, ими владели безумные идеи или видения. Ведь не могло быть того, чего не должно было быть! И найденные свидетельства о происходившем тотчас же попытаются объяснить с позиций господствующей системы представлений, причем для того, чтобы мир поверил такому объяснению, будет употреблено самое изощренное искусство убеждения. Придется использовать знания о религиозных верованиях, культах, расшифровку идеограмм, а если все это не подойдет, будет изобретено нечто новое специально для этого случая. Когда же наконец древние тексты уложатся в смонтированную картину, всем придется уверовать в такую интерпретацию. Сомнение – ересь. Такому методу, пожалуй, подошло бы название «Думать строго воспрещается!».