ИВАНОВ И ПЕТРОВ (блюз)
Иванов объездил целый мир,
А Петров не ездил никуда,
Иванов имеет пять квартир,
А Петров снимает, как всегда.
Яхту Иванов себе купил,
А Петров бутылки ловко сдал,
Иванов любовницу избил,
А Петров тихонько напевал:
ПРИПЕВ:
Дела себе изобретаем,
Себе кайфы приобретаем,
Себя как можем развлекаем,
Но хорошо при этом помнить:
Мы все здесь дурочку валяем,
И прежде, чем мы умираем,
И время жизни убиваем,
Чтоб жизнь хоть чем-нибудь заполнить.
Иванов давно миллионер,
А Петров получку потерял.
Иванов знал слово «адюльтер»,
А Петров словей таких не знал.
Иванов любил свой новый джип,
А Петров тушёнку жадно ел,
Иванов в аварии погиб,
А Петров тихонечко пропел:
ПРИПЕВ.
БУДЕТ ВСЁ ПРЕКРАСНО
Я недоволен всем
И всем я раздражён,
Десятками проблем
И страхов окружён.
Немало крупных трат
Мне сделать предстоит,
Из горла рвётся мат,
Здоровьичко шалит,
но
ПРИПЕВ:
Будет всё прекрасно,
Е-е-е-е-е,
Будет всё прекрасно,
Радостно вполне.
Будет всё прекрасно,
Е-е-е-е-е,
Получу ведь, ясно,
Множество у.е.
Совсем нет времени
На многие дела,
Жизнь бьёт по темени,
Энергия ушла.
Но нет, я буду петь,
Творить, забив на страх,
Я должен всё успеть,
Я бьюсь на всех фронтах.
ПРИПЕВ:
Будет всё прекрасно,
Е-е-е-е-е,
Будет всё прекрасно,
Радостно вполне.
Будет всё прекрасно,
Е-е-е-е-е,
А не так ужасно.
Повезёт и мне.
СИСТЕМА РОБИНЗОНА
Когда попал на дикий остров Робинзон,
То поначалу очень сильно горевал,
Но, ситуацию когда обдумал он,
То в ней и минусы, и плюсы отыскал.
Погибли все, он волей случая спасён,
И это самый главный безусловный плюс.
А главный минус – он на остров занесён,
Где сможет выжить только сильный и не трус.
ПРИПЕВ:
Система минусов и плюсов Робинзона
Она по жизни мне реально помогает,
Не обратиться к ней не вижу я резона,
Когда всё сложно и запутанно бывает.
Система минусов и плюсов Робинзона,
С ней всё становится и просто, и понятно,
Но есть в системе удивительная зона,
Где минус в плюс перетекает, и обратно.
Смог уцелеть, как вам известно, Робинзон,
Себе он шляпу смастерил и в ней ходил,
Он и в дождливый, и в засушливый сезон
Себе на острове занятье находил.
Ждал Робинзончик проходящих кораблей,
Потом друг Пятница явился как-то вдруг,
Жить стало легче сразу, стало веселей,
Не возникала мысль, что всё, уже каюк.
ПРИПЕВ.
Рэп:
На каждый день я так смотрю, войдя во вкус,
И вижу, минус где, а где бесспорный плюс,
Но однозначно ни о чём я не сужу,
Когда над планами задумчиво сижу.
Ведь постоянно убеждает жизнь меня,
Что диалектика – закон, а не фигня,
Что, если в планы ты настойчиво глядишь,
То меньше глупостей по жизни натворишь.
Александр Скиба
1. Абсурдны мечты о монархе хорошем...
Абсурдны мечты о монархе хорошем,
Они - лишь жеманство, не больше того.
Не лечь под сатрапа мы просто не можем,
Не можем насиловать мы естество.
Порой мы кокетливо стонем и ропщем,
В то время как дух наш ликует внутри,
Порой мы кусаемся даже, но в общем
Не добрые нас возбуждают цари.
Нет, мы агрессивны, но как некрофилы.
И там, где самих нас не топчут как кур,
Мы топчем тотчас нас топтавших могилы.
Что нам дозволяется как перекур.
Мы любим сатрапов. За чашкой же чая
Мы только впадаем во флирт небольшой,
Концепциям Фрейда вполне отвечая
Своею загадочной русской душой.
2.Антиэлегия
Над Лондоном сгустился едкий смог.
Малышка Клер дарила мне забвенье,
Я обрести которого не мог,
Испытывая кризис вдохновенья.
Виной тому был журналист-злодей,
Паразитировавший большей частью
На жизни замечательных людей,
Во чьих рядах я значился, к несчастью.
Он наблюдал за мной, как Старший Брат,
Прилипнув мордой к скважине замочной;
Он заряжал свой фотоаппарат;
Блестел слюною рот его порочный.
Сколачивал он крупный капитал
На войеризме профессиональном,
Но чувств к нему я злобных не питал,
По крайней мере, в плане персональном.
Первичен спрос, а не наоборот,
Как кто-то там заметить смог когда-то.
И формирует этот спрос народ
С его плебейской психикою стада.
Народ! Твой дух ничтожен, как твой мозг.
Всё так же люди человеку волки.
Казалось бы - зайди в любой киоск,
Мои стихи там есть на каждой полке.
Стихи - души поэта есть портрет,
К тому же, обнажённой до предела.
Смотри, народ, казалось бы, - но нет! -
Тебя душой влечёт к стриптизу тела.
Народу недостаточно стихов.
Он жаждет зрелищ, хлеба, крови, мяса,
Тем совершая - средь других грехов -
Попытку низвержения с Парнаса.
Я не люблю народ и не пойму.
Он мстит мне, сотворённому кумиру,
За то, что я народу своему
Не посвящаю, видите ли, лиру;
За то, что сам же он на пьедестал
меня возвёл, подвергнув славословью,
Откуда я любить лишь женщин стал,
Совсем не дорожа его любовью.
О как ты низмен в сущности, народ!
Неблагородна кровь твоя и лимфа.
Всегда раскрыть спешишь ты жадно рот,
Когда Зевес спускается с Олимпа.
Но вырву я всевидящий твой глаз,
Твой глаз так называемый народа!..
Я встал и нацепил противогаз,
Шокировав вспорхнувшего Эрота.
Под визги Клер второй противогаз
Я на неё с хлопком напялил сильным;
(В противогазе, без иных прикрас,
Она предстала натюрмортом стильным.)
"Что делать?" - Задал я себе вопрос,
Как гордый Рим, дразнимый Карфагеном,
Затем к замочной скважине поднёс
Баллончик портативный с дифосгеном.
- Excuse me, nothing personal, - молвил я
И с мстительностью графа Монте-Кристо
нажал на пуск. Зловонная струя
Атаковала ноздри журналиста;
В моих глазах светилось торжество;
Я повернулся к Клер через мгновенье.
- А ты в противогазе ничего, -
Изрёк я в рецидиве вдохновенья.
...В руины превращался Карфаген
Под музыку амурного дуэта.
И я твердил, фильтруя дифосген:
- Не должно сметь писать на тему сцен
Из частной жизни русского поэта!..