Владимир Бондаренко ЗАМЕТКИ ЗОИЛА
Пятнадцать лет назад танки Ельцина прямой наводкой стреляли по российскому парламенту, по Советскому Союзу, по русскому народу. За этими танками чувствовалась мощь всего западного мира, и прежде всего США, укрощающих Россию. Западный мир не смутило даже количество трупов, так и не раскрытое до сих пор. Не менее 1000 человек погибло у Дома Советов. Эти танки, стреляющие прямой наводкой по безоружным людям, приветствовали наши либеральные писатели. Письмо 42-х самых демократических писателей, известное под названием "Раздавите гадину!" — клеймо на века. Может быть, еще и поэтому демократия — до сих пор почти неприличное слово в России.
Пятнадцать лет спустя такие же бывшие советские, а теперь грузинские танки, произведенные на Украине, стреляли прямой наводкой по Цхинвалу, по остаткам Советского Союза, по осетинскому народу. За этими танками тоже чувствовалась вся мощь западного мира, и прежде всего США, вновь укрощающего Россию. И опять западный мир не смутило количество трупов. Их было тоже не менее 1000 человек, погибших в Цхинвале. Эти танки, стреляющие прямой наводкой по безоружным людям, опять приветствовала наша либеральная пятая колонна. Ибо, по выражению Марка Урнова, заведующего кафедрой политологии МГУ, бывшего ельцинского чиновника 90-х годов, это всё — "шпана", а со шпаной демократы предпочитают разговаривать "прямой наводкой". Но число членов нашей пятой колонны резко поредело, практически среди них нет ни одного известного либерального писателя.
В 1993 году меня поразило, что настоящие демократы, писатели, не побоявшиеся выступать против брежневского строя, дружно осудили ельцинский расстрел парламента. Андрей Синявский в те напряженные дни примирился со своим вечным оппонентом Владимиром Максимовым, и они написали общее письмо протеста. Из Мюнхена подал голос философ Александр Зиновьев. Им требовалось мужество, не меньшее, чем знаменитому дирижеру Валерию Гергиеву в 2008 году, отправившемуся из Лондона в Цхинвал со своим знаменитым оркестром играть на разрушенной площади "Патетическую симфонию".
И Валерий Гергиев в 2008 году, и Андрей Синявский, Владимир Максимов, Александр Зиновьев в 1993 году — выступили против навязываемого всему миру американского "нового мирового порядка". Наша либеральная пятая колонна, что в 1993 году, что в 2008 году, выступала не за свободу и демократию, не за права человека, а за слепое следование указаниям Америки, за либеральный тоталитаризм.
Но, должен заметить, всё-таки за пятнадцать лет российское общество сильно изменилось. В народе исчезла примитивная вера, что приедет Запад, Запад нас рассудит и нам поможет, послушаем Америку и завтра все станем богатыми. Наши деятели культуры, поездив по цивилизованным странам, тоже умерили свои восторги, поняв свою явную чужесть западной культуре. Даже самые либерально настроенные и знающие западный мир писатели, типа Василия Аксенова, давно выбрали удобную для себя схему жизни: жить на Западе, но печататься и выступать по телевидению в России, ибо на Западе все их книги, песни и живописные полотна никому не нужны. Вот потому и приехал отмечать свой юбилей в Россию художник Эрик Булатов, потому красуются на наших поэтических фестивалях и книжных ярмарках писатели, живущие в Германии и Франции, в Америке и Испании. Пожалуй, кроме Владимира Набокова и Александра Солженицына, никто, включая Иосифа Бродского, не прорвался на мировой книжный рынок, не сделал себе литературное имя в английской или немецкой литературе. И нет разницы для отечественных деятелей культуры, победит ли в Америке Маккейн, или же Белый дом станет Черным, когда Штаты получат первого афроамериканского президента. Национальные интересы самой Америки в любом случае будут превалировать над всем остальным у любого из претендентов. Вот чему и нам надо учиться у США: любой политик, любой писатель должен прежде всего защищать национальные интересы России, никто другой за нас это не сделает. Чужому миру мы не нужны.
Наши либералы после кончины Советского Союза были выплюнуты Западом, как ненужные, ибо страдали излишним идеализмом. Они с неизбежностью повернулись лицом к российскому читателю.
Замечу еще и такую печальную для подписантов 1993 года закономерность. Больше половины из желавших "раздавить гадину" уже ушли на тот свет. Никогда не надо желать смерти ни ближнему, ни дальнему своему. А из оставшихся большая часть уже не рвется подписывать антироссийские письма. В худшем случае отмалчивается, в лучшем — находит в себе силы высказаться против грузинских бомбежек Цхинвала: так, как сделали Андрей Битов и Фазиль Искандер. Мне непонятно лишь затянувшееся молчание известного российского поэта Тимура Кибирова. Оно сродни непонятному молчанию в 1993 году Александра Солженицына. Сродни молчанию еврея, в годы нацистской Германии отсиживающегося где-нибудь в Америке, и не осудившего гибель своих соотечественников, не заметившего холокоста. Мол, меня политика не интересует. Талантливый поэт, гордящийся своими осетинскими корнями, славный род которого всегда верно служил России, по-моему, просто обязан четко высказаться по поводу цхинвальской трагедии, оставляя в стороне все политические игры. Так, как сделал его соотечественник, дирижер с мировым именем Валерий Гергиев.
Будем считать, что Андрей Битов и Фазиль Искандер выступили и за Кибирова. Кстати, думаю, и Василий Аксёнов, если бы не его тяжелая болезнь, поставил бы свою подпись под обращением в "Литературке".
Не прошли мимо трагедий и 1993-го, и 2008-го года наши русские писатели-патриоты. Жаль только, что по-прежнему такие важные письма и обращения к согражданам пишутся отдельно патриотическими, а отдельно — либеральными литераторами. И публикуются в разных газетах: одно — в "Завтра", другое — в "Литературке". Если есть общая позиция у Валентина Распутина и Юрия Бондарева, Леонида Бородина и Владимира Личутина — и у Битова, Искандера, Стругацкого, её и заявлять надо вместе. Возвращая достойное место и русским писателям, и русской литературе в жизни общества.