– Не вижу альтернативы, - сухо заметил Шеппард. Видно было, что разговор ему надоел. Он сидел, не глядя на Грегори, который вдруг встал как вкопанный, захваченный новой мыслью.
– А можно и так, - задумчиво произнес он. - Конечно же. Я знаю, верю, что вы хотите мне помочь. Ведь ничего нельзя было поделать, а сейчас есть выход. Можно покопаться в алиби. Или исключить этот случай из серии, а надо, так и другие - и следствие сдвинется с мертвой точки! Во всяком случае, есть какой-то шанс - болезнь! О, болезнью можно объяснить самые невероятные вещи, даже видения и стигматы, даже чудо! Вы, наверно, помните работы Гугенхеймера, Холпи и Винтершельда? Да, конечно, вы читали, хотя в нашей библиотеке их нет…
– А-а, этих психиатров… У них много работ. Какие вы имеете в виду?
– Те, в которых они на основе анализа Евангелия доказывают, что Христос был душевнобольным. В свое время они наделали много шума. Психиатрический анализ текстов Священного Писания, из которого вытекало, что он был параноик…
– Примите мой добрый совет, - прервал его Шеппард, - забудьте библейские аналогии: они ни к чему не ведут. Их можно было позволить в самом начале, тогда щепотка соли, делающая проблему острее, была весьма кстати, но на нынешней стадии следствия, когда требуется тонкая ювелирная работа…
– Вы так думаете? - тихо спросил Грегори.
– Да. Поскольку надеюсь и даже уверен, что вы не захотите оказаться в положении вопиющего в пустыне…
– Итак, что я должен делать? - подчеркнуто официально задал вопрос Грегори, выпрямляясь и глядя в упор на старика, встающего с кресла.
– Нам надо будет прикинуть кое-какие наметки на ближайшее будущее. Завтра утром жду вас в Ярде.
– Как и в прошлый раз, в десять? - в голосе Грегори дрожал смех.
– Да. Придете? - спросил бесцветным голосом Шеппард. Они стояли и смотрели друг на друга. Губы Грегори дрогнули, но он промолчал и отступил к двери. Стоя к Шеппарду спиной, берясь за ручку, он всей кожей чувствовал его невозмутимый, спокойный взгляд.
И уже отворяя дверь, бросил через плечо:
– Да, приду.