Интересно, какие планы строили сотни поколений этих микробов по "завоеванию космического пространства"?
Величайшей целью и надеждой человечества провозглашена космическая экспансия. В этом видится решение проблемы выбора цели и, одновременно, выход из создавшегося кризисного положения. Но что мы понесем к звездам? Свою вражду, подозрительность, жестокость и хищничество? Мы испоганили Землю, а теперь мечтаем добраться до звезд. Мы собираемся нести в Галактику свою пиратскую мораль, свои великодержавные, колонизаторские представления.
Конференции по контактам напоминают военные советы людоедов перед нападением на соседнее племя - разница только в туманной наукообразности речей и большей, правда, только с точки зрения собравшихся, элегантности одежд. Чего стоит, например, знаменитый парадокс Ферми: раз мы до сих пор не стали объектом колонизации со стороны более развитых рас - значит, мы единственные умники во всей Вселенной. И лестно, и руки для вселенского разбоя развязаны.
Следуя этой логике, можно сказать, что, если ты прошел ночью через незнакомый, пустынный город и тебя не убили и даже не ограбили, то, значит, этот город вымер. Логика гангстеров! Обычным стало в таких кощунственных рассуждениях ссылаться на К.Э.Циолковского: "Земля - колыбель человечества..." и т. д. Похоже, что цитирующим не знакомо больше ничего из трудов Циолковского, кроме этой, с кровью вырванной цитаты. Совсем нечто другое имел в виду Циолковский, когда говорил: "Неужели вы думаете, что я так недалек, что допускаю эволюцию человечества и оставлю его в таком виде, в каком человек пребывает теперь: с двумя руками, двумя ногами и т. д. Нет, это было бы глупо. Эволюция есть движение вперед.
Человечество как единый объект эволюции тоже изменяется и, наконец, через миллиарды лет превращается в единый вид лучистой энергии". Разумеется, не расползающуюся по Вселенной, жрущую и жаждущую жратвы, размножающуюся протоплазму имел в виду К.Э.Циолковский! Не все уничтожающую экспансию вырвавшейся из колбы чумы! Деструктивная сторона прогресса стала основой того, что современное общество, поощряя науку в ее прагматических устремлениях, в то же время все более критически относится к ней. Эта критика особенно обострилась в последнее время. Помимо сомнения в том, что наука может быть единственным источником истинной картины мира, большую роль сыграл процесс дегуманизации науки. Со времен греческих, индийских, ацтекских и тибетских мудрецов, столетиями изучавших человека, прошли века. Наука устремила свои интересы преимущественно па познание внешнего мира, видя в человеке всего лишь либо биологический объект, либо элемент социологических изысканий. Интересы науки все в большей и большей степени стали определяться технологическими потребностями общества. "Едва ли можно сомневаться, что много более девяти десятых ученых-исследователей работают в областях знания, которые никакого отношения не имеют к той картине Космоса, которая считается результатом научной работы. Они совершенно не заинтересованы в этой картине и с пей в течение своей научной деятельности не встречаются. Ее изменения в области их знаний не сказываются. Они вполне без нее обходятся", - писал В.И.Вернадский.
Устанавливая свои узкопрагматические истины, наука построила бездушную модель природы, полностью лишенную человеческих ценностей и содержания. Пользуясь анализом как своим основным методом, наука расчленяет объекты познания, нимало нс заботясь о создании целостной картины мира, включающей в себя человека. По словам Н.Ф.Федорова, "все развитие наук состоит в разделении и отвлечении; человека наука рассматривает отдельно от условий его существования, антропологию от космологии, точно так же душу отделяют от тела, психологию от соматологии; последняя также разделяется на физиологию и анатомию; словом, чем далее идет анализ, тем мертвеннее продукты его". Считая своей главной и единственной задачей установление причинно-следственных связей, т. е. отвечая на вопрос "почему?", наука оказалась безразличной к вопросу "зачем?", "для чего?".
Еще в прошлом веке английский писатель Дж.Гиссинг предвидел: "Я ненавижу и боюсь науки, потому что, по моему убеждению, она на долгое время, если не навсегда, станет беспощадным врагом человечества. Я предвижу, как она разрушит всю простоту и теплоту жизни, красоту мира, как реставрирует она варварство под маской цивилизации, как затемнит она человеческие умы и ожесточит сердца".
Эскалация рационализма обернулась изживанием воображения, материальное благополучие породило душевную неустроенность.
"Именно этими причинами следует объяснить странную меланхолию, которую можно часто наблюдать у жителей демократических стран посреди окружающего изобилия, а также охватывающее их среди спокойного и удобного существования чувство отвращения к жизни", - писал французский социолог А.Токвиль.
Лозунги всех без исключения исторически прогрессивных движений в конечном счете сводятся как к общему знаменателю к одному: "Хлеба для всех! Умножения материальных благ и их справедливого распределения!" "Каждому по потребностям!!" - вот тот идеологический максимум, до которого дошли лучшие умы Земли за всю ее историю. Прогресс и совершенствование цивилизации измеряются только ростом производства все более роскошных и утонченных предметов потребления. А что касается "роста культурного уровня населения", то, как уверяют нас казенные оптимисты, набьем вот брюхо, и тут же начнет расти культура, и все будут дружно коллекционировать спичечные коробки, писать маслом и заниматься икебаной.
Не будет этого. Вспомните "Модель человека, полностью удовлетворенного желудочно" братьев Стругацких, или их же Страну Дураков, где показана вымышленная страна, достигшая полного материального благополучия, страна изобилия, общество массового потребления, набившие брюхо люди, которым и пальцем шевелить не надо, чтобы получить любые блага, народ, потерявший цель и смысл жизни. Духовный вакуум, бесцельность существования жители Страны Дураков пытаются заполнить поисками развлечений, принимающих все более и более извращенные формы. В этом-то они прогрессируют: от элементарного пьянства и "дрожки" - удивительного пророчества авторов, в деталях предсказавших облик современных дискотек задолго до их появления, - до щекочущих нервы аттракционов типа смертельно опасных похождений в заброшенном метро, сладострастного ритуала уничтожения произведений искусства и легко доступной любому психотехники, полностью выключающей людей из реальной жизни.
И ведь вся эта фантазия, весь этот гротеск, эта превосходно, по-мастерски построенная модель безобразного, абсолютно сытого будущего указывается в одной короткой фразе, которую произнес в магнитогорском трамвае молодой пьяный парень в ответ на упреки: "А чё делать-та?"
В этой фразе, как в зеркале, четко и даже афористично выражена суть проблемы. Я понимаю, что перед миром стоит много других серьезнейших проблем: угроза полного уничтожения человечества, экологические и ресурсные проблемы, нехватка продовольствия и миллионы голодающих. Но что делать одному человеку с его одной-единственной жизнью, если объектом интереса для философов давным-давно стало общество, а для государственных деятелей население? Почему общество отвергло один из человечнейших принципов этики Канта - принцип самоценности человеческой личности, которая не Должна быть приносима в жертву даже во имя блага всего общества? Человек рождается вечным, а потому добрым и открытым для всего мира. Счастье детей - в их поистине животном ощущении собственного бессмертия и вечности всего окружающего. Внезапно постигнув свою смертность, мимолетность своего существования, люди вступают в сложные, зачастую беспредельно запутанные отношения с миром, где главную роль играют фальшивые материальные идеалы.
Да, нельзя жить без пищи и одежды, но изысканная еда, богатые платья, машины, дачи, всевозможные ухищрения современной техники становятся объектом престижа, зависти и вожделения, становятся мечтой и смыслом жизни. Старуха из пушкинской "Сказки о рыбаке и рыбке" вполне может служить символом целеустремлений нашей цивилизации и их тщетности.