Вот уже достаточно изумительное противоречие. Но подождите! Немного далее глава 3 той же Четвертой книги Царств начинается так: «Иорам, сын Ахава, воцарился над Израилем в Самарии в восемнадцатый год Иосафата, царя иудейского, и царствовал двенадцать лет» (ст. 1). На сей раз получается тройное противоречие. Этот стих сводит царствование Охозии к одному году, хотя стих 52 главы 22 Третьей книги Царств говорит о двух годах; а первое противоречие (4 Царств, гл. 1, ст. 17) продлило, наоборот, до восьми лет царствование этого монарха, замечательного в истории еврейского народа единственно тем, что он… вывалился из окна.
Пусть нас не упрекают в том, что мы тратим время на подчеркивание этих грубых неловкостей «священного» автора. Они показывают неряшливость и пренебрежение к своей задаче со стороны тех служителей религии, которые сфабриковали эту глупую и ужасную книгу и даже не дали себе труда как следует отредактировать ее.
Тем временем великое чудо уже реяло в воздухе.
«В то время, как господь восхотел вознести Илию в вихре на небо, шел Илия с Елисеем из Галгала… И вышли сыны пророков, которые в Вефиле, к Елисею, и сказали ему: знаешь ли, что сегодня господь вознесет господина твоего над головою твоею? Он сказал: я также знаю, молчите. И сказал ему Илия: Елисей, останься здесь, ибо господь посылает меня в Иерихон. И сказал он: жив господь и жива душа твоя! не оставлю тебя. И пришли в Иерихон. И подошли сыны пророков, которые в Иерихоне, к Елисею и сказали ему: знаешь ли, что сегодня господь берет господина твоего и вознесет над главою твоею? Он сказал: я также знаю, молчите.
И сказал ему Илия: останься здесь, ибо господь посылает меня к Иордану. И сказал он: жив господь и жива душа твоя! не оставлю тебя. И пошли оба. Пятьдесят человек из сынов пророческих пошли и стали вдали напротив их, а они оба стояли у Иордана. И взял Илия милоть свою, и свернул, и ударил ею по воде, и расступилась она туда и сюда, и перешли оба посуху. Когда они перешли, Илия сказал Елисею: проси, что сделать тебе, прежде нежели я буду взят от тебя. И сказал Елисей: дух, который в тебе, пусть будет на мне вдвойне. И сказал он: трудного ты просишь. Если увидишь, как я буду взят от тебя, то будет тебе так; а если не увидишь, не будет.
![Забавная Библия (с илл.) _80.jpg](https://litlife.club/books/93462/read/images/_80.jpg)
Когда они шли и дорогою разговаривали, вдруг явилась колесница огненная и кони огненные, и разлучили их обоих, и понесся Илия в вихре на небо. Елисей же смотрел и воскликнул: отец мой, отец мой, колесница Израиля и конница его! И не видел его более. И схватил он одежды свои и разодрал их на две части.
![Забавная Библия (с илл.) _81.jpg](https://litlife.club/books/93462/read/images/_81.jpg)
И поднял милоть Илии, упавшую с него… И ударил по воде, и она расступилась туда и сюда, и перешел Елисей» (4 Царств, гл. 2, ст. 1. 3-14).
Напрашивается несколько естественных замечаний. Если бог решил забрать Илию на небо живым, в кости и во плоти, как сделал однажды с Енохом, зачем он заставил его совершать эту лишенную всякого содержания прогулку из Галгала в Вефиль, из Вефиля в Иерихон и из Иерихона к Иордану? Зачем было заставлять его переходить Иордан? Разве огненная колесница, в которой поднялся Илия, не могла так же легко быть подана к левому берегу, как к правому? А что это за двойная порция духа Илии, которую испрашивает Елисей? И получил ли он в конце концов то, о чем просил? Библия говорит лишь, что Елисей, глядя на отъезд Илии, после своих странных криков больше не видел его.
Богословы уверяют, что «царство небесное» состоит из чистых духов. Не противоречит ли этому двойной случай вознесения на небо – Илии и Еноха? Для чего могли служить телесные оболочки этому патриарху и этому пророку в царстве сверхъестественного и бесплотного? Насколько больше слава Еноха и Илии славы других избранников божьих, обитающих в небесных чертогах без телесной оболочки? И вот, например, когда Илия и Моисей разговаривают в небесах, то что это за беседа между душой без тела, выражающейся одной только мыслью, без звуков, и одушевленным телом. Говорящим при помощи рта и издающим звуки?
Наконец, эта огненная колесница, эти огненные кони, этот вихрь и самое имя «Илия» (Эли, Элиос – солнце) позволили Болингброку и Буланже увидеть в приключении Илии подражание приключению древнегреческого мифического героя Фаэтона, который также усаживается в огненную колесницу. Но легенда о Фаэтоне египетского происхождения, и это вполне нравоучительная сказка, показывающая опасность гордыни. А какой смысл имеет отлет Илии на небо?
Глава 39
Сверхчудесное житие святого пророка Елисея и конец царства израильского
И вот Елисей явился наследником мантии Илии, а также известной части, если даже не двойной, порции его духа. «Сыны пророков… поклонились ему до земли» (4 Царств, гл. 2, ст. 15). В Иерихоне прежде всего он оздоровил городские воды, бросив в них пригоршню соли. Оттуда он пошел в Вефиль. «Когда он шел дорогою, малые дети вышли из города и насмехались над ним и говорили ему: иди, плешивый! иди, плешивый! Он оглянулся и увидел их и проклял их именем господним. И вышли две медведицы из леса, и растерзали из них сорок два ребенка» (ст. 23-24).
![Забавная Библия (с илл.) _82.jpg](https://litlife.club/books/93462/read/images/_82.jpg)
![Забавная Библия (с илл.) _83.jpg](https://litlife.club/books/93462/read/images/_83.jpg)
Лорд Болингброк замечает: «Елисей похож на разбогатевшего лакея, наказывающего всех, кто смеется над ним. Как?! Отвратительный прислужник пророка! Ты заставляешь медведей растерзать детей за то, что они дразнили тебя плешивым? К счастью, в окрестностях Вефиля нет лесов, а в Палестине нет медведей. Нелепость этой сказки смягчает ее ужас!» Можно прибавить, что два медведя, слопавшие так легко четыре десятка мальчишек, появились, вероятно, не из густого леса, а из какой-нибудь пивной, в которой, по-видимому, достаточно хорошо нагрузился автор «священного» повествования, перед тем как взяться за перо, чтобы написать эти строки.
После того как глава 3 Четвертой книги Царств представила царя Иосафата благополучно здравствующим, в противоречие с описанием главы 1, Библия рассказывает, что Месса, царь моавитский, платил Израилю до смерти Ахава ежегодную дань в сто тысяч овец и сто тысяч неостриженных баранов. По восшествии на престол Охозии, который вскоре же вывалился из окна. Mecca решил, что гораздо лучше не платить дани Но Иорам, приняв престол от брата, потребовал овец и баранов. Месса отказал, и Иорам открыл военные действия, опираясь на двух своих союзников – царя иудейского и царя идумейского.
«И пошел царь израильский, и царь иудейский, и царь едомский, и шли они обходом семь дней, и не было воды для войска и для скота, который шел за ними. И сказал царь израильский: ах! созвал господь трех царей сих, чтобы предать их в руку Моава. И сказал Иосафат: нет ли здесь пророка господня, чтобы нам вопросить господа чрез него? И отвечал один из слуг царя израильского и сказал: здесь Елисей, сын Сафатов, который подавал воду на руки Илии. И сказал Иосафат: есть у него слово господне. И пошли к нему царь израильский, и Иосафат, и царь едомский» (4 Царств, гл. 3, ст. 9-12).
Отметим, что сын Ахава, равно как и царь едомский, не исповедовал культа еврейского бога. Это заставляет Болингброка заметить следующее: «Если бы кто-нибудь рассказал, что три царя, из коих один католик, а два протестанты, отправились к католическому аббату с совместной просьбой вымолить дождь, – что сказали бы о подобной глупости? А если бы католический монах написал подобную небылицу, не подтвердил ли бы он справедливости поговорки: „врет, как священник“?»
«И сказал Елисей царю израильскому: что мне и тебе? пойди к пророкам отца твоего и к пророкам матери твоей. И сказал ему царь израильский: нет, потому что господь созвал сюда трех царей сих, чтобы предать их в руку Моава. И сказал Елисей: жив господь Саваоф, пред которым я стою! Если бы я не почитал Иосафата, царя иудейского, то не взглянул бы на тебя и не видел бы тебя; теперь позовите мне гуслиста. И когда гуслист играл на гуслях, тогда рука господня коснулась Елисея» (ст. 13-15).