- Жалко,- вздохнул я.- Полезная вещь - твой чаек.
- Я же говорил. Если полегчало, вылезай из постели. Дара уже есть приготовила.
В желудке что-то болезненно квакнуло и громко забурчало. Рот наполнился слюной, а челюсти сделали хватательное движение, словно уже вцепились в сочный кусок мяса. Я завозился, откинул простыню и тут заметил, что совершенно голый.
- Одежда на тумбочке,- подсказал Тох и вышел из комнаты.
Я встал, оделся: рубашка и штаны выстираны, аккуратно зашиты, приятно пахнут травами и свежестью. Поискал взглядом башмаки, нашел под кроватью.
Двор встретил меня ярким солнечным светом, зеленью травы, кудахтаньем кур и чириканьем воробьев. Я потянулся - аж кости хрустнули, сладко зевнул и пошел к стоящему неподалеку корыту. Вода оказалась теплая, чуть зеленоватая, с запахом тины. Я поплескал па лицо, смочил волосы и встряхнулся, как пес.
Никогда раньше не был у Тоха дома. Знал, что его ферма неподалеку от Гента, в паре часов ходу, но зайти не довелось. Времени не было. Я с интересом осмотрелся.
Дом старенький, со следами недавней починки, но большой и просторный, очень светлый. За домом зеленеет ухоженный фруктовый сад, вдалеке видны пшеничные поля. Рядом конюшня, амбар, маленькая кузница. Чуть дальше - длинное строение, видимо свинарник. Все аккуратное, чистое. Я присвистнул - и как брат справляется со всем этим? Слуг и работников вроде не видно, значит, сам батрачит. Но как у него получается? Ведь если в одиночку, то тут круглые сутки надо пахать.
Из-за дома появился Тох и помахал мне рукой.
- Пошли в сад! - позвал он.- Дара там стол накрыла.
Мы обогнули дом и вошли под сень яблонь и груш. Над небольшим колченогим столом хлопотала пухленькая светловолосая женщина. Дара, жена брата.
- Хорошо спишь, Эскер! - приветливо сказала она и махнула рукой.- Так все на свете можно пропустить.
- Ага! - согласился я, сглотнув слюну.- Ты права. Ведь мог такое чудо проспать.
Стол заставлен тарелками, мисками и мисочками, на которых исходят паром кушанья. Аромат гречневой каши с мясом щекочет ноздри, сводит с ума. Посреди стола громоздится огромный каравай. Утки и гуси, запеченные целиком, соблазняют золотистой корочкой.
Капельки жира сверкают в солнечных лучах, словно янтарные слезы, сочатся сквозь кожицу. На длинных блюдах лежат присыпанные зеленью ломти вареной свинины и говядины. А еще - грибочки, сметанка, свежий сыр… Мням-м-м…
- Ты преувеличиваешь,- усмехнулась Дара.- Все скромненько.
- Я тоже хочу так скромненько! - заявил я, поедая взглядом гуся.- И чтоб каждый день!
- Тогда женись! - захохотал Тох.- Хорошая жена - залог хорошего обеда! Ты же вроде собирался… Как там твою пассию звали? Флори, если мне не изменяет память…
- Ага, Флори… - сразу поскучнел я.
В груди заныло. В памяти возник яркий образ - длинные рыжие волосы, светло-зеленые кошачьи глаза с желтыми искрами, нежный голос… Я усилием воли отогнал его, тяжело вздохнул.
Тох остро взглянул на меня, покачал головой.
- Что, другого нашла?
- Угу,- пробормотал я.- Боевой маг из Л угара.
- Тогда понятно,- хмыкнул братец.- А я ведь говорил, бросит она тебя… Такие девицы ищут только выгоду. Но ты же и слушать не хотел.
- Ну да,- вздохнул я.- Кто я? Маг-механик, ремесленник… И что меня ждет? Максимум - своя мастерская и стабильный, но скромный доход. А боевые маги - это элита. Деньги, власть, уважение - все для них.
- Глупец,- пожал плечами Тох - Во всяком деле можно быть лучшим. И получить все, о чем мечтаешь. И деньги, и власть, и почет…
- Да, наверное,- уныло согласился я.
- Мальчишки, вы есть будете? - угрожающе спросила Дара, уперев руки в боки.- Стынет все.
Мы опомнились, уселись на табуреты и живо заработали ложками. Нежнейшее мясо таяло во рту, растворялось, еще не дойдя до желудка. Скользкие соленые грибочки летели в пасть горстями и заедались сыром и горячим сдобным хлебом с хрустящей корочкой. За ними шла нежная гречневая каша с маслом. Потом дело дошло до уток и гусей. Не церемонясь, мы рвали их на части, горячий сок стекал по рукам, капал с пальцев и даже локтей. Мы рыча вгрызались в мякоть. Все мужчины хищники, а если не хищники, что ж это за мужчины? Когда утолили первый голод, стали есть медленнее, но все равно жадничали. Желудки набили, но еще ели впрок, про запас.
Дара ушла и вернулась через минуту с подносом, а на нем - чашки с черным горячим напитком. Вот это да! Меня решили побаловать кофе. Дорогое удовольствие. Кофе в Свободные Земли привозят с юга торговцы-тар-ки, темные от загара, со странным выговором. Говорят, в далеких заморских странах кофе растет на деревьях или даже на кустах, наподобие наших яблок… А вот у нас продается почти на вес серебра.
Мы наелись, откинулись на табуретах: жаль не стулья - спинок нет. Я прихлебнул густого черного варева. Горькое, но и Мрон с ним, я сладкое не люблю. Зато вкус необычный и мозги хорошо прочищает. Тох достал трубку, набил табаком. Я создал маленькое плетение, толкнул в его сторону. Табак ярко вспыхнул, но лишь на секунду, потом стал тлеть. Брат глубоко затянулся, выдохнул белый пахучий дым через ноздри.
- Благодарю,- степенно кивнул он.- А я уж хотел за угольком бежать.
- Плетение простое,- хмыкнул я.- Хочешь схему потоков?
- Не получится,- отмахнулся Тох,- перевертыши чистой энергией пользоваться не могут.
- А… ну тогда ладно,- пожал я плечами.
Мы помолчали, наслаждаясь напитком. Хорошо: легкий ветерок приятно холодит кожу. Шелестят листья, поют птицы. Тишина и покой. Не то что в грязи и шуме большого города.
- Еще не бросил свою мазню? - спросил Тох.
- Пока рисую,- поморщился я. Брат никогда не выбирал выражения.
- И зачем тебе это? - хмыкнул он.- Занялся бы нормальным делом. А то распыляешь силы.
- Решил поучить меня жизни? - я изобразил невинное удивление.
- Просто считаю, что это все глупости,- фыркнул он.- Но если добрый совет не нужен, не буду надоедать.
- Да уж, держи свое мнение при себе, - попросил я.
Тох нахмурился, выбил потухшую трубку о шершавый ствол яблони.
- Ну чего окрысился? - буркнул он.- Вроде тихий и смирный парень, но иногда на тебя такое находит… Может, пивка?
Я вспомнил вчерашний вечер, и меня едва не стошнило. Увидев мою позеленевшую физиономию, Тох расхохотался.
- Да я пошутил! - воскликнул он смеясь.- Тебе я больше в жизни не налью. Ты буйный.
- Врешь! Причем нагло,- возмутился я.- По пьяни я смирный и тихий.
- Ага, смирный… тихий… - захлебнулся хохотом Тох.- Вчера с пеной у рта на добропорядочных шахтеров кидался, берсеркер хренов. А сегодня уже смирный.
- Да не было такого! - изумился я.
Тох внезапно перестал смеяться, глаза у него вылезли на лоб.
- Ты что, вообще ничего не помнишь? - восхитился он, аж привстав с табурета.
- А я что-то должен помнить? - замялся я. В мозгу забрезжила страшная догадка.
- Дык мы вроде нормально отдыхали, с гномами подружились… - стал рассказывать Тох.- Правда, ты к тому времени уже готовый был. Не вынесла душа поэта забористого гномьего самогона! Я думал, ты под стол свалишься и поспишь, а как уходить будем - я тебя заберу. Не тут-то было… Ты вдруг вскакиваешь, орешь и лупишь сковородой гнома по морде. Ну и понеслось… Я сразу обратился. Думал - утихомирю гномов, вас заберу и домой, пока стража не набежала. Но к гномам и не подойти было. Смотрю: ты лезешь в самую гущу драки. Со сковородкой наперевес, кстати… И начинаешь этим самым инструментом для приготовления пищи лупить кого ни попади. Я думал, тебя на куски разорвут. Ан нет. Смотрю - разлетаются мужики от нашего Эске-ра, как сухие листья на ветру. Гномам тоже досталось. Они кинулись на тебя, но странное дело - топорики и ножички в труху рассыпались. Не успели опомниться - а ты им уже по мордасам сковородой раздал и дальше буянить пошел. Ну и картина как на полотнах известных мастеров, из тех, что про битвы великие… Вокруг стонут окровавленные враги, а посередине - Эскер, герой трактирных драк, с оскаленной мордой, глаза бешеные! И сковорода в руках светится зловещим багровым огнем. Как тебе, а? Ну я втихую к тебе и подкрался, по затылку слегка приложил, пока ты всех в кашу кровавую не раскатал своей боевой посудой… Ну а сковорода у тебя из рук вырвалась и в стену трактира ударилась… Знаешь, что с нею стало?