Барри присел и прихватил рукой несколько кабелей, пытаясь нащупать нож в кармане. Тем временем Джилл пошла в другой конец комнаты, осматривая техническое и медицинское оборудование. Внезапно она остановилась, непроизвольно приоткрыв рот.
Напротив дальней стены стояла камера, намного большего размера, должно быть, около трех метров в высоту, подсоединенная к отдельному монитору. Внутри нее находилось существо, заполнявшее камеру сверху донизу. Настоящее чудовище.
— Джилл, я достал кабель. Я…
Увидев омерзительную тварь, Барри замер, не в силах произнести ни слова. Молча, они с Джилл подошли к монстру, желая рассмотреть его поближе.
Он был высоким, но с правильными пропорциями, по крайней мере, так можно было сказать о широкой мускулистой груди и длинных ногах: эти части тела казались человеческими. Одна его рука представляла собой гроздь массивных изогнутых когтей, свисавших до колена, в то время как вторая выглядела вполне обычно, разве что была слишком большой. Там, где должно было располагаться его сердце, выступала плотная кровавая опухоль, и, глядя на выпуклую массу, Джилл поняла, что это и было сердце существа; оно медленно билось, увеличиваясь и сжимаясь под ритмичные удары.
Охваченная ужасом, девушка остановилась перед камерой. Она заметила шрамы, сеткой раскинувшиеся по всему его телу, хирургические шрамы. У него не было половых органов, их просто вырезали. Она подняла взгляд на его лицо и увидела, что часть плоти на нем также была удалена: не было губ, и казалось, будто на его исполосованном лице играла широкая ухмылка, обращенная к ней; все зубы были видны.
— Тиран, — едва слышно проговорил Барри.
Джилл оглянулась на него. Бертон, нахмурившись, смотрел на компьютер, подвешенный к камере многочисленными кабелями. Она вновь перевела взгляд на Тирана, чувствуя себя почти разбитой, переполненной сожалением и отвращением. Чем бы это ни было сейчас, когда-то оно являлось человеком. «Umbrella» превратила его в причудливый кошмар.
— Мы не можем так его оставить, — тихо сказала она, и Барри кивнул.
Она встала рядом с ним у консоли и принялась изучать бесчисленные переключатели и кнопки. Здесь должен был быть переключатель, который положил бы конец жизни монстра; хотя бы этого он заслуживает.
Внизу находились шесть красных переключателей, идущих подряд, Барри щелкнул одним из них. Ничего не произошло. Он взглянул на Джилл, и она кивнула, соглашаясь с его действиями. Барри ребром ладони переключил все. Неожиданно раздался глухой удар… Двое обернулись и увидели, как Тиран отвел назад свою человеческую руку и снова ударил по стеклу. От удара камера треснула, хотя стекло было толщиной в несколько сантиметров.
— О… Черт!
Существо занесло свои окровавленные кулаки для очередного удара. Барри схватил Джилл за руку.
— Бежим!
Они побежали. Джилл вопрошала Бога, почему они просто не оставили монстра, паника овладевала ей. Барри со всей силы стукнул рукой по пульту управления дверьми, и они открылись. В тот же момент стекло позади них разлетелось вдребезги. Они вылетели из лаборатории, Барри захлопнул дверь и увидел, что Вескер исчез.
Едва удерживаясь на ногах, Вескер двигался к комнате управления. Его голова раскалывалась, во всем теле чувствовалась непривычная тяжесть и слабость. Его словно выворачивало.
"Чертов Барри…"
Они забрали его пистолет. Он пришел в себя, когда они уже вошли в лабораторию, и, пошатываясь, двинулся к лифту, проклиная их обоих, проклиная «Umbrella» за то, что они заварили эту кашу, проклиная себя за то, что просто не убил S.T.A.R.S., когда мог это сделать.
"Это еще не конец. Все по-прежнему под моим контролем. Это моя игра…"
Контейнер с образцами был внизу в лаборатории. И, вероятно, один из этих идиотов уничтожал их прямо сейчас. Тиран тоже. Это великолепное создание, совершенно бессильное без адреналиновых инъекций, погибло. Они убили его, выстрелили в его спящее сердце, он пал, ни разу не испытав вкуса битвы.
Вескер добрался до двери комнаты и прислонился к ней, пытаясь выровнять дыхание. Кровь сочилась из ушей, и он мотал головой, силясь избавиться от странного тумана, закравшегося в мозг.
У него больше не было образцов, но он все еще мог завершить свою миссию. И это было важно, было очень важно завершить миссию. Это означало близость контроля, а контроль был его игрой…Система самоуничтожения, остерегайтесь обезьян… Ma2. Он должен быть осторожен. Вескер открыл дверь и отшатнулся, земля вдруг показалась слишком далекой, а затем слишком близкой. Машины шипели на него, завывали и шипели в горячем, пропитанном чем-то маслянистым воздухе. Его рука наткнулась на перила, и он перетянул себя на другой конец комнаты, стараясь действовать быстро, но вдруг обнаружив, что ноги его не слушаются.
Удар когтей обрушился на него откуда-то сверху, впиваясь в голову, вырывая клочья волос. Он почувствовал, как теплая жидкость тонкой струйкой течет по шее, и пошатнулся, боль в голове стала почти невыносимой.
"Забрали мой пистолет, тупые, тупые сволочи забрали мой пистолет…"
Он добрался до двери, и ему оставалось лишь открыть ее, когда что-то тяжелое опустилось ему на спину, отшвырнув его в соседнюю комнату. Он упал на холодный железный пол, и ужасающий, пронзительный крик загремел в его ушах. Мощные когти вонзились ему в спину, и Вескер наотмашь ударил это оскалившееся, вопящее существо, пытающееся убить его.
Он ударил его так сильно, как только мог, протолкнув ладонь своей руки ему в горло. Оно отпрыгнуло в сторону, забралось на решетчатую стену и вскарабкалось обратно на потолок.
Вескер заставил себя встать и пошатнулся, боль и тошнота с новой силой накатили на него. Воздух был слишком горячим, турбины слишком громкими и безжалостными в своем кружащемся, пульсирующем неистовстве, но теперь он мог видеть дверь, ведущую назад, путь к завершению его миссии.
"Все S.T.A.R.S., мертвы, выброшены на орбиту, в то время как я выберусь отсюда, улечу прочь с прорвой денег".
Он распахнул дверь и прошел к маленькому мерцающему монитору в дальнем углу. Здесь было тише, прохладнее. Массивные машины, заполнявшие комнату, ласково жужжали ему, их цели сильно отличались от целей тех, что были снаружи. Эти машины старались помочь ему вновь обрести контроль.
Теперь, когда он добрел до мерцающего монитора, шум за открытой дверью позади него казался очень далеким. Вескер вдруг перестал чувствовать пальцы, стоило им коснуться клавиатуры. Он все же нашел нужные клавиши; бледно-зеленый код растянулся по монитору после всего нескольких ошибок. Спокойный чувственный голос сообщил ему, что отсчет начнется через тридцать секунд. Чувствуя сильное головокружение, он попытался вспомнить установки для таймера. Система запустится автоматически через пять минут, но он должен переустановить ее, дать себе время сориентироваться и выбраться наружу.
За его спиной раздался вопль. Вескер растерянно обернулся и увидел четырех обезьян, несущихся прямо на него, все дальше протягивающих длинные, когтистые лапы по мере приближения. Невыносимая боль отдалась в ногах, и он рухнул, сильно ударившись о твердый железный пол.
"Этого не может быть".
Одна из тварей прыгнула ему на грудь, и Вескер вдруг не смог дышать, не смог даже поднять ослабевшие руки, чтобы сбросить ее. Другая вцепилась ему в ногу, вырвав кусок плоти своими загнутыми когтями. Третья и четвертая вопили в своем диком ликовании, танцуя вокруг него, словно порочные дети тьмы, поднимая вверх когти, каждый раз подпрыгивая на коротких, толстых ногах. Каким-то образом в глазах Вескера оказалась кровь, мир уносился прочь; крики, шипение и немыслимое, обжигающее тепло застилали его зрение, его сознание.
"Тиран здесь".
Вескер чувствовал это, чувствовал присутствие чего-то значительного и могущественного, слегка дотронувшегося до него. Усмехнувшись через боль, он попытался отыскать существо в красном тумане оставляющего его зрения, больше всего желая увидеть, как Тиран безжалостно убивает его мучителей во всем великолепии идеальных движений, но сумел различить лишь необъятную тень, словно нахлынувшую на него, сквозь него, смог лишь вообразить, как могущественный величественный воин снизошел к нему, чтобы избавить его от страданий…