Почтовый ящик:
Пол: женский
Последнее посещение: 28 октября 2020 18:36
Дата регистрации: 8 ноября 2014 09:31
Дата рождения: 13 сентября 1988
О себе: Я пишу, но не писатель. Я исследователь, подгоняющий правду под выбранные мною рамки, оперирующий словесностью для достижения поставленной цели, - да, я все это, но я не писатель.
Я люблю: Рисовать и писать (Сейчас - рассказы и романы, некогда - еще и стихи). Проводить исследования. Читать.
Любимые авторы: А.Дюма, Г.Эмар, М.Семенова, А.Сапковский, Х.Мураками, Б.Ёсимото, Джеймс Монтегю Роддс, Э.Блеквуд, Б.Стокер (Дракула), С.Кинг, Ш.Бронте (Джен Эйр), Ришад Нури Гюнтекин
Любимая музыка: Все, кроме поп-музыки
Любимые цитаты: "Курю"-это тоже чувство. Это такое эксклюзивное чувство с эксклюзивным его выражением. И никак это чувство иначе не выразишь. Я по тебе курю. Много курю... (с) Паланик.
  • 1
  • На странице:
Евгения Виргос
Евгения Виргос 14 января 2019 14:00
Титаник (20090309)
Молились бы Богу с утра и до ночи
И демону б душу продали...
За самую малость и самую кроху - за то, чтоб мы там выживали.
Господь нас не спас,
Наши души забрав
И вечную память о нас даровав.
Лишь билась посуда - хрусталь с позолотой,
Лишь Смерть наши жизни косила,
Лишь слышались крики и шепот усталый: "Боже! В нас твоя сила!"
Нам кости ломало, друг друга давили,
И холод нам - иглы под кожу...
Такой простыней нам Судьба постелила  смертное ложе...
Нас много погибло от страха и боли
Нам всем океан стал могилой...
Но все же я рада хотя б потому, что со мной мой любимый...
Евгения Виргос
Евгения Виргос 24 августа 2016 12:04
Серия про персонажа Харли Кин, А.Кристи:
  1. Таинственный мистер Кин http://litlife.club/bd/?b=15543
  2. Тень на стекле http://litlife.club/bd/?b=99269
  3. В гостинице Наряд Арлекина http://litlife.club/bd/?b=103724
  4. Небесное знамение http://litlife.club/bd/?b=103564
  5. Душа крупье http://litlife.club/bd/?b=103560
  6. Вышедший из моря http://litlife.club/bd/?b=103558
  7. Голос из темноты http://litlife.club/bd/?b=103961
  8. Лицо Елены http://litlife.club/bd/?b=103246
  9. Мертвый Арлекин http://litlife.club/bd/?b=63202
  10. Птица со сломанным крылом http://litlife.club/bd/?b=99646
  11. Улица Арлекина http://litlife.club/bd/?b=99660
Любовные перипетии - http://litlife.club/bd/?b=62880 (Любовный детектив)
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 15:17
Урожай Махи (К роману "На краю Пунт")

Маха  — в ирландской мифологии несколько мифологических персонажей и (или) богинь. Она часто упоминается вместе со своими сёстрами Морриган ( Великая Госпожа Ворон )  и Бадб ( Ворона )  (Немайн). Возможно, эти три богини представляют собой различные аспекты трёхликой кельтской богини войны. Махе посвящались головы убитых врагов ( жёлуди Махи ). Морриган и Бадб часто принимают облик ворона или вороны. В ходе некоторых битв рассеивали  дожди и густые непроницаемые „друидические“ туманы

Зимний лес и вечно голубое небо.
Взгляд в никуда – остывшее стекло…
А меж дерев тела, присыпанные снегом,
Заснувших навсегда юных бойцов.
 
Три черных ворона то будто изваянья,
То машут крыльями темней, чем ночь,
И смотрят пристально глазами-кАмнями,
Своим владетелям дар берегут.
 
С болота топкого с туманом движется,
Рукою тянется, замедлив ход.
Под легкой ножкой трава рассыплется,
Как в жизни многое, в труху уйдет.
 
И стан девичий в платье темно-сером
Скользнет неслышно на поляну дня.
И ветер ловко снежным бисером
Укроет плечи девы, снег истает в дождь.
 
Изящные движенья тонких пальцев.
Замолк весь мир и время замер миг.
Она не враг, но проводник скитальцев,
Что меж мирами ищут свой приют.
 
Прекрасней Махи не видали страны,
Но и страшней ее не видел свет.
И нарекали Странницу другими именами,
Оставив суть и бремя на плечах одно.
 
Она осмотрится с тяжелым вздохом,
Прикроет веки смотрящим в вышину.
Возьмет их души, пропахшие порохом,
С богатым урожаем прочь уйдет.
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 15:11
Трудный разговор
 
На мир тяжелым покрывалом
Давно спустилась ночь,
Беззвездное спокойствие неся.
И мир был тих. И засыпал несмело,
Не ведая, что где-то в тишине
Сидели двое, говоря молчанием,
И заполняли душу пустотой.
И думалось им: жизнь — как кошка,
То ступит белой и пушистой лапкой,
А то ударит и оскалит пасть,
В дар оставляя камень тяжкий.
 
В протопленной гостиной на кушетке
Сидела леди в черном платье.
У окна стоял почти седой мужчина,
Чей взор был устремлен во мглу.
 
Их силуэты освещал огонь в камине,
Было душно,
И треск поленьев
Звонко отдавался в голове.
Шел разговор.
Неспешный и неловкий,
Срывая голос в шепот.
Но был он откровенным,
Как пред богом,
Когда не хочется и нечего скрывать.
 
О том, что действо не приносит радость,
Говорили пальцы, что с силой сжали шаль
И глаза, невидяще глядящие в огонь.
 
Увидев это, мужчина подошел поближе.
Он, чувствуя себя виновным в чем-то,
Хотел исправить все, что мог,
Но как то сделать — не найти ответа.
И, верно, потому считал заботу
Лучшею из зол.
 
— Вы побледнели.
Пересядьте-ка к огню...
 
— Не пересяду. Холод, как в могиле,
Преследует меня уже давно,
С тех пор, как мы расстались...
 
Голос дамы тих был
И нежно он в ночи звучал,
Приковывая слух.
Его хотелось осязать,
Прочувствовать всем существом
Оттенки чувств и переливы.
Тем временем продолжен был рассказ:
 
— Знаете? Я одного его любила.
Вы, сударь, слышали
О вечной мерзлоте?
О, там земля настолько смерзлась,
Что не согреть и тысячами солнц.
Вот так и сердце, что в груди моей,
Заледенело и сковало тело...
Я так жила. И долго продолжала б жить,
Но те слова, что вы сейчас сказали...
Я признаю, с улыбкой на губах,
Мой сердечный лед непрочным оказался
И от ваших слов
В нем море ласки разлилось.
 
Когда-то я любила, это правда.
И он любил меня — я знала то!
Весна пришла ко мне
И я узнала счастье счастье,
Когда смотрела в очи я его.
И запах роз смешался с запахом лаванды...
На мир спустилась тишина.
И мир затих во сне тревожном.
Там — никого, лишь мы вдвоем
И песнь любви друг другу пели,
Нет! — не словами песни излагали —
Глазами, всеми струнами души...
И никого вокруг не замечали,
Гуляя по саду в полуденной тиши...
 
То было счастье, мы за ним забыли
О том, что все исчезнет в трели жаворонка,
В чертогах утренней зари.
И он ушел, когда пришла его пора.
Оповестили, отписались холодными словами.
Он был героем. Он служил. Он умер.
Безличные слова, что пишут всем,
Но никому они не приносили облегченья...
 
Вам благодарна я за ваше благодушье.
И что простили брата своего.
Вы были так же столь добры ко мне,
Что дали кров мне и заботиться решили...
 
****************
 
Кто ведает судьбами всех дорог?
Чья власть сильнее человечьей воли?
Он ли
Распорядился так,
Чтобы отнять у двух сердец
Две половинки, две любви,
Пусть разного величья?
И возместил потом —
По недосмотру ли,
Иль тайным замыслом —
Соединив все то, что выпало
В сухом остатке,
В единое и целое одно? -
Сцепил и сплавил,
Не растащишь впредь.
****************
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 15:04
Прощание славянки
/стеб/
 
Двулично-мелочная сволочь
Внутри меня творит не то.
Хочу с тобой я попрощаться
И мозг кипит уже давно.
 
Сказать хотелось тебе правду:
- Мне без тебя спокойней, слышь?
А пальцы снова набирают,
Что ты меня опять НЕ злишь.
 
Что ж, я немного поутихну,
Обиды к черту бы, на дно.
Но нужно хоть на что решиться
И  нас  бы отпустить давно.
 
Меняю снова  плюс  на  минус ,
А  минус  - в  плюс  перевожу.
С тобою – путником в пустыне,
Иль будто топь перехожу.
 
В тебе легко так ошибиться,
Себя же трудно удержать –
Я снова жутко загоняюсь,
Но не могу тебе сказать.
 
Я убегаю от общения
И выключаю телефон.
С тобою мне – одно мучение,
А без тебя – покой и сон.
 
Проходит месяц. Нагноений
В моей душе в помине нет.
Хочу лишить себя сомнений,
Сказать  пока , захлопнуть дверь.
 
Тебя я жду и без зазрений
Я начинаю разговор.
На  как дела?  мне без сомнений
Дают слезливый приговор.
 
Мне говоришь о вечном.
Бывшем. Что любишь ты меня, но…
Я чувствую себя на встречной:
Тот  бывший  - вечный мой порог.
 
Из-за него… не поругались,
Но загонялся целый год.
С тобой который раз прощались,
И снова возвращались… вот…
 
Но  бывший  снова вдруг обидел
(За что люблю его опять).
И повод есть, Его я хаю,
Его теперь буду стебать.
 
На радостях (как видно вскоре),
Что дал мне случай, я посылаю далеко,
По слэшерски (чего тут боле)…
Мир, жвачка, дружба и… любовь?
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 14:59
Костры
 
Мы продали души,
          Другие нам прочат костры –
Сквозь призму неверия в веру
          Незрима причастность.
Вот кто-то решительно-честный
          Несет головню
И пахнет паленою кожей
           Души всепричастной.
Уверуйся, друже,
           Я вечно на  той  стороне -
Не воин, философ,
           Смотрящий иного светила…
 
Я знаю что лучше
            Безумному чудо-скитальцу.
Не смейте перечить –
             Соседнее место пусто,
Чтоб рядом сгорать
             Много делать не нужно.
Мы жили, как знали,
              Как выбрали сами себе.
И сами себе выбирали
              Морали и совесть.
Как знаешь – так делай –
              Таков наш этюдник мастей:
Всем рот не заткнешь,
              А  Коперники всюду рождались…
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 14:54
В преддверии расставания
 
Смеяться громко, неудачно, невпопад,
Заигрывать ликующе словами,
Смущенно мяться, биться об заклад,
Но ничего не закрепив делами…
 
Я обещала вечность подождать,
Со скидкою на случай в непогоду –
Мне не хотелось как-то подтверждать
Все то, что было, будучи на взводе.
 
Зачем теперь оглядываться вдаль,
Смотреть заиндевелыми сердцами,
Искать родство в глазах, что сталь,
И сравнивать с забытыми очами.
 
У каждой встречи в жизни свой удел,
Его б прожить, не опуская очи долу,
Однажды переступит всяк предел
И дОлжно отпустить, внимая доле.
 
Мы много думаем о том, что позади,
Не отвлекаясь к тем, кто с нами рядом;
Им вслед не крикнув  Подожди ,
Когда уходят. Провожать их взглядом.
 
Так, наблюдая нашу тишину,
Что неуютна при дневном светиле,
Я понимала, что не обниму.
На радость оголтелому Яриле…
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 14:51
Nota Bene
 
Нам оставаться в вечных дураках,
Все понимая, - мир не без изъяна.
Пусть с близкими, поди ж ты, на ножах,
Но от любви был беспробудно-пьяный.
 
Я признавался на лета вперед,
Писал стихи полночной серенады.
Придумал я, что чувство мне не лжет,
Ну а теперь – отрезано, не надо.
 
Я посвящал себя, как будто вопреки
Всем мыслям и устоям, и запретам,
Но предан был молчанью тишины
И в прошлом же остались все запреты.
 
Я без тебя. Мне трудно признавать,
Но как там ты, спросить я не желаю.
И в лунном лике черт знакомых узнавать
Не собираюсь впредь, ты понимаешь?
 
И я молчу в ответ на сообщенья вскользь,
Молчу, когда в сети тебя я вижу.
С тобой давно мы стали врозь,
Я глух и нем, и я тебя не слышу…
Евгения Виргос
Евгения Виргос 18 августа 2016 14:07
Марион и Роб. Ночь
 
Фандом: Robin Hood
Рейтинг: R
Жанр: Romance
Размер: Мини
Статус: Закончен
 
Долгая война и разлука не дали им быть вместе, как того хотели их семьи тогда. Но всретившись спустя годы и полюбив, они сыграли свадьбу и вступили в новую жизнь...
 
Марион сидела на краю ложа из мелких еловых веточек, прикрытых разномастным тряпьем. Их цвет в темноте был неразличим, а тусклый свет луны, пробивающийся сквозь щели в стенах и разбитые окна, искажал их очертания, придавая всему голубоватый оттенок.
 
Девушка стянула через голову верхнее платье, подтянула ногу, поставив пятку на край настила, расправила, как могла складки на своем бордово-красном нижнем платье. Опершись позади себя руками о ложе, она повела плечами и, расслабившись, вздохнула.
 
Сзади нее послышался шорох, но она не обернулась на него. Ее муж — отныне и до конца их веков — приблизился к ней. Он, придвинувшись к ней ближе, вынудил ее сесть ровнее и затем откинуться спиной ему на грудь. Марион не возражала — ей нравилось касаться своего господина, как она называла его сначала в шутку, а потом он и в правду стал хозяином ее сердца. Мужчина обнял ее за плечи и уткнулся носом в ее волосы, согревая через них своим дыханием нежную кожу шеи.
 
Девушка впервые в жизни хотела позвать его по имени — Робин, но не смогла — это обращение никак не могло передать всего того, что она чувствовала к нему…
 
Они были помолвлены с самого ее рождения — договорной брак детей для желающих породниться лордов — старинных друзей. Как это странно: ее муж видел ее совсем крохой, держал на руках. Он сам рассказывал о своих чувствах тогда, описывая себя десятилетнего. Что он чувствует сейчас, держа ее в своих руках, но уже и-н-а-ч-е. А тогда... тогда все было нормально. Должно было так стать, останься все по-прежнему. Брак окончательно закрепили бы, исполнись ей двенадцать или четырнадцать. Так сталось бы, не случись долгая и изматывающая война за власть с долгими походами на Святые Земли, обескровившими их страну. Стало бы так, не уйди за своим королем ее отец, перепоручив ее заботам своего друга. Отправился с ними и ее жених, которого она видела лишь раз в жизни, тайком от отца, выглядывая в окно и спрятавшись за портьерой. Они не должны были видеться до ее представления в Свет, где и должно было состояться официальное оглашение их помолвки.
 
Вассалы, поддерживающие старого короля, поведшего свое войско в поход, были низвергнуты и подавлены. Брат короля, вступивший регентом на трон, разорял казну и отбирал последние крохи у простого люда.
 
Из последнего похода, оставив короля в плену, возвращались немногие и тихо, дезертировав. В лохмотьях, полуголодные, озлобленные и с озверелым взглядом они шли к дому. Лишь у немногих из них оставались немногие награбленные в чужой стране ценные вещи. Их пропивали в трактирах за бесценок, выменивали на крохи уюта в виде краюхи плесневелого хлеба и сухого угла в сарае. Хотя, чего скрывать, были и те, кто возвращался, преумножив свои богатства. Те, кто надеялся поднять страну, когда вернутся победители, теряли свою веру.
 
Ее тогда еще жених тоже вернулся из похода. Пришел сам, сбежал, поняв всю тщетность этих войн. Марион никогда не спрашивала его о том, что с ним происходило там, видя как тяжело ему дается пребывание здесь, осознание, что война еще не отпустила его страну, и он снова должен защищать ее, но уже от внутреннего врага. Как мучительны бывают его сны даже теперь, спустя долгое время, и он с трудом просыпается в холодном поту и со сбитым дыханием.
 
Многое изменилось с тех пор, как Робин отправился в путь. Сегодня любой, кто объявит себя родичем его семьи — вне закона. Его отца убили, а замок сожгли. В той бойне сумели спастись немногие. Ее саму вывел личный слуга лорда — его незаконный сын, мальчишка, лет на пять старше самой Марион. Он долгие годы заботился о ней как о сестре, но не иначе, как все известные боги охраняли их путь, а то как же смогли бы выжить двое детей, одной из которых восемь, а другому тринадцать?
 
Сложись все иначе, она уже четыре года могла бы быть уже замужем, а то и все шесть. Наверное, у них бы уже росли дети. Она здоровая, выносливая — хватило бы сил и тогда. И ее господин, так нежно перебирающий сейчас ее волосы плохо слушающимися из-за ранения пальцами, не мучился бы кошмарами и не скрывал от нее свежие, еще красные полосы шрамов на своем теле. Это могло быть так, не совпади множество  если бы…  и  если бы не… . А теперь ей восемнадцать — стукнуло этой весной. Ее мужу — двадцать восемь. Дорога друг к другу оказалась слишком долгой и тернистой, а раскрывать свое имя сразу, узнав кто перед ней стоит, она не решилась.
 
Теперь это все позади. Сегодня утром, после разговора о прошлом, они попросили святого отца обвенчать их. Это событие произошло там же, на согретой солнцем опушке, где их отряд разбил лагерь. А после небольшого празднества у костра, они пришли сюда, в полуразрушенную хижину егеря, чтоб хоть ненадолго уединиться.
 
Марион вздрогнула от неожиданности, услышав над ухом тихий смешок, словно взорвавший тишину.
 
— О чем задумалась моя леди? — шепнул мужчина.
 
— О том, что давно не имеет значения, — столь же тихо ответила девушка, чуть отстранившись, и, собрав руками густые смоляные волосы, вьющиеся от корней, перекинула их через плечо и склонила голову ниже.
 
Роб прижал ее к себе еще ближе, сев так, что девушка оказалась между его ног.
 
— Можно? — спросил он.
 
— Ты — мой господин, — улыбнулась она, глядя в сторону от смущения.
 
Мужчина воспринял это как позволение и прикоснулся теплыми губами к изгибу тонкой смуглой шеи, покрывая ее поцелуями. Марион улыбнулась, она все еще придерживала волосы руками и, чтобы они не мешались, заплела в косу. Мужчина погладил ее плечи, скрытые узкими рукавами. Девушка перехватила его руки и, на мгновение переплетя пальцы, прижала его ладони к своему телу, чуть ниже груди и провела ими ниже к бокам, туда, где висели тесемки кожаных шнурков, скрепляющих нижнее платье. Луна, видимо, скрылась за облаками, окончательно погружая мир во тьму.
 
— Все в твоих руках, господин. Я в твоих руках.
 
И вроде бы ничего не было в этих словах, кроме признания его главенства над ней, если бы не ее свободолюбие, острый язык и нрав, унаследованный ею от матери, родом из южных земель. Если бы не безграничное доверие, что оказывала она ему сегодня.
 
Мужчина улыбнулся ей в шею, продолжая то гладить ее тело кончиками пальцев, то возвращаясь к тесемкам, вытягивая их из очередной петли. Больше они ни о чем не говорили, лишь только иногда в ночной тиши слышались громкие вздохи и смешки. Девушка положила ладони на его колени и провела ими до бедер, остро ощущая шероховатость ткани.
 
Ослабив шнуровку на платье, мужчина сжал девушку в объятьях, словно пытаясь вплавить ее тело в свое, пытаясь показать все, что чувствует. Проведя раскрытыми ладонями по ее груди, он дернул завязки, стягивающие платье у горловины, и, распустив их, спустил нижнее платье с плеч к бедрам. Теперь они еще сильнее соприкасались обнаженной кожей — мужчина уже давно стянул свою рубашку. Он ласкал ее тело, распаляя, то скользя по нему почти невесомо, то более твердо, расчерчивая замысловатыми узорами.
 
Марион в его руках была расслабленной, ластилась, принимая его действия как дар, будто теплая глина в его руках. Что выйдет у них по итогам сегодняшней ночи? Она правильно сказала — все зависит от него.
 
Он уложил ее на настил так, что ее колени лежали поперек его бедер. Робин склонился к ней, приникая губами к небольшой груди. Марион выгнулась, подаваясь навстречу, и положила узкую ладошку ему на голову, зарываясь тонкими пальчиками в русые пряди.
 
Робин сел в изножье ложа и, сняв остатки своей одежды, помог Марион. Она все еще тяжело дышала и наблюдала за ним из-под прикрытых век, и даже не пытаясь пошевелиться, отдавая право решать за себя даже в этой малости своему господину. Снаружи послышался шум дождя, и ветер донес сквозь разбитые окна его запах. Потолок, должно быть, протекал, и послышалось монотонное  кап-кап-кап …
 
Мужчина, справившись с одеждой, накрыл собой тело своей жены и, едва касаясь, поцеловал ее в висок и скулу, приник ближе, делая своей. Над его ухом послышался судорожный вздох, и девушка задержала дыхание, с силой сжав пальцы на его плечах. Они замерли, пока Марион приходила в себя…
 
Спустя некоторое время они все так же лежали на разобранном ложе: Марион — на спине, ее длинные косы расплелись и черным каскадом обрамляли голову. Робин лишь немного сместился в бок, чтоб не слишком сильно придавливать свою жену, и положил голову ей на грудь, туда, где билось успокоившееся сердце. И ему было слышно, как оно стучит тихонько, и ему вторят капли дождя, срывавшиеся с карниза и разбивавшиеся о деревянные ступени.
 
Запели птицы — еще пока нерешительно, но скоро их гомон заполнит лес. Мир оживал, чувствуя наступление нового дня, как чувствовали они наступление их новой — общей — жизни.
 
(с)Евгения Виргос
30.08.2014г.

  • 1
  • На странице: