- Их система связи не работала, - продолжал Сенграт, - когда мы ее отключили, чтобы запустить собственную передачу. Немного дипломатии, и мы могли бы заключить с партией Молнии в Ночном Небе договор, гарантирующий им эксклюзивное использование планетарной спутниковой сети... с нашей помощью.
- Хочешь сказать, что мы заставили бы их платить за то, что мы не глушим их передачи? Мы не рэкетиры, - отрезал Илларт.
- И что бы, по-твоему, сделали, узнав об этом, партии Солнца-за-Облаками и Весенних Дождей? - резко спросил Герезан.
- Ничего, - коротко ответил Сенграт. - Я проверил. Молнии в Ночном Небе - единственные, чей технологический уровень позволяет сбить корабль на орбите. Остальные слишком истощены тремя поколениями гражданской войны. МНН - явный технический лидер. С нашей небольшой помощью они могли бы установить контроль над всем Хань Киянем. Этим мы оказали бы услугу человечеству. Война закончится сейчас, а не через несколько поколений. И этим мы спасем "Прибежище". - Судя по голосу, советник просто-таки сиял, крутясь туда-сюда, чтобы озарить улыбкою всех троих спикеров.
- Мы не вмешиваемся во внутренние дела других планет, - проговорил Илларт. - На случай, если у тебя вылетело из памяти - это записано в изначальной хартии, которую мы приняли, решив отказаться от предложенного КОП плана переселения и жить на борту колониального корабля, покуда не добьемся справедливости. Жителям любой планеты мы предлагаем уважение и невмешательство в их дела - то, чего добиваемся для себя. Таков путь Странников.
- Ваш путь, ты хочешь сказать, - огрызнулся Сенграт.
- Путь Совета, - поправил его Илларт. - Хочешь внести изменения в хартию, Сенграт? Если так, тебе следовало бы выступить на общей сессии Совета, а не терзать нас троих. Иным способом хартию не переписать.
- Таким ее тоже не исправишь! - парировал Сенграт. - Я уже убедился, что с Советом связываться нет толку: что вы скажете, за то и проголосуют! А вы трое живете в прошлом. Я вас предупреждаю - не все даже изначальные Странники с вами согласны. А диссиденты с других миров - какое им дело до мертвой планеты, которой они не видели никогда? Люди вроде Нуэвы Фаллоны не собираются коротать остаток дней на корабле, набитом постепенно опускающимися беженцами.
- Если бы мы не приняли на борт Нуэву и прочих паломелльцев, на борту не было бы так тесно, - заметила Андрежурия. - Если бы не наша хартия, и не наше стремление помочь жертвам политической несправедливости, ее бы здесь не было. Вот что ей стоило бы припомнить, прежде чем ратовать за изменение хартии.
- Она предупреждала, что вы так и ответите. - В голосе Сенграта снова прорезались лязгающие нотки. - Поэтому меня и избрали, чтобы донести до вас точку зрения оппозиции. Представительство паломелльцев и других новоприбывших в Совете совершенно недостаточно...
- Со временем это изменится, - мягко заметил Герезан. - У них есть право голоса, как у любого Странника.
- Некоторым, - отозвался Сенграт, - кажется, что ждать больше недопустимо. Некоторые считают, что действовать через Совет бесполезно: избирать могут кого угодно, но правите вы, и Нуэва была права - вы безнадежно отстали от времени. Я предвижу будущее, в котором Странники будут по-настоящему свободны - не вымаливая милостей у Федерации, а распространяясь в пространстве, свободные от планетной бюрократии. Если у вас есть капля ума на троих, вы ко мне присоединитесь. Пришло время для серьезных перемен.
- Всегда приятно с тобой побеседовать, Сенграт, - отозвался Илларт безмятежно. - Ты точно не выпьешь с нами чашечку кавы? Новый сорт, спасибо генетикам партии Солнца-за-Облаками. Они полагают, что урожаи будут достаточно высоки, чтобы выращивать каву на борту стало выгодно. Вот, правда, обжаривать зерна здесь совсем не умеют, так что на твой вкус будет слабовато, но есть в этом напитке такой, знаешь ли, ореховый привкус напоминает фундук, и мне очень нравится.
Бормотавшего что-то о претенциозном легкомыслии Сенграта заглушил хрип бортового интеркома. В чем-то советник был прав, подумал Маркель, потягиваясь и снова одевая наушники. Интерком, как и большая часть бортовых систем "Прибежища", отчаянно нуждался в ремонте, а лучше - в полной замене. Научных и технических знаний у Странников хватало, чтобы брать под контроль целые солнечные системы и вламываться в базы данных межгалактических корпораций, но собственное их оборудование держалось на соплях и молитвах. Вот и динамик в каюте Илларта барахлил, так что шум помех съедал слова и целые фразы. Маркель разобрал только "Груз кавы... сообщение... Хон... прибыва...".
"Здорово, - мелькнуло у него в голове. - Очередной политический беженец скрывается в грузе кавовых зерен. Только этого нам не хватало - еще один рот на борту и так переполненного "Прибежища". А может, четырнадцать или пятнадцать ртов", добавил он про себя мрачно. Семьи у хань-киянцев были большие.
Он не успел вставить в одно ухо затычку-динамик, когда барабанную перепонку второго пронзил отцовский дикий, радостный вопль:
- Хон кто?
- Не "хто", - прохрипел интерком. - Хоа. Нгуен Хон Хоа.
Герезан и Андрежурия разразились возбужденными возгласами, но Илларт быстро унял коллег. Кем бы ни был Нгуен Хон Хоа, спикеры, похоже, считали, что свое место на борту корабля он заслужил. Снова отложив видеосистему, Маркель выполз из спальной трубы. Если уж так, можно и выяснить, в чем дело. А с видео можно потом будет забраться в служебный туннель и послушать музыку в тишине и покое. Тяга к уединению уже давно побудила Маркеля обследовать все укромные уголки "Прибежища", куда только мог забраться худенький мальчишка. Ему ведомо было каждое якобы недоступное местечко, откуда вытащили, чтобы пустить на металлолом, окончательно устаревшее оборудование, равно как вся сеть тесных вентиляционных шахт и узких щелей, по которым полагалось передвигаться корабельным электрикам.
Когда Маркель протиснулся в комнату, трое спикеров стояли, обнявшись, с дурацкими ухмылками на лицах.
- Какая жалость, - заметила Андрежурия, - что Сенграт не задержался еще немного. Тогда бы он прежде всех узнал эту новость.