Глава 5
Первым, кого встретила Сара на следующее утро, был Фэрли. Ее охватило желание немедленно сказать ему, что она знает о его участии в преступлении вместе с графом Мелфордским, но, вспомнив предостерегающий взгляд графа, сдержалась.
– Несу напитки в бильярдную, – проходя мимо нее, объявил Фэрли, всем своим видом показывая, что ему некогда сейчас вступать в беседу.
– Там сейчас твои друзья?
– Хорошие игроки – все без исключения. Надо бежать, Сара, не хочу пропустить свой удар.
– Одну минутку, Фэрли! Ты игрок?
– Конечно, игрок. Я обожаю игру в кости, ну и вист тоже, если подумать.
– Ты, должно быть, все время проигрываешь, да?
– С чего ты взяла? Сколько проигрываю, столько и выигрываю, – весело ответил он.
Она, все больше волнуясь, крутила платок в руках.
– Ты много должен, Фэрли?
– Господи, нет! А что, я выгляжу человеком, которого осаждают кредиторы?
Сара невольно улыбнулась:
– Прости, дорогой. Я не хотела вмешиваться… Но послушай, если ты столкнешься хотя бы с малейшим затруднением, ты обратишься ко мне, не так ли?
– Непременно! – засмеялся он.
– Фэрли, ты хорошо знаешь графа Мелфордского? Я раньше слышала обо всех остальных твоих друзьях, но ты никогда не упоминал графа, и он к тому же гораздо старше тебя.
Фэрли вдруг покраснел, и Сара почувствовала острый укол в сердце. Брат стоял в холле под портретом своей матери, глядя такими же, как у нее, большими голубыми глазами на сестру.
– Графа Мелфордского? Странно, мне казалось, я говорил, впрочем, ведь ты уезжала так надолго. – Фэрли рассмеялся. – Он отличный парень, граф Мелфордский.
И прежде чем она могла продолжить расспросы, брат ушел. Со все возрастающей тревогой смотрела она ему вслед. Сомнения исчезли, Фэрли связан с графом Мелфордским. Граф имеет влияние на брата, и она бессильна. Оказывается, под изысканными Фанерами, одеждой и привлекательной внешностью скрывается глубоко испорченный человек, не погнушавшийся вовлечь в преступление брата и, разумеется, способный выдать сообщников закону, если возникнет необходимость.
Раздались легкие шаги Анжелины, и Сара, приняв беспечный вид, сказала:
– Не ожидала, что ты так рано встанешь.
– Не так уж рано, – возразила Анжелина. – А вот тетя Феба заявила, что спустится только к обеду. Бедняжка, она не привыкла к таким раутам. Да и ты тоже неважно выглядишь, ты очень бледна, Сара. Должно быть, устала вчера. Твоя головная боль прошла? Было столько шума.
– Мне лучше, Анжелина. Ты же знаешь, я не привыкла залеживаться по утрам в постели. – Она открыла дверь в небольшую гостиную, расположенную на первом этаже. Ее меблировали несколько лет назад для семейных целей и экономии света и тепла, по настоянию сэра Генри. К счастью для Сары, комната была пуста. В камине горел огонь, – несмотря на ясную погоду, было прохладно.
– Это был Фэрли? – спросила Анжелина, входя за Сарой следом в гостиную. – Вот уж кого не ожидала увидеть до обеда!
– Да, это был Фэрли, – ответила Сара. – Он в бильярдной, вместе с остальными.
Анжелину, похоже, не обрадовало это сообщение, но немного погодя она весело добавила:
– Какой чудесный бал, Сара! Я не сидела ни одного танца.
– Я рада, что ты получила удовольствие, дорогая. Кажется, все гости тоже остались довольны.
– И вообрази, ведь рауты, балы, приемы, завтраки, которые я стану посещать в Лондоне, будут еще великолепнее! Я не могу дождаться, Сара!
– Так, разумеется, и будет, но не стоит тебе, наверно, напоминать, что ты все время должна будешь держаться в жестких рамках принятых правил приличия и этикета. Если будешь вести себя как сорванец, никто не откроет перед тобой двери своих салонов. Я была вчера неприятно поражена, когда ты приказала играть вальс. Он вполне уместен в Лондоне, но все еще не принят здесь.
Анжелина нахмурилась, но ненадолго. Она никогда не принимала близко к сердцу критику. Уже спустя пару минут она снова улыбалась:
– Сара, я никогда не думала, что ты такая… ханжа. Вот мисс Прингл, а это невозможно щепетильная особа, даже она поздравила меня, сказав, что я прекрасно справилась с новым танцем. И еще она сказала, что никогда прежде не получала такого удовольствия, глядя, как танцует самая красивая пара, какой были лейтенант и я. Кроме того, – Анжелина усмехнулась, – ты и сама вальсировала, да еще с графом Мелфордским. Он, безусловно, изменил своим привычкам, уделив столько внимания тебе.
– Вздор! Было бы невежливо с его стороны не пригласить меня!
– Но, Сара, два танца подряд! И не отрицай, что ты сидела с ним потом в буфетной целых пятнадцать минут.
– Но перед этим он оживленно беседовал с тобой. Думаю, граф не уделил бы мне столько времени, если бы ты не была в это время нарасхват.
Анжелина засмеялась:
– Ты права! Он сказал Маргарет, что находит все семейство Оден весьма привлекательным, а одного члена семьи особенно, но, как Маргарет ни старалась у него выведать, кого именно, он не сказал.
– Это было очень любезно с его стороны, – ответила Сара дрогнувшим голосом. – Но ты должна помнить, дорогая, что его светлость пресыщен женской красотой и считается одним из завзятых светских ловеласов. Так что не стоит принимать всерьез его ухаживание.
– Нет, ты действительно ханжа, и даже в большей степени, чем мисс Прингл! Конечно, лорд Мелфорд дамский угодник и сердцеед, я не настолько наивна, чтобы не понимать этого, но и такие, как он, женятся рано или поздно, а тетя Феба говорит, что он сейчас в поисках подходящей партии. – Анжелина встала и грациозно присела. – Миледи… Подумать только! Мне кажется, из меня получится замечательная графиня, как ты считаешь? Вдруг он сделает мне предложение? Вот уж заработают языком кумушки!
– Ты лучше подумай, как усовершенствоваться в шитье, игре на фортепьяно и манерах, чем предаваться таким глупым предположениям, – отрезала Сара.
У Анжелины погасла улыбка.
– Не сердись, Сара. Я ведь пошутила.
– Рада слышать, – вздохнула Сара. – Но ты не должна позволять такому человеку, как граф Мелфордский, вскружить себе голову. В Лондоне у тебя появится много поклонников среди высшего общества, и ты должна научиться принимать их ухаживания с самым невозмутимым видом.