Изменить стиль страницы

Загадки истории начали интересовать меня с того момента, как одно парижское издательство заказало мне книгу о Леонардо да Винчи. Тогда я сидел на мели и был готов писать книгу о ком угодно, хоть о самом дьяволе. Это должна была быть стандартная биография, каких каждый год появляются тысячи, с занудными «родился-женился-умер» и стандартными восхвалениями гению эпохи Ренессанса. Однако по мере того, как я вникал в эту тему, передо мной предстала целая череда неразрешимых на первый взгляд загадок. Ответ на них оказался настолько неожиданным, настолько потряс меня, что к концу работы от общепринятой трактовки личности великого итальянца не осталось и следа! Книга получилась настолько необычной, что мои заказчики отказались публиковать ее. К счастью, нашлись издатели, не побоявшиеся неожиданной и шокирующей правды и выпустившие мою работу в свет.

А потом произошла история с убийством, которая натолкнула меня на поиски легендарного Ключа Соломона. Тогда я крепко вцепился в тайны Католической Церкви и не разжимал хватки, пока не выяснил всю подноготную. Я с изумлением обнаружил, что церковная организация - всего лишь инструмент в руках неких тайных сил. И я начал исследовать историю христианства, придя к выводам, которые стали для меня (в недавнем прошлом, конечно, не истово верующего человека, но все же…) настоящим шоком. Мною двигала ненависть к тем, кто пытается оболванить нас, спрятать правду, манипулировать в своих грязных целях. И я не боялся ничего.

Моя книга вызвала и во Франции, и во всем мире настоящий фурор. Действительно, мало кому понравится, когда его привычный мир летит вверх тормашками, когда со лжи, которую он впитал с молоком матери, внезапно срывают маску. Против меня тут же завели несколько десятков судебных процессов, но я не слишком переживал по этому поводу - тогда мне было о чем беспокоиться. Пусть я не слишком сентиментальный человек, но по-настоящему потрясла меня гибель моего друга - израильского археолога Аарона; одной из причин этого, возможно, стала и моя книга о Ключе Соломона, для которой он предоставил мне столько ценной информации. Но в то же время обстоятельства его смерти натолкнули меня на новые поразительные открытия и факты - о многих из них вы сможете прочитать в книге, которую сейчас держите в руках.

Почему «фальсифицированная история»? Потому что, пока я работал над ней, передо мной начала открываться, складываясь из отдельных фрагментов, огромная мозаика - истинная картина истории. Я постепенно понимал, что все, что написано в наших школьных учебниках, во что мы привыкли верить с раннего детства, - не более чем фальшивка, местами тонкая и изящная, а местами довольно грубая. Своя фальсифицированная история есть у каждой страны - у гордой Америки, у туманной Британии, у солнечной Италии, у далекой снежной России. Книги, посвященные ей, уже близки к завершению. А пока я открою вам несколько тайн мировой истории, которые опутаны гигантской паутиной ложных слухов и фальшивых документов, но которые и привлекают наибольшее внимание людей.

Этьен Кассе,

Франция, Реймс,

25 мая 2005 года

Памяти моего покойного друга Аарона Саула посвящается

ГЛАВА 1. ЧТО ОХРАНЯЕТ СФИНКС?

Тайна, сожранная крокодилом

Эта история началась, когда я ездил в Египет во время работы над своей книгой о Ключе Соломона. Я изучал египетские мотивы в христианском вероучении, а также взгляды египетских жрецов - отцов масонства. Случайно одновременно со мной в Каире оказался мой друг, израильский археолог Аарон, который готовился проводить исследование Великих пирамид в Гизе.

– Старик, тебе не кажется, что эти три каменюги твои коллеги уже облизали со всех сторон? - спросил я его при встрече.

– Так-то оно так, да только загадок от этого не меньше, - ответил он. -До сих пор никто толком не знает, что скрывается внутри пирамид.

– Ну как же… - Я, как всякий уважающий себя иностранец, только накануне сходил на экскурсию в душные галереи пирамиды Хеопса. - Пара коридоров, несколько комнатушек…

– И все? В такой-то громадине? - Насмешливый взгляд Аарона заставил меня почувствовать себя абсолютным ослом.

– А что ты собираешься найти там, умник? - парировал я. - И главное - как?

– Такому прожженному журналюге, как ты, не стоило бы рассказывать… - Аарон выдержал трагическую паузу. - Есть у меня один прибор, от военных. Он всю пирамиду насквозь увидит. Завтра вечером пойду опробую. Разумеется, пока это секрет.

– Сохраню его при одном условии, - сразу отозвался я. - Возьмешь меня с собой.

– Мерзкий шантажист! - ответил Аарон. - Ладно, по рукам.

Можете себе представить, с каким нетерпением я ждал следующего вечера. Прибор, который мы установили на одной из граней пирамиды на высоте примерно 70 метров, оказался довольно большим (но не слишком тяжелым) металлическим ящиком с клавиатурой и жидкокристаллическим монитором.

– Ну и что это за хрень? - поинтересовался я, пыхтя и отдуваясь после долгого подъема.

– Армейский заказ, экспериментальная разработка. Нечто вроде радара, работает сразу на нескольких длинах волн. Обнаруживает внутренние полости и даже распознает, какие материалы находятся под землей или внутри здания. Работает быстро и тихо. Вот смотри. - Аарон быстро перемещал какие-то настройки - очевидно, опыт обращения с этой штукой у него был богатый.

На экране появились какие-то линии, которые лично мне не говорили ни о чем. Но Аарон прекрасно умел читать эту головоломку.

– Метр - глухая стена, два метра - тоже, три… три метра - полость! - Он обернулся ко мне, сияя. - Ты присутствуешь при величайшем открытии! Внутри какое-то помещение, о котором пока никто не знает! Я давно предполагал это! - Он продолжил работу.

– Так… Комната сравнительно небольшая… В центре какой-то крупный предмет… Сейчас мы посмотрим, что это может быть… форма довольно сложная, не пойму… а вот сделан он… сделан он из… из… НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!

– В чем дело, дружище? - Мое любопытство достигло высшей точки кипения.

Археолог повернулся ко мне. Таких глаз у Аарона я не видел никогда.

– Прибор показывает, что предмет сделан из алюминиевого сплава, - сказал он после долгой паузы. - А этого просто не может быть, потому что такие сплавы применяются чуть меньше века, и уж древние египтяне о них точно не знали. Я думаю, проблема в приборе - надо его откалибровать. Какая-то настройка могла запросто сбиться. Постараюсь разобраться за ночь, а утром продолжим.

– В любом случае, - говорил он, когда мы спускались с пирамиды, - полость существует. Я сегодня же сообщу начальству, надо запросить у египетского правительства разрешение на разборку кладки пирамиды в этом месте. Чувствую, что хоть и не алюминий, но нечто интересное там точно прячется!

При этих словах он снова посерьезнел и пробормотал: «Что же могло случиться с этим дурацким прибором?»

Последний раз я слышал голос своего друга несколько часов спустя. Вскоре после полуночи он позвонил мне и сообщил, что прибор в полном порядке и он не понимает, что могло дать сбой на пирамидах. Договорились встретиться завтрашним утром.

Но завтрашним утром я так и не увидел его… Больше я не увидел его вообще…

Ценой неимоверных усилий мне удалось поднять на поиски Аарона египетскую полицию. В гостиничном номере, который снимал мой друг, все было в порядке: не было ни следов борьбы, ни свидетельств взлома или ограбления. А также не было хитроумного прибора, который просто исчез - так же, как исчез, будто растворился в пространстве, Аарон. Темнокожие усатые следователи лишь пожимали плечами. Я сам отлично понимал, что араб вряд ли будет ломать себе голову в поисках пропавшего израильтянина. Но я недооценил египетскую полицию: неделю спустя меня вызвали к следователю.

– Мистер Кассе, - следователь выложил передо мной на стол блестящий предмет, - вам знакомо это кольцо?