Ну конечно, подумал Спок. Горкон, тот кто послал Колоту информацию о «Гагарине», и кто поддержал спасательную операцию. За прошедшую неделю Толадал не раз высоко отзывался о нем, и Спок достаточно изучил помощника посла, чтобы прийти к выводу, что член Совета был порядочным и честным человеком.
– Мы можем связаться непосредственно с Горконом, – продолжил Толадал. – Он позаботиться о том, чтобы вашу семью уберегли от опасности.
Нож дрогнул, и Спок бросил взгляд налево, чтобы увидеть, не собирается ли К’тран воспользоваться этим моментом слабости, и не попытается ли выстрелить в посла. К счастью он этого не сделал, и секунду спустя терпение Спока было вознаграждено, когда Калджаг опустил нож. Он отпустил Джокуэл, и на глазах у всех медленно двинулся к главному столу и опустился на свое место. Его плечи заметно поникли, когда он положил на стол свой коммуникатор и нож.
– Я просто хотел защитить свою семью, – прошептал он ни к кому не обращаясь. – Что я сделал? Сколько погибло из-за моих действий? И сколько еще умрет, пока закончится это безумие?
Потом он повернулся к Споку.
– Капитан, Комор и другие члены Совета очень обеспокоенны тем, что Колот и ваш капитан Кирк преуспеют в их миссии по возвращению заключенных Федерации, удерживаемых на клингонской территории. Если это случится, то это наделает шума в Клингонской Империи и может закончиться переворотом в Совете. Они сделают что угодно, чтобы не допустить этого.
– О чем он говорит? – спросила Джокуэл, пристально уставившись на Спока. – Во что ввязался капитан Кирк?
Спок потратил несколько следующих минут на передачу информацию о гибели «Гагарина» и последующем открытии, что кое-кто из его команды стали пленниками Империи. Замешательство на лице Джокуэл переросло в потрясение, когда Спок описал миссию, которую предпринял капитан Кирк с помощью Колота, чтобы найти и спасти хотя бы некоторых из выживших со злополучного корабля.
– Они не могут допустить, чтобы информация стала достоянием общественности, особенно если они хотят остаться у власти, – сказал Калджаг. – Слишком многие клингоны осудили бы Кеша, Комора и их партнеров, и стали бы бороться за их отстранение от власти.
Спок ответил:
– Должно быть Комор решил, что если во время того, что должно было быть мирной встречей между представителями Федерации и Империи разразится межзвездный инцидент…
– То это даст Кешу и Комору время подчистить свои дела, – закончил К’тран его мысль. – Кроме того, если они смогут захватить Кирка в нашем пространстве, они обвинят Федерацию в использовании мирной конференции в качестве прикрытия для начала тайной шпионской миссии. Они даже объявят Колота предателем Империи, чтобы сделать обман более правдоподобным. – Верхняя губа капитана «Тертоса» скривилась от отвращения. – Трусы.
– Я не понимаю, посол, – сказал Толадал, – почему все-таки вовлекли вас? Если лейтенант Аг’хелл была шпионкой, работающей на Комора, зачем ей понадобились вы, чтобы подложить бомбы?
Калджаг тяжело вздохнул, словно почувствовал облегчение от того, что может наконец-то признаться в своих грехах.
– Восемь лет назад я был судьей, одним из нескольких, которые заседали в суде над командой корабля Звездного флота. Это был суд только по названию, потому что члены Высшего Совета, особенно канцлер Кеш и Комор, уже решили их окончательную судьбу. Они не собирались возвращать пленников. Когда я ушел в политику, то постарался забыть этот неприятный эпизод. Я работал в дипломатическом корпусе. Мы содействовали отношениям с Федерацией до такой степени, что изобличили действия Совета, произошедшие много лет назад, и принесшие больше вреда, чем пользы. Кеш и Комор знают, что течение меняется, и что мир с Федерацией неизбежен. Единственный путь, на котором у них есть надежда остаться у власти: принять изменившуюся реальность и выбрать для себя такую позицию, чтобы выиграть несмотря на изменения, которые наверняка затронут наше общество.
– А это означает стереть любые доказательства того, что в клингонском пространстве содержатся пленники из Федерации, – сказал Чехов.
– Именно. Тот факт, что я присутствовал на мирном саммите был причислен к дополнительным преимуществам. Я один из немногих клингонов, кто знает, что офицеры Звездного флота удерживаются незаконно.
Калджаг переключил свое внимание на Спока.
– Капитан, вы должны знать, что Комор послал военный корабль за Колотом и вашим капитаном с приказом уничтожить тюрьму на Пао’ла. Не останется никаких доказательств существования заключенных.
– О господи! – Выражение лица Джокуэл отразило абсолютный ужас. – Они приказали убить столько людей, чтобы просто сохранить свою тайну?
– Они не остановятся ни перед чем, посол, – ответил Калджаг. – Даже если Колоту и капитану Кирку удастся спасти кого-нибудь из ваших людей, им не позволят покинуть клингонское пространство живыми.
Лицо Джокуэл теперь стало маской чистой ярости.
– Мы должны что-то сделать. Мы не можем оставаться в стороне в то время как коррумпированные политики совершают свои отвратительные преступления.
Разговор был прерван сигналом коммуникатора Спока.
– Спок слушает, – произнес он в устройство, щелчком открыв сетку антенны.
– Капитан, – сказал лейтенант Клэв, андорец, офицер по коммуникациям, работающий в гамма-смену. – Сенсоры обнаружили изменения в характеристиках торпеды. Она активировалась.
Взгляд Спока переместился, сконцентрировавшись на коммуникаторе Калджага, который оставался нетронутом с тех пор, как посол отложил его.
– Она активировалась сама собой? – Голос К’трана был переполнен недоверием.
Чехов ответил:
– Либо торпеда была снабжена предохранителем, спроектированным так, чтобы устройство запуска взрыва срабатывало после заданного промежутка времени.
Шокированный Калджаг спрыгнул со своего стула.
– Я этого не делал! Было оговорено, что я сам должен был послать сигнал.
– Аг’хелл, – сказала Лорта. – Должно быть это она.
Спок взялся за свой коммуникатор.
– Мистер Клэв, сколько осталось времени до взрыва?
– Неизвестно, сэр. Мы сейчас пытаемся определить это сенсорами.
– Соедините меня с мистером Скоттом.
Глава 31
В ближайшие дни найду более легкий способ зарабатывать на жизнь. Так быстро как позволяли большие магнитные ботинки, Скотти шел по корпусу «Тертоса», и шлем его звезднофлотовского скафандра повторял звук его собственного дыхания. Рядом с ним К’вир, инженер «Тертоса», маневрировал таким же образом. Транспортер судна высадил их в двадцати метрах от торпеды, на вполне достаточное расстояние от взрывчатки, чтобы они смогли получше рассмотреть устройство, прежде чем приблизиться к нему. Скотти просканировал бомбу своим трикодером.
– Да, верно, она активирована. Чехов был прав, в корпусе есть трансивер, но думаю я смогу до него добраться.
– Такая попытка может вызвать взрыв, – сказал К’вир.
– Да, торпеда может быть сконструирована таким образом, чтобы взорваться, если мы попытаемся вмешаться. Думаю наш первоначальный план все еще самый безопасный.
Хотя Чехову и Лорте удалось обнаружить и блокировать частоты Аг’хелл и заранее подготовленный сигнал с коммуникатора Калджага, Скотти был неспособен расслабиться до тех пор, пока не избавится от самой торпеды. И хотя все было обдумано, я все же предпочел бы оказаться в пабе на Аргелиусе.
– К тому же этот способ займет меньше всего времени, – добавил К’вир, доставая из-за пояса резак, который он захватил с собой.
Чтобы убрать торпеду, Скотти и К’виру нужно было вырезать определенную секцию корпуса вокруг бомбы, достаточно большую, чтобы силовой луч «Энтерпрайза» мог захватить его не вызвав детонации ингибитора в корпусе торпеды. К’вир проследил за тем, чтобы все секции в этой области корпуса были эвакуированы, а перегородки запечатаны и загерметизированы, чтобы минимизировать возможные повреждения внутри корабля.