Та божественная часть нас, которую я именую мыслью и Богом, является силой во Вселенной, на которую мы способны настроиться, если верим в нее и сами готовы к этому. В чистейшей стадии синхронности мы имеем выбор — переживать мысль в форме или в чистой мысли. Мы обретаем интуитивное ощущение, что действовать определенным образом — значит создавать предстоящее событие. Внутренняя интуиция подсказывает нам, что мы направляемся к этой ситуации и чувствуем, что у нас есть выбор, нужно ли нам продолжать идти этим путем. В чистой синхронности мы способны обходить опыт в форме, не имея нужды проигрывать мысль в форме. Это буквально означает заглядывать наперед, вместо того чтобы учиться после события или в текущий момент. Когда мы дозволяем мысли ее синхронизированное течение, ее прохождение как часть совершенства, без сопротивления или отрицания, она течет естественным путем, не нуждаясь во внешних манипуляциях.
Недавно мы с женой задумались над приобретением нового дома, который еще строился. Нам нравилось в нем все, и мы планировали подписать контракт. Потом мы оба интуитивно почувствовали, что нас ждут большие затруднения, если мы поступим таким образом. Мы доверились этим внутренним сигналам и решили, просто на основе интуиции, не вступать в соглашение с застройщиком. В прежние времена нашей совместной жизни мы уже приняли некоторые решения, которые нам дорого обошлись. Тогда мы были по меньшей мере во второй стадии и знали, что это урок для нас. Главным благословением, содержавшимся в этих препятствиях, было то, что мы научились доверяться своим внутренним сигналам и избегать неприятных результатов в будущем.
Эта третья стадия просветления, в которой мы с женой способны глядеть вперед себя и имеем возможность выбора ввиду надвигающегося события, возникает регулярно, когда у нас разногласия. Мы оба можем видеть приближение событий и готовы смотреть вперед и переживать в мыслях те или иные последовательности действий. Большого числа страданий можно избежать, контактируя с препятствиями только в мысли и устраняя потребность транслировать этот контакт в форму.
Использование мысли для написания сценария нашей жизни в форме — чудесная стадия нашего существования. Здесь, в партнерстве со своими внутренним «я», мы можем писать сценарии жизни своих внешних «я» наиболее доброжелательным, насколько возможно представить, образом. Мы можем жить почти исключительно в этом благословенном измерении бесформенной мысли и программировать для формы все, что ей нужно пережить в процессе самоактуализации. В то же время, получая определенные уроки при переживании душевных травм, мы избавляемся от необходимости повторять их.
На первой стадии мы узнали о диалоге Дж. Кришнамурти с человеком, болезненно переживающим утрату жены. Давайте теперь рассмотрим следующие фрагменты их беседы:
Страдание неизбежно, пока нет понимания путей своего «я», а пути «я» могут быть открыты только в процессе взаимосвязи.
«Но моя взаимосвязь кончилась».
Взаимосвязь не кончается. Может быть конец какой-то частной связи, но связи не кончаются никогда. Быть — значит быть в связи, а ничто не может жить в изоляции. Хотя мы пытаемся изолировать себя как частную связь, изоляция неизбежно порождает печаль. Печаль есть процесс изоляции.
«Может ли жизнь когда-либо стать такой, какой была?»
Может ли вчерашняя радость повториться сегодня? Желание повтора возникает только тогда, когда нет радости сегодняшней; когда сегодняшний день пуст, мы смотрим в прошлое или в будущее.
Мы обладаем способностью с помощью своего разума делать настоящее радостным — через использование мысли. Потеря частной связи невыносима, когда нет связи со своим «я». Это магия синхронности. Травмы и препятствия воистину являются событиями, которые позволяют нам понимать, познавать свое «я».
Мысли встречаются с мыслями, и вам решать, переводить их в форму или нет. По мере того как вы все более настраиваетесь на ту восхитительную силу, которой является ваш разум, доверьтесь себе как источнику мыслей, тайна медленно, но верно начинает раскрываться, все более становясь ясной вам. События, которые казались совершенно невозможно предвидеть, теперь становятся не более чем мыслями, встречающимися с мыслями во Вселенной, которая сама является вибрирующей мыслью. Где вы раньше говорили: «О, я просто не могу поверить в эту замечательную цепочку совпадений, которая привела меня сюда», вы начинаете говорить: «Я доверяю всему этому».
Позвольте мне подробно поделиться с вами, как это работало для меня.
Чудеса?
Я переживал множество синхронистических событий, которые казались чудесами тем, кто не может постичь, как псе это сочетается смеете. Для меня же они просто результат веры в универсальный интеллект, который поддерживает всякую форму, и позволения ему работать в совершенной гармонии. Поэтому когда кто-то говорит мне: «Да, ладно, Уэйн, будь более реалистичным», л мгновенно отвечаю: «Я реалистичен — я ожидаю чудес». И я искренен при этом.
Когда я начал видеть мысль и форму как одно целое и видеть, что я каким-то божественным образом связан со всей мыслью, я понял, что этой мыслью я мог бы воспользоваться. Это становилось все яснее по мере того, как я начал медитировать и как будто покидать свое тело на длительные периоды времени. Я переживал мысли, не обремененные формой. В то же время я начал переживать потрясающую мощь, свойственную нашей мыслительной способности. Вскоре я понял, что мысли суть нечто большее, нежели таинственные аморфные предметы в наших головах. Я понял, что мысль является самой сутью Вселенной. Она является энергией, как и все остальное в нашей Вселенной. Она обладает уникальными волновыми характеристиками, как и любая другая энергия, но недоступна моим пяти органам чувств. Это шестое чувство стало для меня новым сознанием.
Позвольте привести пример. Несколько месяцев назад я получил письмо из церкви города Монтерея, штат Калифорния, где меня просили выступить перед приходом. Я сделал фотокопию письма и отдал секретарше, попросив ее позвонить туда и уточнить детали. Назавтра она сказала мне: «Я звонила несколько раз, но там не отвечают». Я удивился тому, что церковь не отвечала, и потому решил позвонить сам, что не было характерным для меня.
Приятный женский голос сказал: «Здравствуйте, Уэйн. Почему вы звоните мне лично? Я же разговаривала с вашей секретаршей только вчера». Теперь я растерялся еще больше.
В ходе беседы она сообщила мне, что работает в книжном магазине при церкви. Она сказала, что хотела бы, чтобы я выступил на следующем семинаре. Я сказал ей, что «по совпадению» я как раз собирался быть в Монтерее в понедельник (двумя днями позднее) и что буду выступать в «Хайетт Ридженси», а потом проведу пять дней в одиночестве, работая над статьей, которую давно обещал написать. Я сообщил ей, что об этой поездке никто не знает, и подчеркнул, что не хочу, чтобы это стало известно средствам массовой информации, поскольку мне надо поработать над статьей и провести исследования.
Я сразу же позвонил секретарше и спросил, почему она сказала мне, что в церкви никто не отвечает, если на самом деле она вчера с кем-то разговаривала. Тогда она сообразила, что спутала эту церковь с другой, в Южной Калифорнии, куда она тоже звонила.
Я прибыл в Монтерей в понедельник, выступил с речью и во вторник после полудня занялся статьей, когда мне позвонила женщина, которая проводила радиошоу, транслировавшееся с 3 до 4 часов пополудни по будним дням перед бейсбольными репортажами. В тот момент было 14:15, и она пригласила меня в качестве гостя на программу, начинавшуюся менее чем через час.
Я спросил ее, откуда она узнала, что я нахожусь в Монтерее. Она сказала, что примерно девять месяцев назад я прислал ей среди прочего бесплатный экземпляр «Подарков от Эйкис» и что она с этой книгой сегодня утром заглянула в книжный магазин при церкви. Она сказала: «Пока я расплачивалась за купленные книги, кассирша заметила мою книгу и упомянула, что вы приехали на неделю в "Хайетт Ридженси", чтобы завершить какие-то свои дела. Мое сердце заколотилось от идеи пригласить вас в качестве сюрприз-гостя на свое радиошоу. Вы не подумаете над тем, чтобы позволить мне заехать за вами и принять участие в программе в три часа?»