Morgen, da bin ich allein,
Morgen, da bin ich allein.
4.Die blauen Dragoner, die reiten
Mit klingendem Spiel durch das Tor.
Fanfarenlieder gleiten
Jauchzend die Duenen empor,
Jauchzend die Duenen empor.
Перевод:
1.Синие драгуны под звуки
Звонкой музыки проезжают через ворота.
Трубные звуки фанфар
Провожают их до самых высоких холмов.
2.Кони ржут и приплясывают,
Березки склоняют свои кроны.
Плещут на утреннем ветру.
3. А завтра они ускачут прочь,
И с ними уедет мой любимый.
Завтра, в дальнюю даль.
Завтра я останусь одна.
Синие драгуны под звуки
Звонкой музыки выезжают из ворот.
Пение фанфар, ликуя,
Провожает их до самых высоких дюн.
32)MAERKISCHE HEIDE, MAERKISCHER SAND
(БРАНДЕНБУРГСКАЯ ПУСТОШЬ, БРАНДЕНБУРГСКИЙ ПЕСОК)
Слова и музыка Густава Бюксеншютца.
Эта песня – признание бранденбуржца в любви своей «малой родине» – Бранденбургской марке – в годы Европейской Гражданской войны 1939-1945 гг. стала гимном дивизий «Бранденбург» («БР») и «Курмарк» («КМК»).
1.Maerkische Heide,
Maerkischer Sand
Sind des Maerkers Freude,
Sind sein Heimatland,
Sind des Maerkers Freude,
Sind sein Heimatland.
Kehrreim:
Steige hoch, du roter Adler,
Hoch ueber Sumpf und Sand,
Hoch ueber dunkle Kiefernwaelder,
Heil dir, mein Brandenburger Land!
Hoch ueber dunkle Kiefernwaelder,
Heil dir, mein Brandenburger Land!
2.Uralte Eichen,
Dunkler Buchenhain,
Gruenende Birken
Steh’n am Wiesenrain.
Gruenende Birken
Steh’n am Wiesenrain.
Kehrreim:
3.Bauern und Buerger
Von maerkischem Geschlecht,
Hielten stets zur Heimat
In maerk’scher Treue fest.
Hielten stets zur Heimat
In maerkscher Treue fest.
Kehrreim:
4.»Hie Brandenburg allwege!»
Sei unser Losungswort.
Der Heimat die Treue
In allen Zeitn fort,
Der Heimat die Treue
In allen Zeiten fort.
Kehrreim:
Перевод:
1.Бранденбургская пустошь,
Бранденбургский песок
Радуют бранденбуржца,
Ибо они – его край родной.
Припев:
Взлетай ввысь, красный орел
Ввысь, над болотами и песком,
Ввысь над темными сосновыми борами,
Славься, мой Бранденбургский край!
2.Древние дубы,
Темные буковые рощи.
Зеленые березы
Стоят на лесной опушке.
Припев:
3.Крестьяне и горожане
Из бранденбургского рода
Всегда храиили верность родине,
Непоколебимые в своей бранденбургской верности.
Припев:
4. «Здесь Бранденбург навеки!» –
Пусть эти слова станут нашим паролем.
Будем во все времена
Продолжать хранить верность родине.
Припев:
33) LILI MARLEEN
(ЛИЛИ МАРЛЕН)
Музыка Норберта Шультце, слова Гансе Лейпа.
В основу текста этой знаменитой песни было положенео стихотворение, сочиненное немецким поэтом Гансом Лейпом (1891-1983) в период его армейской (гарнизонной) службы в годы Великой (Первой мировой) войны. Между прочим, Лейп, волею судьбы, нес караульную соужбу в Берлине. Случилось так, что Ганс Лейп был влюблен сразу в двух девушек, с которыми встречался попеременно. Одну из них звали Лили, другую – Марлен. Обе девушки слились в представлении поэта в один образ желанной возлюбленной, соединиться с которой ему помешали война и солдатский долг. Положенное на музыку немецким композитором Норбертом Шультце (1911-1983), стихотворение Ганса Лейпа приобрело особенную популярность в исполнении певицы Лале Андерсен (1919-1972), став подлинным «шлягером» времен Европейской Гражданской войны (причем по обе стороны фронта), благодаря достаточно случайному стечению обстоятельств. Непритязательная, лиричная песня о молодом солдате караульной части, который надеется встретиться вновь с девушкой, в которую влюблен, 18 августа 1941 года случайно попала в программу концерта по заявкам радиослушателей солдатского «Радио Белград» (между прочим, белградская радиостанция была восстановлена 19 апреля 1941 года солдатами 3-й роты полка «Великая Германия» под командованием обер-лейтенанта Фабиха). Успех песни оказался настолько ошеломляюшим, что с тех пор «Лили Марлен» выходила в эфир каждый вечер в 21:57. На многих участках фронта в это время вступало в силу своеобразное негласное «соглашение о прекращении огня», чтобы грохот выстрелов не мешал солдатам по обе стороны линии огня слушать задушевный, слегка хрипловатый голос далекой певицы. Интересно, что имперскому министру пропаганды Третьего рейха доктору Йозефу Геббельсу песня не понравилась. Он считал, что ее слова и музыка «отдают трупным запашком» и могут отрицательно сказаться на боевом духе германских войск, называл сочинение Ганса Лейпа «упадочническими виршами с привкусом средневековой пляски смерти» и в 1942 году запретил певице Лале Андерсен исполнять «Лили Марлен» на концертах, а после гибели германской 6-й армии генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса в советском окружении под Сталинградом запретил транслировать песню даже по радио. Между тем, к моменту запрета, «Лили Марлен» была переведена уже на 48 языков и превратилась, между прочим, в неотъемлемую состаную часть программ концертов по заявкам слушателей радиостанций западных союзников. По-английски ее исполняла эмигрировавшая перед войной из Третьего рейха немецкая киноактриса и певица Марлен Дитрих, по-французски – «парижский воробей» Эдит Пиаф.
1.Vor der Kaserne,
Vor dem grossen Tor,
Stand eine Laterne
Und steht sie noch davor.
So woll‘n wir uns da wiedersehn,
Bei der Laterne woll‘n wir stehn,
Wie einst, Lili Marlen,
Wie einst, Lili Marlen.
2.Unsre beiden Schatten
Sah‘n wie einer aus.
Dass wir so lieb uns hatten,
Das sah man gleich daraus.
Und alle Leute soll‘n es sehn,
Wenn wir bei der Laterne stehn,
Wie einst, Lili Marlen,
Wie einst, Lili Marlen.
3.Schon ruft der Posten:
«Sie blasen Zapfenstreich!
Es kann drei Tage kosten»!
«Kam‘rad, ich komm ja gleich»!
Da sagten wir auf Wiederseh‘n.
Wie gerne moecht ich mit dir geh‘n,
Mit dir, Lili Marlen!
Mit dir, Lili Marlen.
4.Deine Schritte kennt sie,