Люди устали, на лицах, скрытых масками ничего не прочтёшь, но общий фон был именно таким: усталость, боль, жажда и голод. Сначала долгий марш с короткими остановками, потом скоротечный, но очень напряжённый бой, и снова марш, и снова бой. Да всё это в сырости и на пронизывающем ветру. Комбезы хорошо отталкивали влагу и задерживали тепло, но вот походите-ка недельку в таком не снимая, а ещё лучше месяц, когда всё что можно сделать, это сменить исподнее, да обтереться спиртом для дезинфекции. И то не всегда. Тяжело и вредно для здоровья — согласен, но явно здоровее, нежели пуля в башку или другие жизненно важные части тела.
Вскоре, когда сумерки сгустились почти до состояния чуть просматриваемой синевы наступающей ночи, группа остановилась на вынужденный привал: я сделал небольшую нычку в свой прошлый визит в эту местность, да и раненого следовало перевязать, чем добровольно занялся Сажа. В склоне холма, поросшего густым кустарником, я прикопал пять МОН-50 и ещё пару полезных мелочей на случай, если пришлось бы вернуться сюда. Особо тайник я не шифровал. Репутация у места была не самая хорошая, да и подходить к тайнику смысла не было. Я просто откопал шнур, к которому был привязан контейнер с минами и потихоньку вытянул груз за него. Шнур тоже был замаскирован в траве, поэтому трогал кто-нибудь нычку или нет, стало бы ясно сразу. Закладка оказалась цела, что я посчитал за добрую примету.
Мины мне нужны были как раз на случай возвращения в тоннель, ведущий к запечатанным воротам и если снова придётся иметь дело с ползунами, имеющими привычку нападать на случайных прохожих сверху. Поставив пять противопехоток змейкой, выставив направление разлёта поражающих элементов под углом к сводам тоннеля, я смогу сильно подпортить обед или ужин довольно изрядному количеству этих тварей. Другой вопрос, как правильно выставить датчики. Но тут я решил не мудрить особо, положившись на ручной дистанционный детонатор. Твари могут обмануть сенсоры выслав разведчиков, которые и разминируют собой опасный участок, или Выброс исказит сигнал. А с машинкой в руках я был полностью уверен, что всё произойдёт именно в нужный мне момент.
На командной частоте поступил сигнал от Норда, снайпер докладывал, что у входа и в начале тоннеля всё чисто, даже мои вешки остались не тронутыми. Последнее ни о чём не говорило, может и вправду никто не заходил. А может он просто заметил мою нехитрую сигнализацию и обошёл её стороной. Дав сигнал оставаться на месте, я подошёл к раненому, возле которого сидел Сажа и что-то говорил успокаивающим тоном.
— Как дела, боец?
— Болит жутко, но я могу идти…
— Брось, не поднимай, — я успокаивающе махнул рукой, — Забудь эти ужимки наёмников, у меня в поле никто не остаётся ни раненым, ни убитым. Я своих не бросаю. Будет плохо, значит на своём горбу потащим. Личная просьба к тебе: терпи молча. Уже недолго осталось, а там тоже может кто-нибудь сидеть. Задача ясна?
— Ясна, командир. — Михай успокоился, хотя битый мужик всё ещё до конца не верил, что я не успокаиваю его перед финальным выстрелом в затылок. — Я всё понял.
— Ну тогда поднимайтесь. Время дорого.
Сажа молча подставил своё хилое, на первый взгляд, плечо и почти полностью принял вес раненого на себя.
— Сажа, ты долго тащил, через полчаса тебя сменит Андрон, потом я подключусь.
— Не стоит, я крепче, чем выгляжу. Этот вес я смогу нести ещё час не снижая скорости, не беспокойтесь.
Сказано это было почти шёпотом, голос алхимика больше не играл обертонами, стал мягким и довольно приятным тенорком. После того, как он воткнул себе пару артефактов в грудину, Сажа вообще стал выглядеть бодрее, ничего не ел, только пару глотков воды на привалах, вот и вся пища. Но вёл он себя тихо и за все эти дни ничего подозрительного я за ним не замечал, скорее наоборот: алхимик старался быть не в тягость и как умел, пытался помочь остальным. Похоже, что хоть он и рад спасению, но вот возвращаться к своим ему не особо хотелось. Пока он не мешал. Но и присматривать за ним было не так уж и трудно.
Путь до входа в тоннель занял ещё около полутора часов, мы уже видели заросший кустарником развороченный провал в земле, когда гроза, всё это время медленно продвигавшаяся в северо-восточном направлении, настигла наш небольшой отряд. Дождик из моросящей мелочи превратился в тугие, холодные потоки воды, падавшие с неба почти вертикально. Ветер время от времени бросал мутную и холодную влагу прямо нам в лицо. Дав команду Николаю и Андрону идти впереди по правому рукаву тоннеля, но далее пятнадцати метров вперёд не уходить, я занял позицию у входа, дав сигнал Юрису заходить внутрь и прикрывать Сажу и Михая, которые уже начали спуск к служебному помещению с кучей металлолома в правом углу, бывшем когда-то раздевалкой.
После того, как снайпер присоединился к ядру группы, я стал отходить следом за ними, устанавливая по пути простые растяжки, их среди прочего я тоже держал в вынутом из схрона контейнере. Бессмысленно было устанавливать ловушки на тварей, умеющих лазить по отвесным стенам и потолку, как по ровной дорожке. Растяжки я ставил на людей, могущих появиться здесь. Хотя это и было маловероятно, учитывая репутацию подземелья и тишину в эфире в радиусе, по крайней мере, полукилометра. Ловушки расставлял с таким расчётом, чтобы услышать звук даже на большом удалении и не слишком близко ко входу в правый рукав тоннеля, дабы не привлечь внимание. На случай, если кто-то ещё выберет это место в качестве укрытия, но далее чем на сто метров вглубь не решится пройти.
Когда же с приготовлениями первой линии было покончено, я присоединился к группе и мы довольно быстро достигли останков непонятного существа и закрытых ворот. По пути я заметил, что останки убитого мною ящера исчезли, но ничего более настораживающего обнаружить не удалось. Кто бы ни схарчил эту тварь, следов он не оставил. Отойдя ещё на пятьдесят метров, оборудовал вторую линию периметра, расставив мины таким образом, чтобы сектора сплошного поражения приходились частью на верхнюю треть стен и свод тоннеля. После чего замкнул управление на универсальный пульт дистанционного подрыва. Им можно было взвести мины и тогда датчики сработают на движение или подать сигнал на подрыв вручную, когда это будет удобно. В сложившейся обстановке я выбрал второй вариант как и планировал ранее. Всё, что можно было сделать для безопасности, было сделано. Остальное зависело только от конкретной обстановки, хотя общий боекомплект позволял нам выдержать интенсивный получасовой бой. А в условиях ограниченного пространства, где невозможен обход с флангов и с тыла, есть вероятность того, что удастся продержаться и дольше. Но лучше бы вообще боя избежать и пересидев ненастье и отдохнув, просто уйти на базу.
Разместились мы с северной стороны пандуса, чтобы разведённый костёр не был заметен издали. Отсвет шёл только в глухую стену напротив, благодаря куску жести, который я оставил тут в прошлый раз. Разместив всех на отдых и взяв в качестве напарника в первую караульную смену Колю, самого ненадежного на мой взгляд бойца, я прислонился к стене и скрылся в полумраке, наблюдая как Сажа осматривает повязки Михая. А Андрон и Норд осматривают оружие, из последних сил перемогая усталость. Наконец и они, и раненый угомонились, лишь Михай постанывал во сне.
Земля чуть ощутимо подрагивала, но больше никаких последствий бушующего на поверхности Выброса здесь внизу не ощущалось. Николай бодрился и не спал. Так как в караул заступил вместе со мной и из кожи вон лез, чтобы доказать свою полезность. Я всматривался в тёмный провал тоннеля, пытаясь слушать его звуки, стараясь вычленить сочетания и тональность каждого из них. Чтобы распознать изменения в обстановке и быстро среагировать на нападение. Но вроде ничего похожего на прошлый раз не было, только где-то капала вода, старое строение всё же давало слабину под гнётом времени и стихий. Вдруг сзади послышалось движение, обернувшись я увидел, что это Сажа идёт ко мне. Что же, значит время для беседы по душам наконец настало. Я указал алхимику на место возле себя в полуметре, чтобы не мешал наблюдению и кивнул в знак того, что готов выслушать. Тот благодарно склонил голову и шёпотом зачастил, совершенно отличаясь по манере изложения от своего велеречивого собрата — Посредника из бара.