Достаточно вспомнить Филиппа Македонского (зарезан на пике побед и в канун приготовлений к восточному походу) и его сына Александра Великого (завоевав полмира и готовясь к походу на Рим и Карфаген, умер в Вавилоне — античном центре тайных знаний). В том же ряду Филипп IV Красивый (французский «железный король» умер, как только обезглавил эзо-
терический орден тамплиеров — первых банкиров). Кромвель («урологическая смерть» после гонений на потомков Меровингов в Шотландии — предтечей масонства), Николай I (смерть «жандарма Европы» в начале Крымской войны). Ленин (мгновенный «удар и паралич» по оглашении в 1922 году запрета на совмещение партийной и масонской деятельности для членов ВКП(б).
Увы, даже Сталин не изобрел противоядия против «врачей» и против старости, которую врачи умеют приблизить как никто другой.
Знание — власть. Догма — местодержателъство
Именно при Сталине произошла методологическая, мировоззренческая революция, благодаря которой появились самоотверженные и беззаветные Громовы, Чкаловы, Чекалины, Кошевые, Матросовы, Гастелло и Космодемьянские. Несломимый дух народа сумел противостать всему враждебному миру буржуазных ценностей и потребительства. Впервые в истории люди вознесли идеалы, романтику, подвиг над мещанством, прагматизмом, изнеженностью. Камин, коттедж и кресло безнадежно проигрывали рюкзаку, штурвалу и теодолиту. Дали и стройки заслонили утлый мирок спекулянта и рантье. И уже казалось, процесс необратим. Неодолимая сила народа была в его высоконравственном духе. Враг это понял лучше, чем мы, потому что для нас это — сила! — уже было данностью, которая есть и, значит, никуда не денется. Враг же зорко отслеживал, как, откуда этот дух произрастал. И видел, что его первоисточник — в правильной политике, которую воплощал И.В. Сталин. Враг понимал, что это не данность, а приобретенность, которую можно обратить в потерянность.
И хитрейший Даллес в своей знаменитой директиве Совета национальной безопасности США № 2011 от 18.08.1948 г. разработал дьявольски коварный план разложения именно этого гер. оического духа народа-победителя. А с чего начинается уничтожение духа? Само собой, с подкопа под главную святыню, признан-
ного вождя. Сначала была загадочная смерть Сталина. Потом скомканные пленумы с разоблачением бессудно расстрелянного Берии, антипартийных группировок и к ним примкнувших. Далее медленное торможение сталинских идей, их профанация примером занудливых воплотителей типа Маленкова, Хрущева и K°.
В 1956 году был нанесен сокрушающий удар не сталинизму, а духу народа, идее справедливости. Подтасовки, клевета, переложение своих кровавых грехов на плечи великана. XX съезд КПСС явился посевом гнилых «шестидесятников». Будьте уверены, преодолев ими же слепленный пиетет перед «оттепелью» и его ветродуями, этот период еще нарекут самым позорным в русской истории, типа «семибоярщины». Ведь трагедия СССР и русского народа случилась благодаря именно «шестидесятникам». С их превознесением «обиженной личности», готовой во избежание частной неприятности стереть весь мир. С их культом воинствующей шизоиды, убежденной в своей гениальности. С их безоговорочным преклонением перед Западом, перед роскошью, дачкой, заморским круизом Ведь только это всестороннее клопо-блошиное изрытвление нравственности народа и обусловило появление «младореформаторов в розовых штанишках», для которых не осталось никаких идеалов, а строго — энергичность, предприимчивость, прагматизм, цинизм, наглость.
Эта гниль внедрялась в пику сталинскому завещанию, призывавшему, без всяких ссылок на занятость и нехватку времени, расширять свои знания всегда, везде и отовсюду. Так поступал сам Сталин, приобретя обширнейшие познания во многих отраслях культуры. Скажем, прочитанная им в начале 1930-х во время отдыха на Юге монография по черной металлургии аукнулась поставкой Германии перед войной непригодной стали из СССР, хотя заключенный торговый договор вроде как был выполнен. При всей неоднозначности его репутации Интернет сегодня — не только «животная» ловушка для малограмотных, но и бесценная находка для думающего человека. «Всемирная паутина» позволяет невероятно раздвигать границы привычных пред-
ставлений о мироустройстве, особенно на древнейших этапах цивилизации. Многие отмахнутся: до древностей ли нам, когда на носу — последний и решитель-* ный бой? Какое заблуждение! Ведь только добросовестным историкам ведомо, сколько не менее «решительных и последних боев» давало эксплуатируемое человечество извечно более хитрому и изворотливому врагу! И только в силу небрежения уроками истории мы повторяем одни и те же проступки и глупости. В итоге, каждые двести-триста лет лупим насквозь просифоненными лбами по допотопным граблям. При этом шибко гордимся, в очередной раз спихнув с «корабля современности» вчерашних кумиров, их лики и статуи. Или отменив плохую историю: сперва ту, что до Рюрика, Кирилла и Мефодия. Засим — до принятия христианства. Чуть позже — до 1917 года. И, наконец, — которая с 1917-го по 1991-й.
Зато враг, учреждая фонды Горби-Соросов и ученые академии по собиранию и изучению древностей, знает что делает. Ему ли, архиватору вековой мудрости всех народов, не понимать, что ключ к пониманию мировых проблем и противоречий — в зашифрованных знаниях иерархов Древнего Египта, Месопотамии и Шумера? Или вы всерьез поверили, что американцы, распатронив режим Саддама, за просто так попустили «стихийно-анархическое» разграбление музея Багдада? С его-то уникальными раритетами, проливающими свет на истоки всех социально-политических идей, воззрений и схем Миропорядка?! Как бы не так! Вакханалией грабежа ловко водила одна рука. Ей жуть как не терпелось умыкнуть и сокрыть свидетельства сотворения системы вечного господства, монополии на глобальное управление и тайное знание. Знание, тысячелетиями тщательно охранявшееся и герметически «завинченное» жрецами древней закулисы.
Нет ничего преступней, нежели, опустив руки «перед неизбежным» (а на деле: личной ленью и невежеством), считать, что знание вовеки пребудет герметически закупоренным продуктом, монопольно подвластным «избранным». Дудки, в народе всегда живут предания и былины, мифы и сказы, в которых заклю-
чена вековая мудрость предков. И лишь те правители обретают великую силу и доверие народа, кто опирается на знание пращуров. Чем крепче власть, чем больше у нее опоры на здоровую — богоданную — интуицию народа, на вечевое начало, коллективный разум, на традиции предков, — тем больше народ верит такой власти, обходясь без всяких партий.
Собственно, сама ВКП(б) — КПСС не была партией в общепринятом смысле «идеологического отряда». То был своеобразный инструмент власти — «орден меченосцев» идеи социальной справедливости. Орден, безусловно, долгое время соответствовал коренным интересам масс. Каким? Во-первых, аккордному — за 10 лет — созданию в условиях враждебной блокады колониальными империями Державы. Культурной, военной, аграрной, индустриальной, а главное — самодостаточной. С 10 % населения и почти 30 % экономики планеты. Во-вторых, отражению агрессии империализма в 1941–1945 гг. и последующему — за 2–3 года — возрождению народного хозяйства. Партия была народом востребована. При жизни Сталина! Причем, незадолго до смерти, озаботясь угрозой перерождения КПСС в бесцензурную вольницу и карьерную синекуру, он всерьез ставил вопрос о передаче управленческих и руководящих функций партии в руки Советов народных депутатов. Этим ходом он планировал своевременно реформировать систему власти, упразднив отжившие органы и дав простор для ее обновления со стороны здоровой части общества. На деле это вполне могло привести к живому воплощению подлинной демократии, концептуальной власти народа!
Перепуганные «комиссары» и прочие бездельники при партбилетах не простили этого вождю. И есть все основания подозревать участие кремлевской номенклатуры в заговоре против Сталина и Берии, сыгравшем на руку ГП и совпавшем с «делом врачей». В итоге, КПСС (по своим функциям идеологический штаб советского народа) убрала вождя, благодаря чему и «продлила» свои управленческие полномочия. Но очень скоро она стала тормозом в развитии общества, напрочь утратив концептуальную гибкость и чутье. Отсю-