В отличие от прочих эзотерических школ, Тантра ставит абсолютный знак равенства между миром изменчивых материальных образов-явлений (майей) и вечной внутренней реальностью, лежащей за пределами дремлющего сознания. К многочисленным двойственным функциям Шакти относится и то, что она скрывает природу реальности от зачарованного разума образами обманчивой майи и одновременно является силой, открывающей истинный универсум тем, кто достигает через нее просветления.
Массовый синдром, заставляющий столь многих мистиков и магов отворачиваться от материального мира как от отвратительной и грязной заразы, пути левой руки совершенно чужд. Адепт должен не презирать иллюзорность майи, видя в ней гибельный морок, от которого следует усердно отстранятся через очищение аскетизмом, а прославлять ее, узнавая в ней восхитительную манифестацию женской силы. Собственно говоря, призрачная, но, как ни парадоксально, реальная субстанция мира воспринимается с вышеупомянутой точки зрения игры или лилы, и именно это чувство превалирует в магических практиках в тантрических кругах. Такое отношение выходит за рамки дихотомии тело = зло, сознание = добро, давая возможность адептам видеть в плотском теле средство, открывающее путь к просветлению.
![Демоны плоти. Полный путеводитель по сексуальной магии пути левой руки i_004.jpg](https://litlife.club/books/99479/read/images/i_004.jpg)
Поцелуй Сфинкса. Франц фон Штук.
Ярче всего дихотомию статичное мужское/активное женское, устоявшуюся в теории сексуальных полярностей пути левой руки, иллюстрирует традиция изображать Шакти в ее разрушающей ипостаси черной как ночь Кали, с некрофилической страстностью склоняющейся принять эрегированный фаллос мертвого и бледного Шивы, распростертого на погребальном костре. Тантра утверждает, что без Шакти Шива — труп; мужское сознание без женской силы инертно. «Камакалавиласа-тантра» говорит, что «бесплотному Шиве, несущему в себе принцип чистого сознания, нужна Шакти, чтобы обрести телесную оболочку». Ее тело, в которое в момент их сладостного соединения входит Шива, на самом деле является ставшим зримым сознанием Шивы. Название «Камакалавиласа Тантра» означает «Тантра об эротической радости в любовных движениях», восхитительное наслаждение встретившихся магнетических космических сил. Конечная цель поисков посвященного левой руки — стать бисексуальным двуликим божеством, активизировав в своем личном сознании состояние вечного сексуального наслаждения. В западном герметизме этому соответствует идея о внутреннем андрогине.
В метафизике пути левой руки настоящая и тайная сила любого мужчины-адепта — это его шакти, как воплощенная в женщине-партнере, так и одновременно жизненная сила внутри него. Данная крайне значимая концепция распространена не только в Индии; она четко прослеживается в ряде легенд, где могущественный маг-мужчина приобщается к сокровенной силе через подругу-спутницу или темную музу, несущую в себе великую эротическую энергию. В современной западной сексуально-магической традиции, пожалуй, самое известное свое выражение эта идея находит в образах Багряной Жены (человеческой аватаре Вавилонской Блудницы) и Иштар.
Замешанная на христианстве западная духовная традиция предоставляет своим женщинам ограниченный репертуар из всего нескольких как бы противоположных ролей: мадонна/девственница, которой возносят с алтаря почести как недоступному идеалу чистоты, и блудница/соблазнительница, которую проклинают как источник греха и причину всех мужских недугов. Тантра левой руки, путь женщины, трактует женский принцип Шакти как бесконечно сложный принцип жизни, принцип одновременно девственницы и блудницы. Отвратительная старая ведьма и удивительная красавица в то же время, изменчивая, созидающая, разрушающая, милосердная, жестокая, любящая и равнодушная — бесконечный поток вечно меняющейся женской энергии, материнское начало, испускающее всю существующую материю, и при этом — загадочная ночь, в которой вся материя поглощается.
Во многих древних культурах, даже тех, которые принято относить к «патриархальным», магическую силу правителя, позволяющую ему царствовать, традиционно приносило ему в дар сверхчеловеческое женское существо, универсальная манифестация шакти. Кельтская сказка о таинственной Даме Озера, помогающей королю Артуру добыть великий меч Экскалибур — известный пример магической женской силы, скрывающейся за троном. Остальные кельтские мифы более однозначно трактуют сексуальную природу обмена силой — многим легендарным ирландским королям приходилось вступать в связь с местными женскими божествами, которые через эротический акт дарят власть над той или иной землей. Как и любое вступление в контакт со сверхчеловеческими сущностями, эти сексуальные ритуалы коронации часто представляются потенциально опасными, выдержать их способен только тот, кому суждено носить королевский венец. Также этот архетип шакти воплощает в себе, только не в столь сверхъестественной форме, смертная царственная супруга Артура Гвиневера, изменившая мужу с рыцарем Ланселотом, став тем самым причиной духовного и «физического» падения замка Камелот. У советчика Артура, бессмертного волшебника Мерлина, тоже была своя шакти — его сводная сестра Фея Моргана. Неуловимый артефакт, предмет отчаянных поисков рыцарей Артура — Грааль — еще один символ шакти-йони, представляющий собой бездонную чашу, наполненную тайной мудростью.
Представление о мужском начале, сила которого выражается через спокойствие и созерцание, и безудержно активном женском начале кардинально отличается от западных стереотипов агрессивного самца и кроткой девы, и оттого именно эта часть доктрины левой руки западной культурой усваивается труднее всего. Мужской принцип, как он трактуется в темной волне — и находит выражение в сексуальном ритуале — обретает силу, приобщаясь к источнику внутренней энергии, открываемому через видимый контроль над механизмами как биологическими, так и психическими. Очень распространенная в левом течении практика сдерживания семяизвержения при оргазме, пожалуй, служит идеальным примером мужского спокойствия-неподвижности и сдерживания себя. Мужской контроль над своей личностью выражает идею вселенского порядка. Последний представляет собой статичную энергию, находящую себя в женской динамичной, волнообразной траектории бесконечного движения и служащую способом проявления хаотичной жизненной энергии Шакти.
В буддийской Махаяне, более поздней тантрической школе, эти полярные концепции были заменены на противоположные: мужское начало — активное, женское начало — статичное. В своей практике мы склоняемся к более старой индуистской модели. Те, кто знаком с китайской даосской метафизикой, могут увидеть сходство двойственной Богини с вечно несхожими полюсами, магнетически притягивающимися друг к другу — женским, темным инь и мужским солнечным ян. Но как бы они не назывались, именно с этими энергиями работает адепт сексуальной магии пути левой руки.
Тема стремления темной волны осуществить магическое слияние мужского и женского полюсов, чтобы создать третью, богоподобную сущность, затрагивалась и в не-тантрическом контексте, а именно в платоновском «Пире». В этом тексте Аристофан ссылается на легенду о том, что на самом деле мужчины и женщины — это разделенные половинки, в незапамятные времена составлявшие единое целое. Эти древние андрогины восстали против Зевса, своего божественного отца, и за свою hubris (Hubris (греч.) — надменность, дерзость, гордость, своеволие.) были наказаны тем, что их разделили на два пола. Из-за этого разделения мужчина и женщина обречены вечно тосковать и стремиться восстановить некогда утраченное состояние, ища свою вторую половину, чтобы с ней соединиться. Комментаторы высказывали немало соображений о том, что многие из символических историй Платона, имеющих исключительно эзотерический, а не исторический характер, были взяты им из традиции мистических культов Древней Греции.
Сексуальное слияние противоположностей, метафорически представленных в эротических полярностях Шивы и Шакти, осмысливалось не только в рамках соответствующих ритуалов, как мы увидим дальше. Приемы кундалини направлены на осуществление такого слияния внутри тела отдельного адепта.