Танки под мертвенно-бледными лучами фонарей выглядели совершенно нереально, но ошибки быть не могло. Колонна из шести боевых машин поравнялась с домом Дарофеева и, лязгая гусеницами, перевалилась через бордюр. Ломая деревья, танки стали окружать здание. Один из них прошелся по детской площадке, вдавив в землю черепаху из стальных трубок и проехав прямо по песочнице.
За танками подъехали несколько ГАЗов, из которых на землю быстро посыпались солдаты в полном вооружении. Бойцы выстраивались цепью, одна из групп бегом направилась к дарофеевскому подъезду.
Пономарь оторвался от странного зрелища:
– Уходим все! Быстро!
Корень ринулся к двери, но целитель остановил его:
– Там солдаты! Рота!
Штурм мог начаться с минуты на минуту.
– Улетим! – Закричал Игорь Сергеевич. Он понесся к входу в квартиру, распахнул дверь, прихватил верхнюю одежду компаньонов и Розы-Светы.
– Все на балкон! – Приказал целитель. Мафиози и Сергей Владимирович послушались безоговорочно, но девушка замешкалась и Дарофееву пришлось схватить ее за руку и быстро тянуть за собой.
– Сергей! Подстрахуй! – Крикнул Пономарь. Сам Игорь Сергеевич не знал, смогут ли “Жалюзи” поднять в воздух сразу четверых, включая его самого. Но выхода не было.
– Хватайтесь за меня! – Дарофеев поднял на руки Розу-Свету, Репнев обхватил целителя за талию. Майор же понадеялся на собственные силы.
Включив “Жалюзи” в левитирующем режиме, Игорь Сергеевич, несмотря на то, что на нем висели двое, оторвался от балконного пола. Прицепившись лучом манипуры к соседнему шестнадцатиэтажному зданию, Дарофеев плавно полетел туда. Вслед за ним, кувыркаясь в воздухе, но все же поддерживая режим полета, направился и Сергей Владимирович.
Мимо них скользнул луч прожектора. Буквально в десяти метрах пронесся стальной бок вертолета. Сидящие в нем не заметили летящих тел и продолжали курсировать вокруг покинутого дома. Воздушная волна от лопастей летучей машины чуть не снесла Дарофеева с избранного маршрута, но он удержался в воздухе.
Изотову же не повезло. Когда целитель оглянулся, ища глазами майора, он увидел его уже в нескольких метрах от земли. Прямо под Сергеем Владимировичем находился танк, оружейная башня которого была задрана почти вертикально в небо, нацелившись на одиннадцатый этаж. Этаж, на котором жил Пономарь.
Но к чести Изотова, ему удалось выровнять полет и он стал подниматься, нагоняя несущегося в воздухе Игоря Сергеевича с грузом.
Роза-Света, забыв про лежащую у нее на животе одежду, обеими руками пыталась задушить своего спасителя. Репнев же держался изо всех сил, но все равно постепенно сползал, прихватывая с собой и брюки целителя.
Через несколько минут странное путешествие кончилось на лестничном балконе дома напротив. Изотов не стал тратить силы на подъем и приземлился за кустами, вне видимости военных. Пока майор поднимался на лифте, он пропустил незабываемое зрелище. Штурм.
Две вертушки закончили кружение, зависли и из них, по тонким, невидимым канатам, спустились люди в черном. Одновременно трое из них пробили окно дарофеевской квартиры, четверо приземлились на балкон, хорошо различимые в свете люстры, и пригибаясь, заскочили внутрь. Игорь Сергеевич видел мечущиеся силуэты. Раздалось несколько выстрелов и все стихло.
– Интересно, чего этим-то от тебя надо? – Спросил Корень неведомо кого, уже оправившись от полета.
– Пойдем, спросим... – Предложил Пономарь.
Подъехал Сергей Владимирович и все четверо на том же лифте спустились вниз. По пути они оделись и теперь походили на обычных прогуливающихся по вечернему городу людей.
Через несколько шагов им встретилась группка ротозеев перед которой стояло воинское оцепление. Молодые бойцы, настороженно поглядывая по сторонам все же основное внимание уделяли окнам на одиннадцатом этаже.
– Чего тут такое? – Спросил Игорь Сергеевич, протиснувшись между двумя любопытствующими.
Ни один из солдат не ответил, им, как видно уже надоело всем объяснять. Зато отозвался один из зевак, мужчина с овчаркой:
– Там террористы. Заложников взяли и требовали миллион долларов.
Выбравшись из толпы, Дарофеев подошел к компаньонам:
– Мы растем потихоньку... – И рассказал об услышанном.