— Да? Назовите его! — потребовал Драгунов.
— Пожалуйста. — Глеб продиктовал номер.
Майор тут же позвонил.
Лиля ответила:
— Да? Глеб, ты?
— Нет, это не Глеб! Кто у телефона? — спросил Драгунов.
— Что за вопрос? Вы набираете номер, не зная, кому звоните?
— С вами говорит майор милиции Драгунов Петр Павлович.
— Лилия Сергеевна Старикова к вашим услугам, майор. Что означает ваш звонок по номеру, известному всего двум мужчинам?
— Я офицер милиции города, из которого вы так ловко скрылись.
— Да? Ну и что? Я свободна в своих действиях. Никаких обязательств ни перед кем, включая милицию, между прочим, у меня не было и нет.
— Как я могу убедиться, что вы та самая Старикова, о которой мы говорим?
— А как я могу убедиться в том, что вы на самом деле офицер милиции, а не один из тех мерзавцев, что убили брата и его семью? О себе я уже не говорю.
— Логично. На контакт со мной, как я понял, вы не пойдете, я имею в виду личную встречу?
— Естественно!
— Значит, остается верить вам на слово?
— Можете не верить, дело ваше.
— Хорошо, Лилия Сергеевна, позвольте несколько контрольных вопросов, чтобы убедиться в том, что вы и есть та самая Старикова, которая меня интересует.
— А в чем, собственно, дело? Почему я должна вам что-то доказывать?
— Чтобы снять подозрения с тех мужчин, которым вы дали свой мобильный номер.
— В чем их-то вы подозреваете?
— В том, что вас вынудили оформить дарственную на квартиру насильственным путем, в том, что вы можете находиться у бандитов, которые используют вас, в том, что они представляют для вас опасность. Достаточно?
— Достаточно. Задавайте свои вопросы, а потом я постараюсь вас убедить, что мне ничего не грозит. Как бы этого ни хотелось тем, кого вы безуспешно пытаетесь поймать.
Драгунов почувствовал обиду. Но сдержался, надо делать дело, в принципе, эта женщина имеет все основания не доверять милиции.
— Ответьте мне, Лилия Сергеевна, что произошло в госпитале в ночь вашего последнего дежурства?
— Длительная и сложная операция. К нам в отделение доставили солдата-десантника, у которого на прыжках не раскрылся парашют, и он получил тяжелейшие увечья.
— Кто проводил операцию?
Лиля назвала бригаду хирургов.
— А майор Иконников в это время разве не дежурил?
— Такого майора в госпитале нет.
— Значит, я ошибся. Чем у вас занимается подполковник Ватрушев?
— Вы знаете Игоря Владимировича?
— Представьте, знаком.
— Тогда должны знать, что он заведует нейрохирургическим отделением.
— Я-то об этом знаю, мне интересно было, знаете ли его вы?
— Игоря? Еще бы! Хотите, майор, я даже скажу, какая у него на левом запястье татуировка? Он на службе закатывает рукава халата.
— Хорошо, Лилия Сергеевна, я убедился, что вы та самая Старикова. Но я не убежден в том, что вы свободны в своих действиях. Отвечать вы могли и под угрозой физического воздействия.
— Господи, до чего же вы дотошный, майор!
— Какой есть. И задержу ваших представителей, пока не буду уверен в обратном.
— Я под защитой московской милиции, майор.
— Каким образом я могу проверить это?
— Найдите в телефонном справочнике Москвы номер МВД, позвоните начальнику четырнадцатого отдела и наведите обо мне справки.
— Хорошо, через несколько минут я вам перезвоню.
Драгунов был очень дотошным, и именно это качество, а также умение логически мыслить помогли ему спасти троих похищенных людей. Преступники получили по заслугам.
Драгунов не стал рыться в телефонном справочнике, а позвонил своему товарищу из МУРа и попросил проверить полученную информацию. И информация оказалась достоверной, Лиля сказала правду.
Он вновь набрал ее номер:
— Лилия Сергеевна?
— Да, Петр Павлович. Убедились, что я не у бандитов?
— Вполне. Теперь могу представить вам доказательства того, что являюсь сотрудником милиции.
— Это лишнее. Надеюсь, вы моих представителей отпустите?
— Да. И мы не будем им мешать. Извините и разрешите попрощаться.
— До свидания, товарищ майор.
— До свидания. И быстрейшего вам выздоровления. А преступников, несмотря на ваш скептицизм, мы найдем.
— Будем надеяться.
— Вы приедете, чтобы дать свидетельские показания?
— Непременно.
Драгунов выключил связь и протянул телефон Глебу:
— Стоимость переговоров вам будет оплачена по предъявлению распечатки.
— Да ладно вам!
— Приношу свои извинения, но вам придется немного задержаться. Эксперты все же проверят документы. Это не займет много времени.
— У-ху-ху, — вздохнул Глеб, — что ж, надо так надо. Подождем. Куда от вас денешься? Правда, Юра?
— Сущая правда.
В это время в кабинет заглянул майор Кузнецов.
— Задержанные у тебя, Петр Павлович? Хотел с тобой поговорить, но ничего, зайду позже.
— Сейчас отпущу этих ребят, поговорим. Хочешь, присядь, подожди минут пять. С ними уже все определилось.
— Ну тогда присяду, набегался с утра.
Эксперты доставили документы:
— Все в полном порядке.
— Спасибо.
Майор протянул документы Чекалину.
— Вы свободны. Можете заниматься продажей квартиры и, когда увидите Лилию Сергеевну, передайте от меня привет.
— Вы наверняка оставили номер ее телефона в памяти своей трубы, так что сможете это сделать сами и в любое время, гражданин майор.
— Вот вам пропуск.
— Надеюсь, мы с вами, я имею в виду местную милицию, больше не встретимся?
— Будем надеяться, до свидания.
Когда Кудрин с Чекалиным вышли, Кузнецов поинтересовался:
— Что за типы?
— Объявление о продаже квартиры Лилии Стариковой в «Рекламе» читал?
— Нет, не до этого, — солгал майор.
— Подарила наша беглянка свое жилище этим двум молодцам. Они дали объявление, мы их взяли, проверили. Даже с самой Стариковой поговорил. Выяснилось, что эти двое действительно имеют законные права на квартиру.
— А?! Ну ладно. Это твои проблемы, — проговорил Кузнецов, внимательно выслушав Драгунова. — У меня к тебе дело, Петр Павлович.
— Давай свое дело.
— Пару тысяч на две недели не займешь? Ты, я слышал, на дачу финансы собираешь? Больше в управлении и спросить не у кого. А я себе куртку осеннюю по дешевке присмотрел. Не хотелось бы упустить. В сезон такую вещь не купишь на нашу-то зарплату.