Время от времени Эдан встречался глазами с Сильванной, которая сидела в противоположной стороне, и тогда его посещало острое желание видеть ее рядом с собой в качестве супруги, и в то же самое время он не мог не жалеть Ариэль, которая стала его женой, зная о его любви к другой женщине. На лице Ариэль сияла улыбка, но сердце ее было разбито. Об этом дне она мечтала с самого детства, но кто мог знать, что все будет именно так, как сейчас. Она пошла на это из любви к Эдану, пытаясь спасти его, но она не могла отделаться от мысли, что ее супруг чувствует себя попавшимся в ловушку, и хотя не она расставляла сети, все же добыча досталась ей.
Она не говорила с Сильванной с той самой ночи, когда ей пришлось рассказать о предстоящей свадьбе и о причинах, которые вынудили Эдана так поступить. Это был трудный и горький разговор, тем более, что Сильванна всячески пыталась его облегчить. Ариэль не знала, что от нее можно ждать. Она не очень хорошо знала Сильванну. Эльфийская девушка не общалась с придворными женщинами, предпочитая общество солдат, а те несколько раз, когда они о чем-либо разговаривали, были не более обычного обмена любезностями. Внешне она никак не среагировала на новость, которую ей сообщила Ариэль. Когда она выслушала причины для такого поступка, в ее глазах на мгновенье блеснула искорка, но этого было недостаточно для Ариэль. Сильванна слушала молча, а когда Ариэль закончила, она заметила:
— Вы тоже любите его.
Ариэль могла только кивнуть в ответ.
— Что ж, это хорошо, — произнесла Сильванна без всякого выражения. — Вы будете ему хорошей женой.
Ариэль ощутила комок в горле, произнося в ответ:
— Он хочет, чтобы вы знали, что он любит вас.
Сильванна в изумлении посмотрела на нее.
— Он попросил вас сказать мне об этом?
— Нет, — тихо ответила Ариэль, опуская глаза.
— Он никогда не смог бы попросить меня об этом. Я сама решила, что так будет правильно.
— Понимаю, — сказала Сильванна.
— С его стороны было бы нечестно просить об этом вас. Но с вашей стороны очень благородно поступить так. Благодарю вас, леди Ариэль.
— Я… я надеюсь, мы подружимся, — сказала Ариэль.
— Я всегда буду восхищаться вами и уважать вас, — отвечала Сильванна.
— Но на самом деле вы вовсе не хотите подружиться со мной. В свете всего происшедшего это было бы затруднительно. Я останусь до конца празднества. А затем мне лучше будет вернуться домой в Туаривель. Я слишком долго отсутствовала. Только пожалуйста не говорите ничего Эдану. Я не хочу прощаться. Спокойной ночи, моя госпожа.
Ариэль смотрела на Сильванну и пыталась сообразить, как скоро та собирается уехать. Она взглянула на Эдана, сидящего возле нее и занятого беседой с ее отцом. Он возненавидит меня, подумала она. Я люблю его всем сердцем, а он будет меня ненавидеть. И тут она увидела Лэру, сидящую рядом с императором и внимательно наблюдающую за ними обоими горящими как уголья глазами.
Внезапно двери распахнулись и на пороге возник герольд в сопровождении капитана армии. Капитан мрачно кивнул герольду, и по его знаку резкий звук горна перекрыл шум свадебного веселья. Все взгляды устремились на капитана. Капитан опустил одно колено, и склонив голову, обратился к императору.
— Государь, прошу великодушно простить меня за то, что я прерываю сие торжество, но я принес важное известие.
— Что случилось, капитан? — вопросил Микаэл.
— Государь, лорд Эрвин собрал войска и вторгся на территорию Аванила. Была битва. Наши потерпели поражение. Он находится от нас на расстоянии дневного перехода.
Наступила мертвая тишина.
Император поднялся.
— Дамы и господа, — произнес он.
— Прошу простить меня, но я вынужден прервать наш праздник. Прошу всех офицеров вернуться к войскам. Объявите всеобщий призыв. Через час мы выступаем. Те из присутствующих, кто не имеет отношения к армии, могут остаться и завершить обед.
— Прошу простить меня, — обратился Эдан к Ариэль, вставая с места.
— Я вынужден следовать своему долгу.
— Да, конечно, — ответила она, пытаясь понять, не прозвучало ли облегчения в его голосе? Когда гости стали расходиться, Ариэль быстро подошла к Сильванне.
— Вы ведь не уедете сейчас? — произнесла на.
— Нет, не сейчас, — сказала Сильванна.
— Мой отъезд вынужденно откладывается.
— Пожалуйста, приглядите за ним, — попросила Ариэль.
Сильванна взглянула на нее.
— Как всегда, — просто ответила она.
Храмовые колокола звонили, возвещая всеобщую тревогу, а на площади собрались войска. Эдан выходил из лодки, когда его слуга, уже одетый к бою, привел его коня и принес знамя и оружие. Эдан вскочил в седло и вместе с императором направился к войску. Всего несколько дней прошло с момента их последней кампании, так печально окончившейся, но все же пришли все оставшиеся в живых воины Ануира. Он знал, что так и будет. Только в этот раз не будет сражений ни с людоедами, ни с ноллами, ни с живыми мертвецами, ни с гоблинами. В этот раз они наконец сразятся с армией Боруина. И в этот раз должно наконец решиться, чья взяла. Эдан был уверен в этом.
Ибо нападение Эрвина сейчас было не просто совпадение. Несколько дней должно было у него уйти на то, чтобы собрать войска и добраться до Бросенгэ, чтобы оттуда нанести удар при поддержке пограничных войск. Значит, он начал организовывать наступление почти сразу же после того, как разгромленная армия Ануира вернулась с последнего боя. Каким-то образом ему удалось узнать о том, что из-за нескольких последних неудачных перемещений имперские солдаты были ослаблены и подавлены. Время было выбрано слишком правильно, и это не могло быть совпадением. Шпионы Эрвина хорошо поработали.
Что же, думал Эдан, глядя на солдат, они ослаблены, но вот подавлены? На каждом лице читалось твердое решение. Они будут защищать свой родной город, и они понимали, что это будет последняя битва. Отступление невозможно. И если Эрвин попытается спрятаться за своими войсками, они соберут все свои силы и будут атаковать до победного конца. Они устали от войны. Пришло время положить этому конец.
Микаэл направился к своим отрядам, офицеры построили войска и призвали их к вниманию. Когда император начал свою речь, Эдан вспомнил день из далекого прошлого на равнинах Сихарроу, когда юный Микаэл стоял перед своими «войсками» из партнеров по игре и призывал их к победе над Азраем. В этот раз в его руке был настоящий меч, а не деревянная игрушка. И голос его не был таким высоким и писклявым, как в детстве. Теперь он звучал чисто и звонко. И на этот раз Ариэль не станет участвовать в схватке, но останется дома, волнуясь, вернется ли ее супруг домой живым и невредимым. Он бросил взгляд на Сильванну, которая ехала рядом с Гильвейном и остальными эльфами. Их стало меньше, чем было восемь лет назад. Это были восемь тяжелых и утомительных лет, количество эльфов сократилось наполовину. Эльфы сражаются и умирают в человеческой войне. Поистине, почти как при Дейсмааре.
— Воины империи Ануир! — воскликнул Микаэл, и его голос разнесся над площадью, заставив всех вздрогнуть. Он сидел верхом перед своими пешими солдатами.
— Снова мы идем в битву! Много раз м собирались здесь за истекшие восемь лет. Я вижу много знакомых лиц. И, увы, многих лиц я не вижу. Наши собратья по оружию пали в сражениях, но они добровольно сражались и отдали свои жизни за то, что мы сейчас защищаем. Сегодня они незримо присутствуют среди нас, и если бы они могли говорить, они без всякого сомнения воззвали бы к нам, чтобы мы сделали их гибель не напрасной.
Ибо слишком долго свирепствовала война! Армия Боруина снова и снова наносила удары, но решающего сражения еще не было. Они спалили до тла наши поля и села, резали наш скот, топтали наш урожай и убивали наших сельских жителей. И ради чего? Ради того, чтобы удовлетворить честолюбие одного человека! Человека, жажда власти которого не знает границ. Эрвин из Боруина желает воссесть на Железный Трон и стать вашим императором. Он отрицает мое врожденное право на престол и называет меня самозванцем.