ГЛАВА 6
Дамиан возвращался домой в мрачном настроении. Войдя в библиотеку, он обнаружил там Роджера с незнакомым молодым человеком. Оба были уже навеселе, на столе стояла опорожненная бутылка бренди. В комнате царил ужасный беспорядок, вещи и бумаги валялись где попало – все наводило на мысль, будто здесь что-то искали…
Дамиан обвел взглядом представшую перед ним картину и… взорвался!
– Еще не наступил полдень, а вы уже налакались! Сколько можно? Все, мое терпение кончилось! Убирайтесь отсюда вон, оба!
Роджер медленно поднялся со стула, покачнулся и, заикаясь, проговорил:
– Я здесь такой же хозяин, как и ты. Ты… не имеешь… права выгонять меня. К тому же у меня… гость, и с твоей стороны невежливо так вести себя!
Дамиан подскочил к брату, схватил его за отвороты камзола и с угрозой в голосе проговорил:
– Имею… и на сей сделаю! И тебе, братец, придется подчиниться!
Роджер покачнулся и, чтобы не упасть, схватился за плечо брата:
– Да будь же джентльменом, хотя бы поздоровайся с моим другом. Это – Грэхэм Маунт Хоппер, мы познакомились… в Оксфорде. Хоппи, поприветствуй моего старшего… братца…
Незнакомец был выше Роджера, атлетически сложен, имел здоровый цвет лица. Он учтиво поклонился, и Дамиан с удивлением отметил, что молодой человек совсем не выглядит пьяным.
– Слуга принес нам отличный бренди, – голос Хоппи слегка дрожал, – в погребах хорошие вина.
– Я рассказал Хоппи о контрабандистах, – виновато произнес Роджер.
– Нисколько не сомневаюсь в этом, – проговорил Дамиан и оттолкнул брата. Неопрятный вид Роджера, его пьяное покачивание, запах перегара – все было противно Дамиану. Он отвернулся от брата и обратился к гостю:
– Мы никогда раньше не встречались?
– Не думаю, – Хоппи отрицательно покачал головой, – я бываю в Лондоне не так часто, как хотелось бы…
Он метнул взгляд на Роджера, и Дамиан прочел в нем холодную брезгливость. «Почему он так недружелюбен к брату? Так обычно смотрят не на друга, а на врага», – усомнился лорд Левингтон в дружеских отношениях молодых людей.
– Я пригласил Хоппи погостить у нас. Он ухаживает за одной молодой дамой из Брайтона, а это недалеко отсюда, и Хоппи будет иметь возможность видеться с ней, «…что избавит его от дополнительных расходов на аренду квартиры в Брайтоне, – с издевкой подумал Дамиан. – Вот почему понадобилась ему дружба с Роджером». Однако в следующий момент он усомнился в своих предположениях. Хоппи был одет в красивый, отличного покроя костюм. Во всем его облике и манерах не было ни малейшего намека на то, что он находится в стесненных обстоятельствах. Решительно все было приятно в этом молодом человеке, вот только холодный взгляд настораживал Дамиана.
– Хорошо, я не буду возражать при условии, что Вы не станете пьянствовать по утрам в библиотеке, – сказал лорд Левингтон и обратился к гостю: – Вы случайно не состоите в родстве с Хопперами из Бьеркшира?
Хоппи снова отрицательно покачал головой:
– Я выходец из Оксфордшира. У моего отца собственные владения на окраине Фарингтона, – молодой человек говорил медленно, словно взвешивая каждое слово.
«Он не назвал свое имение, – отметил Дамиан, – но это не значит, что он врет или что-то скрывает. Во всяком случае выглядит он поприличнее моего братца».
Хоппер учтиво поклонился и, взяв Роджера под руку, вывел его через дверь, ведущую на террасу.
«И все-таки нужно будет навести справки об этом Хоппи. Кто знает, в какую еще историю может влипнуть Роджер со своим бесконечным пьянством», – решил Дамиан.
Сцена с братом окончательно испортила Дамиану настроение. Он в бессилии опустился на стул и невидящим взглядом уставился на бумаги. Ничего не хотелось делать. Саквояж, пьяный брат, Жюстина… – неприятности сыпались на него, словно из рога изобилия! «Да что же со мной происходит? – разозлился вдруг Дамиан и так стукнул кулаком по столу, что боль отозвалась во всем теле. – Пора взять себя в руки!» Он окинул взглядом беспорядочно разбросанные бумаги и с неприязнью подумал: «Кто рылся в них и с какой целью?»
Нора и Генри почти не разлучались и большую часть времени проводили в будуаре. Они были очень счастливы вместе и целыми днями о чем-то шептались, смеялись и походили на беспечных, шаловливых детей. Жюстина иногда даже злилась на них, так их настроение контрастировало с ее собственным. Пользуясь тем, что старшая сестра всецело поглощена своими заботами и не нуждается в ней, Жюстина каждый день, независимо от погоды, подолгу каталась верхом по полям и лугам, в сторону моря, чувствуя, как постепенно в душе наступают умиротворение и покой…
Однажды утром, совершая привычный моцион, она случайно встретила свою старую подругу, Чэрити Торнтон, отец которой содержал небольшой летний дом на окраине Брайтона. Чэрити была очаровательной сероглазой и рыжеволосой девушкой веселого, задорного нрава.
– А я уж думала, что ты не выходишь из Нориной спальни, – глаза Чэрити весело искрились.
– Нора сейчас чувствует себя значительно лучше. Теперь, когда с ней Генри, она не нуждается в моей опеке.
– Я рада это слышать! Значит, ты свободна и можешь бывать у нас в Брайтоне. В нашем летнем домике собирается много молодежи, и мы весело проводим время. Там есть и твои знакомые. В этом в сезоне в Брайтон съехалось много очень приличных молодых людей, я тебя познакомлю со всеми. Вот только погода неважная, ну да это нам не мешает…
– Да, дожди зарядили, видно, надолго. Генри говорит, что урожай сгниет на полях, если ненастье продержится до конца лета.
– Вполне возможно. Будем надеяться, что нам-то это не испортит отдых. Ты, конечно, поедешь с нами к морю на пикник? Ну а в случае дождя мы устроим вечеринку в доме.
– Прекрасно, мне давно хотелось хоть на денек вырваться из Мильверли, а тем более повеселиться с приятными людьми! Спасибо. С удовольствием приеду.
Договорившись о времени и месте встречи, подруги простились, и Жюстина поехала дальше.
Со дня на день Нора ожидала рождения ребенка, но все же убедила сестру не отказываться от приглашения Чэрити.