Он накинул на нее одеяло, склонился и поцеловал подставленную щеку.
Аромат ее волос призывал немедленно раздеться и лечь к ней, познать счастье и смысл жизни.
Хамрай был старый маг и еще мог владеть своими чувствами, хотя Аннаура почти отобрала это умение. Он направился к дверям.
- Я жду завтрашнего дня! - послала прощальный поцелуй Аннаура.
- Я тоже, - сказал Хамрай, - Я люблю вас, вы отобрали мое сердце и стали моей жизнью.
Он вышел из ее комнаты.
Своими словами он подписал себе смертный приговор. Отсрочка до завтра ничего не решала - то, что не сделал больше чем за столетие не сделаешь за сутки.
Но попытаться еще раз надо...
x x x
В кромешной темноте спускался Хамрай в подземелье замка - в усыпальницу Сидмортов, к волшебному коридору Алвисида, к единственному выходу из запертого дьяволовым куполом замка в огромный окружающий мир, который не прекратит существовать со смертью мага.
Он шел в мир, которому безразличны его мучительные раздумья и сомнения.
Хамраю не нужен был факел - он прекрасно видел в темноте. Он полтора столетия провел в темноте. Факел любви только сейчас зажегся перед ним, чтобы спалить его никому не нужную пустую пресную жизнь ярким ослепительным пламенем счастья.
Жизнь без любви, или - жизнь за любовь?!
Хамрай шел между гордых надгробий, думая о смерти.
Он не боится ее. И не боялся никогда. Но у него еще есть дела в этой жизни.
Он прошел тайной лестницей и приблизился к плите с зеленой змеей. Долго смотрел на символ Алвисида не зная - проклинать ему всемогущего бога или благодарить.
Он бережно протер рукой волшебный знак и вставил в паз маленький магический кристалл точно подогнанный под размер впадины. Хамрай не сомневался, что выход откроется - он знал.
И выход действительно открылся пред ним. Хамрай вошел без всякого трепета - другим были заняты мысли его.
Старый маг сразу обратил внимание на неожиданную странность выход напротив, в каталог Ферстстарр, был плотно закрыт - а ведь они в прошлый раз оставили его немного приоткрытым, намертво застопоренным!
В дальнем конце волшебного коридора, у прозрачной непреодолимой стены, закрывающей проход во дворец Алвисида, спиной к Хамраю стоял человек!
- Кто ты?! - громко крикнул Хамрай.
Он не удивился бы здесь никому. Даже самому Алвисиду.
Человек вздрогнул от неожиданности и быстро повернулся.
Это был Фоор.
x x x
Верховный координатор был потрясен, увидев Хамрая здесь и сейчас.
Он с удивлением посмотрел на правую руку. На указательном пальце был надет перстень Алвисида! Единственный перстень, талисман рода Сидмортов!
Как Хамрай попал сюда?!
Он все, наверное, понял (да и как не понять) - и расскажет наследнику Алвисида...
Нервная дрожь охватила могущественного предводителя алголиан.
Один из них не выйдет из этого коридора никогда!
Фоор знал - нельзя терять спокойствия и хладнокровия ни при каких обстоятельствах. О, как хорошо это знал единственный выживший из шестнадцати учеников великого Алвисида!
Он медленно пошел к Хамраю. Между ними было не более полутора сотен ярдов.
Хамрай тоже направился к Фоору. Лицо азиатского мага выражало лишь радостное удивление - но Фоор знал, что скрывается за этой маской.
Хамрай стал слишком опасен. Фоор не имеет права рисковать, он обязан довести до конца великое дело, святое дело - возрождение Алвисида!
Хамрай умрет.
x x x
Хамрай же не подозревал ничего - мало ли кому мог поручить воспользоваться коридором наследник Алвисида. И думал Хамрай о завтрашнем дне, не о сегодняшнем.
Когда между ними оставалось десять ярдов Фоор нанес сокрушительный удар.
Удар, в который вложил всю ненависть, все страхи, все волнения и надежды столетнего владычества над могущественным орденом.
Удар, смявший бы в ничто любого чародея, сбивший бы с ног Луцифера или какого-либо Олимпийского бога, уничтоживший бы любого демона или духа.
Он был верховным координатором алголиан, учеником самого Алвисида. Тайлорсом. Могущество тайлорса кажется любому колдуну беспредельным - каждый маг стремится стать тайлорсом, но удается это единицам, очень и очень немногим. И могущество тайлорса почти беспредельно. Но все имеет свой предел, в том числе и беспредел.
Хамрай выдержал внезапный удар. Он тоже тайлорс. Он тоже всемогущ, только не может освободить себя от дурацкого заклятия Алвисида.
Хамрай выдержал страшный удар. Он не удивился, он не рассердился - он мгновенно собрался в единый энергетический кулак, готовый бить и уничтожать.
Они замерли друг напротив друга - широко расставив ноги, держа в напряжении и готовности руки, ожидая кто теперь ударит первым.
Глаза...
Серые холодные глаза Фоора и черные сжигающие глаза Хамрая вбивались друг в друга, подавляя друг друга, уничтожая друг друга, впитываясь друг в друга.
Маги не шевелились.
Они ждали.
Каждый ждал, что другой совершит малейшую, но непоправимую ошибку.
Хамрай понял - Фоор потерял себя. Фоор обманом завладел перстнем. Фоор слишком хочет возрождения Алвисида и он потерял себя. Фоор мертв - его сожрут соратники. Это очевидно.
Но и он, Хамрай, тоже ведь мертвец - страшное заклятие Алвисида превратит его завтра в жуткое чудовище, которое не проживет и десятка минут.
Глаза Фоора заслонили весь мир и в них вдруг проявилось отражение Аннауры.
Да, он Хамрай умрет, его жизнь закончена. Но он умрет не сейчас и не здесь!!!
Фоор в ужасе отвел глаза и вновь ударил.
Коридор перестал существовать для двух магов.
Со всех сторон из ярких всполохов вселенских взрывов поползли невообразимые чудовища - тени погибших алголиан и духи, покоренные Хамраем. Они грызлись между собой, круша противника могучими хвостами, разрывая плоть врага острейшими когтями и клыками, давя многотонными лапами и коля стальными рогами.
Хамрай и Фоор неподвижно стояли друг против друга на расстоянии десяти ярдов.
И одновременно как два полководца на высоких холмах они взирали на ужасную битву своих армий.
Они стояли неподвижно и вновь смотрели друг другу в глаза.