Отсюда - существование в Императорской Семье нескольких партий и, несмотря на близкое родство, некоторая взаимная враждебность. В начале мы, "кавказцы", держались несколько особняком от "северян"; считалось, что мы пользовались особыми привилегиями у нашего дяди - Царя. Мы же обвиняли "северян" в смешном высокомерии. У нас пятерых были свои любимцы и враги. Мы все любили будущего Императора Николая II и его брата Георгия и не доверяли Николаю Николаевичу. Вражда между моим старшим братом Николаем Михайловичем и будущим главнокомандующим русской армии Николаем Николаевичем - вражда, начавшаяся со дня их первой встречи еще в детские годы, - внесла острую струю раздора в отношения между младшими членами Императорской Семьи. Нужно было выбирать между дружбой к высокому Николаше или к начитанному Николаю Михайловичу.
Хотя я и был новичком в области придворных взаимоотношений, еще задолго до нашей встречи, которая произошла в 1879 году, я начал относиться неприязненно к врагу моего старшего брата. Когда же я его увидел (впервые на одном из воскресных семейных обедов в Зимнем Дворце, то не нашел причины изменить свое отношение к нему. Все мои родные без исключения сидели за большим столом, уставленным хрусталем и золотою посудой.
Император Александр II, мягкость доброй души которого отражалась в его больших, полных нежности глазах, Наследник Цесаревич - мрачный и властный; с крупным телом, которое делало его значительно старше его тридцати четырех лет; суровый, но изящный Великий Князь Владимир; Великий Князь Алексей общепризнанный повеса Императорской Семьи и кумир красавиц Вашингтона, куда он имел обыкновение ездить постоянно; Великий Князь Cepгей, сноб, который отталкивал всех скукой и презрением, написанными на его юном лице; Великий Князь Павел - самый красивый и самый демократичный из всех сыновей Государя.
Четыре Константиновича группировались вокруг своего отца Великого Князя Константина Николаевича, который из-за его либеральных политических взглядов был очень непопулярен в семье.
И наконец, наш "враг" Николаша. Самый высокий мужчина в Зимнем Дворце, и это действительно было так, ибо средний рост мужских представителей династии был шесть футов с лишком. В нем же было без сапог шесть футов пять дюймов, так как даже мой отец выглядел значительно ниже его. В течение всего обеда Николаша сидел так прямо, словно каждую минуту ожидал исполнения национального гимна. Время от времени он бросал холодный взгляд в сторону кавказцев и потом быстро опускал глаза, так как мы все, как один, встречали его враждебными взглядами.
К концу этого обеда мои симпатия и антипатия установились: решил завязать дружбу с Никки и с его братом Георгием, с которым был уже знаком во время нашего пребывания в Крыму.
Точно также я был не прочь избрать товарищами моих игр Великих Князей Павла Александровича и Дмитрия Константиновича. Что же касается остальных Великих Князей, то я решил держаться от них подальше, насколько мне позволить этикет н вежливость. Глядя на гордые лица моих кузенов я понял, что у меня был выбор между популярностью в их среде и независимостью моей личности.
И произошло так, что не только осенью 1879 года, но и в течение всей моей жизни в России, я имел очень мало общего с членами Императорской Семьи, за исключением Императора Николая II, и его сестер и моих братьев. Бедный Георгий умер от скоротечной чахотки у нас под Боржомом. Великий Князь Павел (отец Великой Княгини Марии Павловны младшей) заключил в 1902 году морганатический брак и должен был покинуть пределы России. Что же касается Великого Князя Дмитрия Константиновича, то в нем с ранних лет развился интерес исключительно к лошадям и к военной службе, что не могло способствовать установлению между нами интимных отношений, хотя мы и были хорошими друзьями.
Когда-нибудь романист, обладающий талантом Золя, который не побоится потратить долгие годы на архивные изыскания, изберет историю последних Романовых в качестве сюжета для большого романа хроники, и это будет произведением, не менее замечательным, чем "История Ругон-Макаров". Отцы и сыновья, кузены и братья, дяди и племянники - мы были между собою так непохожи характерами, наклонностями и интересами, что почти невозможно поверить, что всего какие-нибудь сорок лет и два царствования прошли между смертью железного правителя Европы Николая I и вступлением на престол его несчастного правнука, последнего Императора Всероссийского Николая II .
7.
Брак моей осетры Анастасии послужил как бы прологом к расколу нашей личной семьи. Трое моих старших братьев начали службу в гвардии, и нужно было принять решение и о моей дальнейшей судьбе. Во всяком случае, мне стало ясно, что мы скоро все будем друг с другом разлучены. Анастасия первая начала взрослую, самостоятельную жизнь.
Высокая, стройная и темноволосая, в тяжелом платье из серебряной, парчи (традиционном для Великих Княгинь) - она была изумительно хороша, когда Император Александр II повел ее, во главе свадебного шествия, в котором приняли участие представители всех царствующих домов Европы, чрез залы Зимнего Дворца в дворцовую церковь. Сейчас же вслед за венчанием по православному обряду, состоялось второе - по протестантскому. Таким образом и Император Bcepoccийский и Император Германский были удовлетворены, и их родственники Великая Княжна Анастасия Михайловна и герцог Фридрих Мекленбург-Шверинский были дважды в течение сорока минут соединены брачными узами.
Семейный завтрак, поданный после второй брачной церемонии, и большой торжественный обед заполнили программу дня. Следующее утро было посвящено приему иностранных дипломатов, придворных и представителей духовенства. Потом состоялся еще один семейный обед. Только к концу второго дня жених и невеста могли сесть в специальный поезд, который должен был доставить их в Германию. Раздался свисток, почетный караул отдал честь, и мы потеряли из виду нашу Анастасию.
Мать плакала, отец взволновано теребил перчатку. Суровый закон, предписывавший членам Царствующего Дома вступать в браки с равными, по крови членами иностранных династий, впервые поразил нашу семью. Этот закон тяготел над нами вплоть до 1894 года, когда я первый его нарушил, женившись на Великой Княжне Ксении, дочери моего двоюродного брата, Императора Александра III.