Какие невидимые механизмы движут ординарными в обычной жизни молодыми людьми, когда они поджигают церкви я убивают друг друга? Их толкает желание выделиться среди подобных себе?
Отчасти да, но желание выделиться среди сверстников — это, можно сказать, фикция, потому что они совершают эти поступки не с единственной целью завоевать уважение окружающих. Они верят, что эти самые окружающие ожидают от них, что они поступят именно так и никак иначе. А так как их круг очень замкнут и закрыт для внешнего мира, то в нём вырабатываются свои собственные нормы поведения.
Что же нужно делать, чтобы завоевать уважение своих товарищей?
Существует несколько вариантов. В таких средах, как блэк-метал, всегда будут возникать разногласия, всегда будут споры о том, что принципиально, а что нет. Для одних важно принимать участие в, скажем так, «обрядах», быть постоянно вместе со своими единомышленниками, другие будут считать это пустой тратой времени и сочтут, что заниматься собственно музыкой, совершенствоваться как музыкант гораздо важнее. Это, наверное, был ключевой момент в противостоянии Аарсет — Викернес. У меня сложилось такое впечатление, что для Аарсета на первом месте стояла всё же музыка, нежели что-то другое. Напротив, «Граф» считал, что активная деятельность гораздо актуальней. Оба обладали харизмой, необходимой для того, чтобы стать законодателями моды в своём кругу.
Значит, здесь не причём, скажем, "верность идеям"?..
Нет. Лично у меня лично сложилось представление, что в блэк-метал превалирует желание казаться «злыми», тяга к сверхъестественному. Смелость быть антиподами.
На Ваш взгляд, символика, характерная для блэк-метал, ритуалы, совершаемые ими, как-то сказываются на их психике, умонастроениях?
Безусловно, если человек участвует в ритуалах, где присутствует кровь и т. д., это не пройдет для него бесследно. Такие действа обладают сильнейшим символическим эффектом, и их воздействие на подсознание может иметь абсолютно непредсказуемые последствия. Попав на этот зыбучий песок, некоторые могут потерять точку опоры.
Какого рода связь существует между правыми и блэк-металлистами?
Как такового формального контакта нет. Об этой связи скорее не говорится вслух: националисты на каждом углу кричат, что они борются за правое дело, что большая часть населения их поддерживает, но предпочитает открыто не говорить об этом. Поэтому официальное «братание» с Сатанистами, борющимися уже за "злое дело", может их только скомпрометировать. Так что "протокола о намерениях" стороны не подписывали. Тем не менее некоторая диффузия «чёрных» частиц блэк- метала в националистическую среду явно налицо. Многие уже пресытились Сатанизмом и смотрят на него как на детскую забаву. Теперь они хотят попробовать чего-нибудь серьёзного, «настоящего», с политическим привкусом. За последние года два в этом направлении откочевала весьма внушительная группа блэкушников.
Это превращение, кажется, проходит для них довольно безболезненно. Почему?
Я думаю, это связано с тем, что отправной точкой для блэк-метал служат всё-таки не идеологические мотивы, а элементарная жажда развлечения. Увлечение нордической мифологией повсеместно в блэк-метал кругах. Следующим шагом многие захотят определиться со своими идеологическими пристрастиями. Хотя, наверное, кто-то скажет, что те, кто идут такой дорогой, не рассматриваются своими коллегами как "серьёзные активисты". Они находят в этом своеобразное развлечение — цепляют на себя различную провокационную символику, много пьют и орут "Зиг хайль!"
А есть ли у блэк-метал и национализма точки соприкосновения?
И те, и другие оперируют тёмными сторонами человеческой натуры. Праворадикалы соглашаются с тем, что у них есть уйма предрассудков; больше того — они ими гордятся. Другие, быть может, пытались бы подавить их в себе, забыть о них как-то, не думать о них. Нацисты же, напротив, кричат о своих предрассудках во весь голос. Романтизируя насилие, они становятся открыты для иррационального и явлений, не приветствуемых общественной моралью. Их мораль позволяет ненавидеть.
Да, в этом что-то есть, тем более что одно из главнейших табу в обществе — это ненависть к людям иной национальности. А блэк-метал всегда очень трепетно относился к нарушениям табу. Сейчас, когда они, кажется, меняют дьяволопоклонничество на нордическую мифологию, а праворадикалы давно исторгают словоизлияния в тот же адрес, то не исключено, что пройдя через эту призму, лучи их световых потоков сойдутся.
Говоря обо всем нордическом в возвышенных тонах, они лишь развивают свой интерес к скандинавскому фольклору и истории. Для многих это лишь следующий шаг в прежнем направлении, по той же оси координат.
То, что некоторые революционно настроенные праворадикалы и кое-кто в блэк-метал кругах достигли некоторого, пусть неопределённого, но очевидного уровня взаимного влияния, безусловно. Главной точкой пересечения является, конечно, Викернес — благодаря своим откровенно националистическим высказываниям. Трудно сказать, какое влияние он сейчас оказывает на блэк-метал среду, но если судить по шкале продаж его пластинок, то этот барометр показывает довольно приличное давление. В среде же националистов Einsatzgruppe открыто поддерживала Викернеса, а несколько радикальных скинхедовских журналов в последнее время были замечены в публикации ряда статей о нём. Неясно, правда, каково отношение к его взглядам и спорному общественному имиджу со стороны более устоявшихся и «солидных» праворадикальных сил. Но невзирая ни на что, Викернес продолжает посредством масс-медиа и "приватных каналов" сеять смуту в умах сородичей. Благодаря его известности он никогда не бывает обделён вниманием пишущей братии, более того, теперь благодаря телевидению перед ним открываются новые горизонты "голубых экранов" соотечественников. Тем не менее, пресса подвергает непременной цензуре все его спичи, вырезая из оных места, которые негоже слышать респектабельным норвежским буржуа и, тем паче, их чадам, чем вызывает в Викернесе поток нескончаемых жалоб о том, что его неправильно подают на ТВ. Вскоре после того, как весной 97-го года провалилась попытка Einsatzgruppe освободить Гришнака из лай норвежской пенитенциарной системы, им всё же была достигнута одна серьёзная победа на пропагандистском фронте — наконец-то была издана его книга, Vargsmal.
Кто издал этот труд на 156 страницах, так и осталось загадкой, но по неподтверждённым сведениям, книга была отпечатана в Италии. На её обложке запечатлен норвежский флаг, посредством добавления круга над перекрестием превращенный в солнцеворот — националистический символ. Сам автор снабдил первое издание Vargsmal вступительным словом, в котором призывает читателей писать в нацистскую организацию Zorn 88, чтобы получить другую "хорошую норвежскую литературу". Кроме того, Варг не преминул обмолвиться о своём вновь обретённом имени: "Я посвящаю Vargsmal памяти Видкуна Абрахама Лауритца Ионсона Квислинга, за его старания, за его борьбу за свой народ, за родину своих предков в тяжелейшее из времён. Да займёт он место в Валхалле рядом с Одином!"
Если крайне правым и блэк-металлистам пришлось бы совместными усилиями выбирать эмблему с нетерпением ожидаемого ими грядущего апокалипсиса, то, конечно же, для этой цели они выбрали бы древнескандинавский миф о Рагнароке. Эта драматическая легенда наполнена таким количеством крови, огня и смертоубийства, какое только может представить себе человек в тот день, когда сегодняшний мир встретит свой конец. В поэмах скальдов, вошедших в Старшую Эдду, описано, как наступят! сумерки богов и погибнет мир. Циничный же наблюдатель может с уверенностью заявить, что час Рагнарока уже настал: