Изменить стиль страницы

— Это недоразумение. Поезжайте пока на Балтику. А я тем временем разберусь.

Балтика встретила пронизывающим до костей ветром, неуютом промокших каменных улочек… Да и сама служба казалась временной и потому не очень-то радовала. Но врожденное трудолюбие оказалось сильнее непогоды и скверного настроения. Прошло совсем немного времени, и командира боевой части три, иначе минера, с эсминца «Проворный» стали ставить в пример другим молодым офицерам. И матросам пришелся по душе командир, который все умел делать своими руками: и мину к постановке приготовить, и хитрый морской узел завязать…

Все больше и больше затягивало балтийским туманом белые колонны Графской пристани. Обещание адмирала? Да мало ли у него дел? Забыл, наверное…

И вдруг, когда Варганов уже и думать-то перестал о переводе, — приказ: откомандировать на Черноморский флот. Предметный урок преподал адмирал лейтенанту. Смысл урока был предельно краток: данное слово — свято.

Через несколько лет Варганов, только что назначенный помощником на эсминец, в отсутствии командира принял решение отойти от стенки на рейд. Командир был на берегу, шторм надвигался стремительно, и требовалось быстрее уходить под защиту мыса. Наверное, не все ладилось у помощника: и когда пробирались в толчее кораблей, и когда отдавали оба якоря.

Но едва ветер стих — командир, капитан 2 ранга Буссель, прибыл на корабль. Первое, что он сказал помощнику, было: «Молодец!» Так был преподан Варганову еще один урок: доверия.

Я просматриваю его послужной список. Он продвигался от должности к должности, нигде не перескакивая через ступеньки. Более того, даже не стремясь одним прыжком вскочить на командирский мостик. А ведь это заветная и — если угодно — вполне естественная цель каждого флотского офицера (за исключением инженеров-механиков. У них свой расклад).

Когда Варганов служил старпомом на «Бесследном», ему предложили принять командование соседним эсминцем. Он отказался. К величайшему удивлению кадровиков. Считал, что для пользы службы будет лучше, если когда-нибудь станет командиром корабля, изученного им от киля до клотика. Даже если придется год-другой обождать. Для пользы службы… С равным успехом можно было бы сказать — для пользы дела. Если вдуматься, военная служба, ее нравственные проблемы не слишком-то отличаются от проблем гражданских…

Он вообще умел отказываться. Тоже во имя дела, главного в жизни. Когда учился в академии, заинтересовался использованием корабельной артиллерии в современном бою. Дело происходило в шестидесятые годы, артиллерия считалась едва ли не вчерашним днем флота. Но он увлекся этой, казалось бы, бесперспективной работой. Приходил в библиотеку сразу же после лекций, уходил, когда она уже закрывалась… Его сообщение на кафедре заметили. Предложили остаться в адъюнктуре, защититься. Он отказался наотрез. Только на корабли. А ведь у него уже было двое детей и, по подсчетам жены, квартира, которую они снимали в Ленинграде, была двенадцатой…

С женою ему повезло. Я не случайно сказал «повезло». Найти верного спутника жизни морскому человеку непросто. Слишком редки стоянки в порту, слишком мало времени, чтобы вглядеться не только в лицо — в душу… К тому же сразу после заздравного «Горько!» начинается самое тяжелое испытание — разлука. Не на недели и даже не на месяцы…

Варганов впервые увидел будущую жену в доме матери, что уже само по себе значит многое. Лилина тетя и Мария Алексеевна были знакомы давно, еще с тех времен, когда мужья плавали на подводной лодке АГ-16. Лодка погибла, и общее горе сблизило женщин. Из далекой Вологды приехала черноглазая хохотунья-племянница погреться у Черного моря — а тут к Маше как раз сын приехал на побывку.

Познакомиться-то молодые люди познакомились, а вот объяснились только пять лет спустя. Жених уже третью звездочку на погоны приколол…

Не оттого ли так прочен их семейный корабль, что построен был не за один день?

В 1975 году отряд советских военных кораблей впервые отправился с визитом дружбы в Канаду. Через Тихий океан, в Ванкувер. Возглавил отряд контр-адмирал Варганов.

4

Вспоминает капитан 1 ранга П. Н. Абламонов.

— Варганов держал свой флаг на большом противолодочном корабле «Способный». Командир «Способного» капитан третьего ранга Деренков все время находился на мостике. А погода выдалась удачная, не океан — синее зеркало по курсу.

— Вот где благодать! Рыбалка здесь, наверное… — сказал Варганов, обращаясь к Деренкову. И тут же добавил: — Кстати, как вы планируете сегодня свой день?

На лице командира — недоумение: «Как будто флагман не видел, что я сутками не покидаю мостика!»

А Варганов тем временем продолжал:

— Полагаю, нет надобности находиться здесь. Пока хорошая погода, не теряйте времени: идите на боевые посты, в кубрики, работайте с людьми!

Другой раз на корабле шли покрасочные работы. Канадцы должны были увидеть советские корабли в самом лучшем виде. И вдруг офицеры заметили среди матросов адмирала в синей рабочей куртке. Варганов с кистью в руках показывал, как надо красить борт. Потом перешел на другую сторону и показал моряку, как довести краску до нужного колера…

Помню, кто-то из офицеров усомнился в целесообразности такой подмены. Ему возразили:

— Пример Варганова поучителен для любого из нас…

Для флагмана не существовало мелочей. Как-то в кают-компании он спросил, что за картины висят на переборке. Офицер не смог ответить. Тогда Варганов назвал автора, а замполиту поручил составить справку о художнике и вечером ознакомить с ней офицеров.

Канада была не за горами. Погода благоприятствовала переходу, а тут как раз суббота…

— Неплохо бы устроить банный день для личного состава, — предложил адмирал.

И приказал флагманскому механику доложить о запасах пресной воды. Флагмех начал с того, что попросил перенести банный день на другое время, когда корабль пополнит запасы воды.

Варганов посуровел:

— Я попросил доложить о запасе пресной воды, а не о целесообразности времени помывки. Найдите возможность экономить воду в другом месте. А на людях экономить нельзя…