Глава девятнадцатая
Горя от нетерпения, Сара ерзала на сиденье экипажа. Почти у самой гостиницы она внезапно обернулась к мужу:
– А где стоит «Феникс»?
– На причале таможни.
– Можно нам подняться на его палубу?
– Сейчас?
– Да, сейчас. Мне бы хотелось посмотреть, как он перенес плавание.
Джейми после минутного молчания признался:
– Мне тоже.
Спустя несколько минут экипаж свернул с Броуд-стрит и начал медленно спускаться к побережью. Постепенно до них стали доноситься запахи моря и шум пристани.
Экипаж остановился у здания таможни. Они дошли до конца пристани, где Джейми всмотрелся в стоящие на причале корабли, разыскивая «Феникс».
– Вон он! – дрогнувшим голосом сообщил капитан.
Растроганная волнением мужа, Сара встала на цыпочки и проследила за его рукой. При виде трех знакомых мачт и у нее защемило сердце.
– Постой здесь, – сказал Джейми. – Пойду представлюсь таможеннику и сообщу, что хочу проведать свой корабль.
Вскоре он вернулся, и они сели в шлюпку, которую таможенники использовали как паром. Веселый перевозчик показывал им различные суда, ожидающие таможенного досмотра и разрешения на разгрузку.
– Это вот ваш корабль, капитан?
– Да, да, он самый. Пока, во всяком случае, мой.
– Ничего не скажешь, сэр, красавец, да и только.
– Да уж, – с нежностью промолвил Джейми, – хорош.
Сара, удерживая рукой шляпу, чтоб ее не сорвало ветром, оглядела «Феникс» пристальным взглядом женщины, ревнующей соперницу к своему мужу.
«Феникс» и в самом деле выгодно отличался от своих громоздких, неуклюжих соседей и формой корпуса, и наклоном мачт с приспущенными парусами. Подъехав ближе, Джейми издал возглас одобрения.
– Судно в полном порядке. Заслуга, конечно, Лайама, а никак не таможенников.
Джейми с помощью подъемного каната взобрался на палубу и помог подняться Саре. С минуту они стояли молча, погруженные каждый в свои мысли.
Сара снова ощутила легкое покачивание палубы под ногами. Для полноты картины не хватало громких голосов команды. И шума ветра, натягивающего паруса. А без этого корабль казался мертвым. Сара вздрогнула, и Джейми взглянул на нее.
– Тебе холодно? Давай вернемся на берег, я уже достаточно посмотрел.
– Нет, мне не холодно, но я бы с удовольствием укрылась от ветра. Давай спустимся вниз, если можно.
– Пока что хозяин этого судна я, а значит, мы можем ходить, куда только душе твоей угодно.
После свежего океанского ветра воздух в кают-компании показался Саре сырым. Она снова вздрогнула.
– Перед отходом в Китай мы взяли на борт партию портвейна в Португалии. Если мне не изменяет память, Лайам припрятал одну бутылку где-то здесь, в кают-компании. – Джейми приблизился к шкафу и начал в нем копаться. – Правда, ее могла конфисковать таможня… Ах, вот она! Сейчас тебя согреем.
Откупорив бутылку, он наполнил темно-красной жидкостью два бокала.
– За тебя, Сара! – улыбнулся он, поднимая бокал.
– За нас! – поправила она и отпила вина. По ее телу разлилось приятное тепло.
Сара сделала еще один глоток и оглядела хорошо знакомую каюту.
– Как странно стоять здесь после стольких месяцев отсутствия, – пробормотала она. – Столько всего произошло!
– Да, – согласился Джейми, – колесо фортуны повернулось в другую сторону.
– Лейтенант в один миг снова стал героем!
– Эти домыслы я в самое ближайшее время опровергну. Заслуга в том, что «Констант» пришел невредимым, принадлежит не мне, а Фортенгею.
– Никакие это не домыслы. Я ведь была рядом. Словно сейчас вижу, как ты спокойным, уверенным тоном даешь Джорджу советы. Или незаметно сигналишь ему. Без тебя ему бы никогда не пройти Зондский пролив.
В глазах Джейми появилось циничное выражение, которого она прежде не замечала.
– Итак, паршивая овца благополучно вернулась в стадо, и на нас посыпались благодеяния. Так устроен этот мир.
– Если этот мир отчаянно желает признать твои заслуги, не следует ему в этом мешать, – уверенно заявила Сара.
– Ты права, разумеется, – согласился он с ленивой многозначительной улыбкой, обнимая ее талию. – Если Джордж и адмирал, невзирая на мои возражения, скажут то, что сочтут нужным они, мы от этого можем только выиграть.
– Не мы, Джейми. А ты.
– Мы, Сара. Это, милая женушка, облегчит нам возвращение в родные пенаты. Как только станет известно, что ты и твой муж-проходимец получили приглашения от леди Сверфмор на майский бал и от леди Сафби на музыкальный вечер, хозяйки всех гостиных в радиусе сто миль от замка Керрик из кожи вон станут лезть, чтобы заполучить нас в гости.
– Джейми…
– Мистеру Далтону придется раскошелиться, чтобы купить «Феникс». И мы получим не только новую крышу над головой, но и массу счетов за новые туалеты и бриллианты.
– Мне совсем ни к чему новые туалеты.
– Это точно. Ты можешь безо всякого туалета, совершенно нагая, войти в бальный зал и будешь все равно самой обольстительной женщиной, моя миссионерская дочь, сама строгость и скромность.
– Скромность? – Сара фыркнула. – Это после всего, чему ты меня научил? Чем-чем, а уж этой добродетелью я не обладаю, сэр.
Сара сразу поняла, что допустила ошибку. На лице Джейми появилась хорошо знакомая ей саркастическая усмешка.
– Зато ты, дорогая, воплощаешь всю женскую пылкость. У меня даже есть доказательство, что это так, – следы твоих зубов на плече.
Сильно смутившись и покраснев при воспоминании об одной из их самых бурных ночей, Сара не сразу уловила смысл его дальнейших слов:
– Я полагаю, даже уверен, что мне следует, прощаясь с «Фениксом», оставить о нем какую-нибудь память.
– Память? – повторила она, ложно истолковав появившийся в его глазах блеск.
– Едва твоя ножка коснулась палубы корабля, как мне сразу захотелось отнести тебя в свою каюту, запереть дверь и любить тебя до потери ощущения пространства и времени.
Хотя Сара желала того же, она бурно запротестовала.
– Постой! – воскликнула она, когда он уже взялся за ленты ее шляпки. – Нам надо поговорить.
– Говори! А я пока расстегну пуговицы твоей пелерины.
– Джейми! – Сара схватила его за руку. – Да послушай же!
– Я весь внимание, – сообщил он, стягивая с нее пелерину. – Надо будет, черт возьми, впредь покупать платья другого фасона. У этого слишком много застежек.
– Да не хочу я новых платьев!
– Но они тебе необходимы! Вспомни, пожалуйста, нам придется отправиться на бал у леди Сверфмор.
– Мне этот бал, видит Бог, ни к чему. И приглашения от хозяек всех гостиных в радиусе ста миль от замка Керрик – тоже. Я не хочу… О Джейми! Прекрати! – И Сара сложила руки на груди таким образом, чтобы не позволить Джейми раздевать ее дальше. – Послушай, что я тебе скажу… Я не хочу, чтобы ты продавал «Феникс».
На сей раз слова Сары заставили Джейми отвлечься от тесемок на ее рубашке.
– Мы уже говорили на эту тему, Сара. Деньги от продажи «Феникса» позволят нам восстановить замок Керрик и выкупить земли, принадлежавшие нам.
– Но ты же не хочешь жить в том доме! – лихорадочно зашептала Сара. – Тебе надо чувствовать под ногами палубу корабля и слышать свист ветра в его парусах. Ты и сам не раз говорил об этом.
– Спьяну, должно быть.
– Ни разу не видела тебя пьяным.
– Тогда я, как все моряки, врал напропалую. Пойдем, жена, пусть последний час на «Фениксе» запомнится нам на всю жизнь.
Подхватив Сару на руки, он в два счета преодолел небольшое расстояние до своей каюты.
– Это же очень важно, Джейми! Нечего отмахиваться, надо серьезно, разумно все обсудить.
– Уймись, Сара! Разве книга «Искусство любви» не убедила тебя в том, что мужу и жене следует обсуждать все вопросы в постели?
– Джейми, отпусти меня!
Делая вид, что повинуется жене, Джейми опустил ее на знакомую ей постель, покрытую по-прежнему зеленым шелковым покрывалом, в которое Сара завернулась в тот день, когда появилась на «Фениксе».