– Я думаю, и поэтому. А когда воссоздавалась КПРФ после августа 91-го, наверное, далеко не все даже из близких вам людей верили, что возможно возрождение Коммунистической партии в России. Вы были в числе тех, кто верил. Скажите, сейчас, по прошествии времени, как вы смотрите на нашу партию? Что в ней видится вам залогом ее силы и какие проблемы больше всего волнуют и беспокоят?
– Признаюсь, когда начинали обсуждать возможность возрождения партии, некоторые товарищи смотрели на меня как на чудака. Но я говорил, что абсолютно не сомневаюсь: жизнь востребует. Когда изучал историю КПСС, то видел, что в ней всегда боролись как бы две партии: партия патриотов, партия народа, справедливости – и партия тщеславия, карьеры, партия русофобская, которая смотрела на Россию как на вязанку хвороста для разжигания мировой революции. Партия героев, тружеников, подвижников – и партия интриганов, которые затевали всякие склоки, расчищая себе дорогу к руководящим креслам, идя к этим креслам нередко по трупам.
Считаю, что принадлежал и принадлежу к партии справедливости, партии патриотов. Не сомневался, что потребность в такой партии у нас в стране исчерпана быть не может и обязательно должна быть реализована. Конечно, в условиях вероломства ельцинского режима возрождать ее было крайне сложно. Нужны были гибкость, тактика, умение вовремя оценить обстановку и быстро реагировать. Первые, кто уберег партию, – это люди старшего поколения. У них все это в крови было, они за это сражались, и они устояли.
Но возраст есть возраст. Он берет свое, а жизнь вперед идет. Мы за десятилетие помолодели на десять лет, то есть средний возраст партии. А вот сейчас, после отчетно-выборной кампании, руководящий состав в ряде организаций помолодел еще на десять лет. И это очень важно. Не устаю повторять: партия может быть сильной и влиятельной только при условии, если в ней правильно сочетаются молодость, задор, порыв, риск – и опыт, знание, мудрость, точность оценки.
Мы, кстати, подошли к решающей в этом смысле поре. Партию гнут и ломают, но не сломали. После декабрьских выборов в Думу все «зачистили». Правый фланг вытоптали. «Родина» – это проект Кремля, и она будет плясать под его дудку. Жириновский – это отряд кремлевских диверсантов, артистически выполняющий свою роль. Ну и на левом фланге, как мы уже говорили, им хочется что-то очень послушное иметь. Понимают, что мы не можем быть такими.
Нашим людям позарез нужна партия справедливости! Я убежден, что будущее за народным социализмом, помноженным на русскую идею, на идею дружбы народов и на современные технологии. Вот соединить это все – важнейшая задача нашей партии. Нам надо четче определить свою социальную базу. Думаю, это те, кто занят производительным трудом, а сегодня это более широкая категория, чем только рабочий у станка. Это и инженер, и учитель, и врач, и управленец. Вот что партия должна понять. Одновременно нам надо выстроить и укрепить несколько вертикалей, без чего партия не может успешно действовать и быть в современных условиях по-настоящему сильным организмом. И, конечно, должны быть партийная дисциплина, высокая степень ответственности.
Демократический централизм исключительно важен. Обсудили вместе, приняли решение – извольте выполнять. А у нас что получилось? На съезде приняли решение, доверили Президиуму, выработали курс, но эта групповщина продолжает заниматься абсолютно непотребным делом. Такое недопустимо, особенно в условиях нынешней информационной войны и в том жутком положении, в котором находится наша Родина. Разве можно об этом забывать?
Вы только вдумайтесь, чего требуют от России для вступления в ВТО. Европа требует, чтобы мы ввели мировые цены на энергоносители. А в нашей огромной холодной стране тогда все производство будет нерентабельно. Чего требует Америка? Не помогайте высоким технологиям и науке. Но без науки какой XXI век? Что там делать? Они по всему миру мозги скупают, лучшие математики наши у них там работают, лучшие биологи. Они же их не рожали, не воспитывали, не учили. Они их берут и используют по-своему. А чего требует Азия? Открывайте рынок труда. Что от нас после всего этого останется?
– Геннадий Андреевич, я вот думаю: если бы нынешняя власть в стране действительно хотела России добра, она оперлась бы на КПРФ. Должна была бы опереться!
– Эта власть в принципе не может опираться на КПРФ!.. Обратите внимание, почему на нашу партию такой накат. Потому что мы умеем грамотно людям объяснить, что нынешнее вступление в ВТО, не защищая своих граждан и свой рынок, смертельно для всех выживших у нас отраслей. Второе: что глобализация по-американски и расширение, господство на всех континентах НАТО для нас не партнерство, а трагедия. Третье: нынешняя экономическая и вообще вся политика внутри страны, уничтожающая последние права и социальные завоевания, ведет к окончательному и глубочайшему, как бездонная пропасть, расслоению в обществе, к превращению огромного большинства в люмпенов и быдло, в батраков, а кучка других вписывается в клан хозяев мира сего. Россия не может этого принять. У меня все внутри переворачивается, когда вижу в этой богатой Москве, как сидят беспризорные нищие дети на асфальте, бродят бездомные, побираются женщины...
Сейчас вброшены в Думу новые, не просто разрушительные – уничтожающие документы. Кодекс Лесной, по которому можно продать все леса, а это 65 процентов территории страны, и под ними все наши сокровища и богатства лежат. Плюс законы, по которым можно выдавить людей из собственного жилья, просто выбросить на улицу. Плюс пакет законов, которые уничтожают всю нашу систему образования, лучшую систему образования в мире.
Все эти навязываемые законы переписывают по сути 155 прежних законов, а 41 закон ликвидируют полностью. Они ликвидируют всю нашу советскость, которая была заложена в отечественной истории, во всей культуре не только за 70 лет, а за века. Нам меняют ген, меняют код! Задача КПРФ – это сохранить. Если не сохраним, то не на чем будет восстанавливать социализм и советский строй как главные условия, без которых невозможна справедливость. А идея справедливости, говорил Ленин, движет всем миром и всем прогрессом.
– Вы упомянули, что для успешных действий партии необходимо выстроить и укрепить несколько вертикалей. Какие?
– Прежде всего – для работы в массах. Нужна вертикаль профсоюзная, чтобы вместе с трудовыми коллективами активнее выступать в защиту их прав. Надо коммунистам идти в профсоюзы, деятельно участвовать в них, возглавлять. Надо создавать свою партийную экономику. Без этого невозможно сегодня, без значительных средств невозможно провести даже ни одной выборной кампании. Надо во что бы то ни стало создать вертикаль своих депутатских объединений во всех законодательных собраниях. Сейчас ведь выборы пойдут по партийным спискам везде... Да плюс молодежную вертикаль, создать молодежные организации – начиная от пионеров, юнармейцев, орлят. И когда все эти четыре руля начнут действовать при поддержке своей хорошо развитой прессы, которую нам тоже предстоит укреплять и отлаживать, вот тогда партия будет иметь другое, уже более высокое качество.
– А есть ли у вас надежда на тех, кто сейчас идет в партию? Понимают ли они, что такое быть коммунистом? И как вы сами понимаете, что значит быть коммунистом сегодня?
– Это значит, конечно, брать на себя огромную ответственность. Быть человеком честным и мужественным, решительным и грамотным. Обязательно – бескорыстным, потому что, кроме дополнительных тягот и неприятностей, никаких выгод человек от этого не получит. Но есть ни с чем не сравнимая радость и удовлетворение от сознания того, что ты участвуешь в борьбе за справедливое дело! И очень приятно, что, по-моему, молодежь это все более понимает. Несколько лет назад я повязал 5–7 красных галстуков на Красной площади. Над мною издевались по этому поводу. А нынче – полторы тысячи. Мы не можем привезти всех желающих. Посмотрите наши праздничные колонны, они молодеют на глазах. Почти везде в состав наших выборных органов избирают молодых, и мы их стараемся поддерживать, считаем это крайне важным и нужным. Пытались зажимать молодежь в Амурской области, в Тверской, но мы твердо сказали, что не дадим в обиду нашу смену. Без этого подлеска, без притока свежих сил в завтра идти нельзя.