— Не-е-е-ет! — крикнул Айдорн, бешеным усилием расшвыривая нападавших, устремился к незнакомцу в черном. Тот в свою очередь сам направился к Айдорну.
Гэйветор опередил сына. Убив очередного противника, он повернулся к черному лицом, высоко поднял меч и открыл забрало шлема.
— Сражаться магией с беззащитными, — спросил кузнец, скривив губы, — это все, что ты умеешь?
К его большому удивлению, черный ответил, выбросив вверх правую руку. Ладонь оставалась пустой только мгновение, в следующее сжимает огромный меч.
Айдорн с Гэйветором на мгновение застыли от удивления — им никогда не приходилось видеть такое оружие. Меч двуручный, но по тому как, незнакомец в черном его держал, создалось впечатление, что клинок ничего не весит. Лезвие сделано из странного черного металла, по краям струится багрово-черное пламя, временами вспыхивающее искрами, в центре лезвия зловеще светятся руны, серебряная гарда сделана в форме крыльев летучей мыши. Навершием у рукояти, обтянутой черной кожей, служит огромный рубин, ограненный в форме человеческого черепа. Айдорн понял, что это не просто клинок, и даже не просто магический меч, а магический с большой буквы и справиться с ним и тем более с его обладателем будет непросто.
Гэйветор понял, что никто не посмеет помешать этому поединку. Кроме того живых уже почти не осталось: на ногах стояли только пять наемников, а из тиалинских только он сам, его сын, Бренн и один недавно поселившийся в деревне отставной воин. Он понял, что наступил его черед, бросился на незнакомца, подняв один из мечей для удара, а второй выставив вперед для защиты.
— Попробуй-ка теперь справиться с настоящим воином! — крикнул на бегу кузнец.
— Что ж, позабавлюсь с тобой немного, — голос незнакомца, немного глуховатый, доносился словно из глубокого колодца.
Гэйветор добежал до Черного и опустил поднятый меч, одновременно сделав выпад другим. Незнакомец уклонился от летящего вперед лезвия, сдвинувшись в сторону на ладонь, черный клинок взлетел молнией и отразил удар. Кузнец сразу же отскочил назад, чтобы не получить ответный.
Айдорну тем временем приходилось нелегко — на него насело несколько человек, и он ничем не мог помочь отцу.
— Что ж, ты действительно хорош, — сказал Гэйветор.
— Мое имя Сартор, — сказал незнакомец.
Противник с легкостью отразил выпад Гэйветора и атаковал: меч несется вперед настолько быстро, что сливается в сплошное черное полукружье. Кузнец шагает назад, пропуская черный клинок, и ловит его в замок своими двумя — старая выучка еще осталась. Пытаясь выбить оружие из рук противника, Гэйветор наклоняет мечи к земле. Не попадаясь на прием, выдернув меч из захвата, Сартор бьет противника в голову. Гэйветор рубит по корпусу. За мгновение атакующий переворачивает клинок лезвием вниз и вращательным движением отбивает удар. Кузнец подставляет сбоку второй меч, чтобы отбить вражеский клинок, которого там уже нет. Одновременно, не сговариваясь, противники отпрыгивают друг от друга.
— Что ж, кузнец, ты тоже неплохой противник, — звучит голос Сартора, — но вряд ли тебе поможет воинская выучка.
— Ну, это мы еще посмотрим, — усмехнулся Гэйветор.
Кузнец на чал атаковать. Его клинки, рассекая воздух, с разных сторон понеслись к Сартору. Скорость нападения ошеломила Сартора и он замешкался. Айдорн видит, что отец не оставил противнику почти никаких шансов. Однако они не представляли, с кем имеют дело: когда мечи Гэйветора почти коснулись балахона Сартора, тот молниеносно взлетел в воздух, и через мгновение опустился с занесенным для сокрушительного удара клинком. Кузнец успел выставить вперед мечи, но, не выдержав силы удара, падает на землю и сразу откатывается в сторону, а глубоко в то место где он только что был, вонзается черный клинок. Гэйветор бьет Сартора по ногам, пока тот не вытащил оружие. Его клинки сталкиваются с черным мечом, в стороны летят снопы искр.
Танец мечей в таком бешеном темпе, когда клинки от быстроты ударов сливались в сплошные полосы, продолжался так долго, что Айдорн невольно поразился выносливости обоих. Хотя он замечает, что по лицу отца скатываются обильные капли пота, а движения замедлились. О незнакомце Айдорн не может сказать ничего, поскольку до сих пор из-под черного одеяния, несмотря на все акробатические фокусы, видны только кисти рук. И вот настал момент, которого Айдорн подспудно боялся больше всего — отец ошибся и клинок Сартора ударил в грудь. Гэйветора отбросило на землю, Айдорн увидел кровавую полосу на его груди, гримаса боли на краткий миг исказила его лицо — меч пробил кольчугу. Однако кузнец ранен не тяжело и успевает подняться, прежде чем Сартор настигает его.
— Сдайся и я подарю тебе легкую смерть, — раздалось из-под капюшона.
— Сначала посмотрю какого цвета твоя кровь! — зарычал Гэйветор.
— Ценю твою смелость, Гэйветор, — сказал Сартор, занося меч, — но ты все равно умрешь.
Вновь раздался звон мечей. Гэйветор больше не заботился о защите — знал, что не переживет поединка. Его целью стало если не убить, то хотя бы тяжело ранить противника. Еще быстрее вращая мечами, он старается подловить противника, не обращая внимания на новые и новые раны, появляющиеся на его теле. Гэйветор проигрывает бой, — силы на исходе, жизнь вытекает из ран вместе с кровью. После того как в очередной раз мечи прошли мимо цели, он не удержался на ногах и упал. Черный тут же навис сверху, направив острие меча в горло противника.
— Как я и говорил, — произнес Сартор, — ты умрешь.
Но Гэйветор еще не сдавался. Чуть сдвинувшись в сторону, отбил черный меч и, привстав на локте, нанес противнику удар снизу. Все произошло настолько быстро, что черному не оставалось ничего другого, кроме как отпрыгнуть. Кузнец вновь идет в атаку, бьет наотмашь справа. Сартор взмахом клинка выбивает оружие из руки Гэйветора — кузнец остался только с одним мечом. Ему совсем худо, и даже со стороны видно, как он устал: плечи поникли под тяжестью доспехов, рука еле удерживает клинок. Сартор нападает еще энергичнее, желая быстрее закончить схватку.
Кузнец, понимая, что скоро будет совсем обессилен, решился на отчаянный шаг. Он не стал защищаться и когда противник сделал очередной выпад, клинок Сартора легко пронзил защищенное кольчугой могучее тело. Гэйветор подтягивается за лезвие черного меча к Сартору, чтобы пронзить его своим, но умирает на полдвижении к противнику.
Его сын остается один на один с черным. Кроме них двоих никто больше не способен продолжать бой. И тиалинцы и пришельцы валяются на земле тяжелоранеными или мертвыми.
Перед глазами Айдорна встала кровавая пелена, окружающий мир раскололся на мелкие куски, словно разбитое зеркало. Душа его в этот миг умерла, ее место заполнила жгучая ненависть. Он бросается на врага, в безумии берсерка желая уничтожить убийцу отца. Сартор поднимает руку, готовясь произнести заклинание. Но юноша к этому безразличен — он желает только мести. Вдруг, его словно обдало ледяной водой — его сознание мгновенно прояснилось, он ощутил на занесенной для удара руке чье-то прикосновение.
— Остановись, Айдорн, тебе с ним не справиться, — услышал молодой кузнец голос матери. Жрица говорила с отчаянием, которого юноша прежде никогда не слышал.
— Я все равно его убью, как бы силен он ни был.
— Он не по твоим силам, сын мой, — произнесла Эймина голосом, в котором легко можно было разобрать предчувствие смерти. — Ты слишком слаб в магическом искусстве перед Черным Магом… К тому же, он охотится именно за тобой. Потому беги прочь и ищи помощи у эльфов.
— Нет, — не согласился Айдорн.
— Чем раньше он отправится к Светлым Богам, тем раньше я уйду — произнес Сартор зловещим голосом.
— Побежишь изо всех сил и не остановишься до тех пор, пока не окажешься у эльфов! И не смей мне перечить Айдорн! — холодно приказала жрица. Она уже готовилась к поединку.
Айдорн послушался и отступил.
— Первым погиб воин, а теперь его стопами хочет пойти жрица, — насмешливо заметил Сартор. — Что ж, Эймина, тебе я тоже дам шанс — сдавайся и прими легкую смерть. А ты, Айдорн — разве ты не воин? Вступись за мать, отомсти за отца!