Не желание насильственно свергнуть существующий уклад общества должно двигать истинных искателей свободы. Насилие может породить только агрессию. А творчество новых идей рождённых в любви. В этом спасенье: если кому-то удастся создать идеальное общество, то без всякого насилия и разрушения. Старый уклад жизни сам должен прекратить своё существование. Люди уйдут от ненавистных им систем и примут свободу. Все вокруг хотят свободы, но никто не может её предложить. Поразмысли над этим.
Кази сзади, обнимая столб, положила мне на голову свои руки. От этого прикосновения я мягко провалился в бессознательное состояние.
Что было со мною и сколько я был в таком состоянии, сказать не могу. Очнулся я от холодного прикосновения к телу и открыл глаза. Передо мной была Влада. Она из большой двуручной выдолбленной деревянной чаши влажной, ароматной тряпицей омывала моё тело.
Я быстро приходил в себя. Мысли стали трезвыми. Состояние — бодрым.
Закончив моё омовение, Влада бросила тряпицу в воду и отнесла к выходу чашу. Затем вернулась ко мне и начала свою часть посвящения:
— Меня зовут Влада. От слова «владеть». Мы живём в материальном мире, где властвуют сотни хорошо организованных систем. Эти системы не контролируются в полной мере людьми. Но люди зависимы от них. Нельзя это воспринимать как зло, но это и не добро, это данность. Нам довелось жить в эру глобальной систематизации. Системы ломают людей, делают их зависимыми, и прежде всего от материальных ценностей. Хотим мы или нет, нас окружают вещи, мы обязаны ими уметь пользоваться. Но пользуясь вещами систем, мы запутываемся в их сетях. Вещи как ловушки, расставленные опытным звероловом: полез за приманкой, а коварный механизм взял и захлопнулся. Приманка в пасти, а свобода потеряна. Я же в состоянии взять приманку и сохранить свободу. Но на это уходит очень много сил.
В кольце ведьм я владею всем тем, чем должно пользоваться наше кольцо для жизни в социальном обществе и для выполнения своих задач. Тем самым другим ведам я развязываю руки, они становятся свободны от материальных вещей. Это касается денег, машин, домов, продуктов питания и всего остального, что накладывает на обычного человека груз обязанностей. Добыча материальных благ забирает у людей большинство свободного времени. Необходимость зарабатывать деньги и затем их тратить превращается в цель жизни. Здесь нет ничьей вины, мы живём в таких условиях, иначе нельзя. Но для нас, вест, такой уклад — непозволительная роскошь, и мы нашли выход из создавшийся ситуации: Я забочусь о материальных благах кольца, а остальные выполняют поставленные задачи и прикрывают мои уязвлённые места, которые неминуемо образуются, когда мне приходится быть в контакте с сотнями систем, связанными с материальными благами. Без которых невозможно было бы наше существование в социуме.
Вот смотри, — Влада протянула к моим глазам сложенную в кулак руку ладонью вверх. И медленно разжала пальцы.
Я увидел два золотых самородка размером с грецкий орех.
— Возьми в каждую руку по самородку, — попросила Влада.
Я взял и зажал золото в кулаки.
— Что ты чувствуешь?
— Ничего, — искренне ответил я.
— Попробуй осмыслить, что это золото. Тем более, что я его тебе дарую.
«Интересно, а сколько это золото может стоить?» — сразу в голове возник у меня вопрос.
Золото обрело вес. Кусочки были немаленькие и приятной тяжестью лежали в ладонях.
«Да на деньги, которые можно выручить за это золото можно купить!..» — меня понесло.
И тут я словно обессилил. Вся моя сущность стала утекать в самородки. Это произошло незаметно. Золото затуманило моё сознание. Я стал невосприимчив к своему состоянию, лишь когда у меня закружилась голова, я осмыслил, что такое золото: Оно есть эквивалент системы. Оно ничего не стоит, пока ему не дали стоимость. Цена позволила золоту править миром. Бесполезный металл превратился в мерило всего материального, и в тоже время стал опустошителем душ.
Я в гневе швырнул самородки на пол.
— Не нужны они мне! Забери!
— Малыш, не стоит так нервничать, — Влада подобрала золото и, положив его себе на ладонь, стала с показным любопытством на него смотреть. Затем она заговорила с золотом:
— Зачем вы так разозлили Малыша? Смотрите, он весь в бешенстве.
— Они забрали мою силу, — пожаловался я.
— Ах вы, негодные обидчики. Отдайте Малышу его силу немедленно! — Влада протянула мне золото обратно.
Я не хотел его брать.
— Малыш, право, не стоит так беспокоиться, ты сам отдал золоту свою силу. Никто и ничто не забирало её у тебя. Это всего лишь два кусочка металла, не хуже и не лучше куска железа, олова или свинца. Тем не менее, действительно, твоя жива сейчас в самородках, сумей забрать её вновь себе. Не позволяй золоту властвовать над тобой!
Я вновь взял самородки в свои руки, зажал в кулаки и закрыл глаза. Сказанное Владой возымело действие. Я ощущал просто два камушка, которые для меня на данный момент ничего не стоили и не значили. Силы стали возвращаться ко мне. Я открыл глаза и поднёс к ним самородки. В свете свечей они отливали тёплыми цветами. Казалось, будто свечение идёт из глубины золота.
— Красивый металл, — сказал я и протянул самородки Владе.
— Ты их не оставишь себе? — спросила она. — Я же их тебе подарила!
— Я оставлю себе их цену, а металл верну.
Влада забрала золото. Молча встала и вышла из святилища.
Я сидел и ждал шестую весту, о которой мне говорила Дана. Как вдруг свечи все разом потухли и святилище погрузилось в кромешную тьму. Напрягая слух, я пытался ловить самые тихие звуки. Мне становилось не по себе. Через некоторое время я начал испытывать нарастающее чувство ужаса. Сперва я боролся с этим и, казалось, мне удаётся его победить. Но ошибался, ужас был осязаем и он окутывал меня со всех сторон, словно туман. В конце концов я сдался, и ужас сталью сдавил меня. Моё тело тряслось. И тут я понял — рядом со мной смерть.
Преодолевая ужас, я прошептал пересохшими губами:
— Смерть, это ты?
Да это была она. Она мне ответила. Я всем своим существом ощутил на себе ответ на свой вопрос. Шестой вестой была Смерть!
Когда это стало для меня очевидно, ужас ушёл. Мне захотелось познакомиться со Смертью. Поэтому я пытался поймать её дыхание, запах, шорох. Я искал её всеми своими органами чувств, своим сознанием. В конце концов моя сущность вырвалась из тела. Она рванулось к Смерти. Мы воссоединились. Сложно описать то состояние, что испытывал я. На ум приходит только одно слово — танец. Мы безумным вихрем кружили по святилищу. Смерть не была похоже на остальных вест. Она не состояла из плоти и крови. Смерть — это образ. Последние звено кольца.
Мне было с ней приятно и уютно. Она звала меня с собой. Мягкая, стремительная, нежная Смерть очаровывала меня своим покоем. Но я, околдованный ею, сохранял твёрдость намеренья — остаться здесь. Смерть неминуема. Это удел каждого. Жизнь есть реализация своих возможностей. А мои возможности ещё далеко не реализованы. И тогда она сделала мне подарок. Неведомым образом Смерть сообщила мне способ завершения своего жизненного цикла. Мне посчастливилось ведать от неё, как при помощи осознанного умирания можно сохранить свою сущность после смерти.
Я мягко вышел из танца и вернулся в своё тело.
Очнулся я, лежа возле столба. Состояние полного покоя охватило меня. Мне нечего не хотелось. Я был счастлив.
Послышалась мягкая поступь босых ног. Открыв глаза, я увидел, как по комнате ходит Дана и вновь зажигает свечи от небольшой лампадки. Когда все свечи горели, она подошла ко мне и сказала:
— Ты сейчас чист, как младенец. В тебе нет желаний и в тебе огромная сила.
Я смотрел на Дану и молчал. Она была божественна. Мне казалось, Дана преобразилась.
— После Смерти всегда возникает новая жизнь. Ты умер и вновь родился, но уже не тем, кем был до того, как вошёл в наш дом. Мы стёрли твою судьбу, отныне твоя судьба принадлежит только тебе. Но смотри, не утеряй её, как только над тобой возьмут верх желания, судьба вновь уйдет под власть системы.