Изменить стиль страницы

– Где ты сейчас?

– У Матоба-сэнсея.[3]

Вернее, на вилле у его знакомого, в Минамихара.

– Какие планы на сегодня?

– Хотели бы вместе с Матоба-сэнсеем навестить вас во второй половине дня. Не возражаете?

– Нет, конечно. Как пережили вчерашний тайфун?

– О, тайфун был ужасен! Но здесь никто не пострадал. Только упала старая лиственница, что росла напротив дома.

– У нас тоже: лиственницы, предмет моей гордости, все повалены. Вокруг дома стало так голо.

– Ужасно!

– Соболезнования можно не выражать. Лучше приходите. И Матоба-сэнсея я уже давно не видел. Правда, из-за всех этих событий я не смогу вас достойно принять…

– Не беспокойтесь… Мы придем после полудня.

– Можно тебя кое о чем попросить?

– Все что угодно.

– Ты знаешь виллу Фуэкодзи? Это в районе Сакура-но-дзава.

Немного помолчав, Кадзухико ответил:

– Да, знаю.

– Так вот, не мог бы ты по дороге навестить Мися? Она сейчас совсем одна, и, похоже, ей очень не по себе.

– А где бабушка?

– Она уехала в Токио и еще не вернулась. Поезда до нас не доходят.

– Да-да! У входа в один из тоннелей произошел оползень.

– Я слышал, это в районе Кума-но-хира. Бабушка звонила из Токио и сказала, что задержится.

– Конечно-конечно, я обязательно навещу Мися.

– Спасибо. Ну, до встречи.

Тадахиро положил трубку, его лицо некоторое время светилось от удовольствия и выглядело помолодевшим. Но вскоре он вновь погрузился в мрачные мысли.

Загадочная женщина, с которой Ясухиса в ту ночь имел интимные отношения, в ходе расследования так и не была найдена. Помощник инспектора Хибия потерпел поражение. Но у него была еще одна важная причина для подозрений. Почему-то как раз в то время, когда Фуэкодзи погиб, в Каруидзаве собрались все, кто был с ним близко знаком.

Бывшая жена Фуэкодзи Тиёко Отори после развода с Ясухиса трижды выходила замуж и со всеми тремя мужьями развелась. Второй муж умер в конце прошлого года, остальные пребывали в добром здравии, и все тогда приехали в Каруидзаву.

Здесь же находились и сама Тиёко, и Тадахиро Асука (которого молва называла ее любовником), проживающий на своей вилле в Каруидзаве. Дочь Тиёко и Ясухиса, Мися, вместе с мачехой Ясухиса, Ясуко, также проводили лето на вилле в районе Такахара.

Все они, хотя и жили в разных местах, в момент странной смерти Ясухиса Фуэкодзи оказались в Каруидзаве. Вот это обстоятельство и представлялось Хибия подозрительным, тем более что преступник, повинный в смерти второго мужа Тиёко, до сих пор не был найден.

…Опять раздался телефонный звонок, прервавший размышления Тадахиро. На этот раз звонила Хироко.

– Папа, это я. Таки сказала, что у вас творилось что-то ужасное!

– Да ничего. А у вас?

– Удивительно, но здесь не много повреждений. Правда, сломано несколько деревьев, но у нас, к счастью, больших-то деревьев нет.

– Река не вышла из берегов?

– Мы этого боялись, но все обошлось… Вот только все березы, которые вы посадили, вырвало с корнем.

– У нас то же самое. У березы корни не уходят в глубину. Вчера вечером скучала одна?

– Да. Хотя у нас ведь живет Эйко.

– А разве она не ходила на танцы О-Бон?

Хироко ахнула, замолчала, потом продолжила спокойным тоном:

– Папа, откуда вы знаете?

– Мне звонила дочь Фуэкодзи.

Тадахиро хотел произнести это как можно небрежнее, однако его голос прозвучал так, будто у него глубоко в горле застряла рыбья кость. Хироко же заговорила весьма оживленно:

– После того как я отправила Эйко, отключили свет. Ветер становился все сильнее, и я действительно почувствовала себя немного неуютно, но я не думала, что тайфун дойдет до нас.

– Ты связывалась с Токио?

– Да. Тэцуо недавно звонил, – сказала она равнодушно.

– Ну и что? Когда приедет?

– Очень поздно, будет добираться по окружной дороге. Недавно звонил Кавамото из «Камито тоти».

– Он и тебе звонил?

– Кавамото сказал, что он пришлет человека, поэтому вы, папа, не волнуйтесь. Главное, чтобы у вас все было хорошо.

– Ну, спасибо. Созвонимся позже.

Положив трубку, Тадахиро рассеянно посмотрел в окно. Равнодушие в голосе дочери расстроило его. Ее муж Сакураи был хорошим работником и в последнее время продвинулся по службе, но было бы неплохо, если бы он на субботу и воскресенье приезжал к Хироко. Тадахиро покачал головой, и его мысли вернулись к воспоминаниям о событиях прошлого года.

Тиёко Отори родилась в 1925 году и была единственной дочерью известного в те годы художника и знаменитой гейши из Симбаси.[4]

Она унаследовала талант и красоту матери. Тиёко училась на втором курсе женского колледжа, когда потеряла отца. Ее матери пришлось стать преподавательницей классического танца. Учась на третьем курсе, Тиёко сумела через знакомого семьи устроиться в кинокомпанию «Toe кинэма», но для этого ей пришлось уехать в Киото; в шестнадцать лет она начала самостоятельную жизнь.

Чуть раньше актером «Toe кинэма» стал Ясухиса Фуэкодзи, потомок аристократического рода, он отличался необычайной красотой. Кинокомпания выпустила несколько слащавых романтических фильмов с Тиёко и Ясухиса в главных ролях. Фильмы имели огромный коммерческий успех.

В отличие от Ясухиса, который так и не перерос амплуа первого любовника, Тиёко постоянно совершенствовала свое актерское мастерство, что и поспособствовало ее дальнейшей карьере.

Незадолго до начала войны на Тихом океане компании «Toe кинэма» было запрещено выпускать фильмы с участием Тиёко и Ясухиса. Причина была в следующем: давно ходили слухи об их интимных отношениях, но когда они тайком сбежали, чтобы пожениться, это вызвало открытое возмущение в обществе, и военные власти запретили им сниматься в кино. Сбежали же они потому, что мачеха Ясухиса, Ясуко Фуэкодзи, была против их брака.

В 1943 году Ясухиса был мобилизован в армию, а на следующий год у Тиёко родилась дочь Мися. Тогда Ясуко, поразмыслив, сменила гнев на милость. Ее опасения были понятны: случись что с Ясухиса, род Фуэкодзи прекратит свое существование. Поэтому она разрешила Тиёко внести себя и дочь в посемейный список Фуэкодзи и взяла Мися к себе на воспитание.