Врач тщательно осматривает меня, досадливо морщится и говорит:
– Послушай, Григ, тебя надо срочно начинать лечить. Вы, маоли, конечно, выносливее людей и в вас есть способность к регенерации, но твой организм истощен. Он больше не может бороться за жизнь. Пойми, если подождать еще пару дней, ты умрешь, и даже самая продвинутая медицина не сможет тебя спасти. У тебя отбиты почки. Ты мочишься кровью. Твой организм уже не принимает воду, стоит тебе попить и тебя тут же рвет. Скорее всего, у тебя внутреннее кровотечение. Возможно, разорвана селезенка. Раны на ступнях загноились. А твоя левая кисть… ее уже сейчас придется ампутировать, иначе начнется гангрена…
– Гангрена! Здорово! Это мне подходит, - паясничаю я. - Всегда мечтал загнуться от гангрены.
Врач смотрит на меня, как на безумца и качает головой.
– Я не могу понять тебя, Григ. Почему ты не хочешь сказать нам, где он, и каков код доступа? Ты же знаешь, рано или поздно мы все равно сломаем тебя.
– Если успеете, - возражаю я. - Ты же сам сказал, что у меня осталась всего пара дней.
– Нет, - качает он головой, - и не надейся, мы не дадим тебе умереть. Мы вылечим тебя и начнем все сначала.
Я молчу. У меня больше не осталось сил даже на разговор. И мне очень хочется пить. Но мой единственный источник воды - бачок унитаза, а до него еще надо доползти.
Врач достает шприц и вводит мне в вену иглу.
– Это очень сильное обезболивающее, скоро тебе станет легче, - поясняет он, и я понимаю, что мои дела и впрямь хуже некуда, если впервые за все это время мне будет позволено не чувствовать боль.
Врач собирает свои инструменты, поднимается на ноги, но не уходит. Он топчется возле меня, как дешевая шлюха возле клиента.
– Ну что еще? - не выдерживаю я. Мне хочется, чтобы он, наконец, ушел, и я смог начать свой бесконечный путь к унитазу.
"Стикки" поспешно склоняется к моему лицу.
– Григ, скажи нам все. Скажи! И тогда мы вылечим тебя, дадим много денег и позволим уйти. Ты же знаешь, что мы не обманем тебя!
Я молчу, хотя знаю, что он прав. Не обманут. И денег дадут, и вылечат, и отпустят.
– Рано или поздно мы сломаем тебя, - твердит он. - Или узнаем все, что нам нужно, другим способом.
– Другого способа нет! - отрезаю я.
– Ты так уверен в этом, Григ? - многозначительно спрашивает он, и у меня тревожно замирает сердце…
– Брайан, вы спите?
– А? - продираю глаза и приподнимаюсь на локте, не понимая толком, где я. Ага. Я в своей палате, в клинике. Видение закончилось. Хотя у меня все еще болит левая кисть и страшно хочется пить.
– Что с вами? - спрашивает Рабиш и внимательно присматривается ко мне. - У вас такой вид, будто вы только что повстречались с самим дьяволом.
– Хуже, док, - криво улыбаюсь я и тру левую кисть - разумеется, целую и невредимую. - Вы верите в переселение душ, док?
– У вас снова была галлюцинация? - Он смотрит на показания приборов над кроватью. - Снова учащалось сердцебиение, был резкий скачок давления…
– Ладно, док, со мной все в порядке, - перебиваю я. - Лучше скажите, что там с Ирэн?
Рабиш молчит и тщательно отводит от меня взгляд, делая вид, что полностью поглощен показаниями датчиков.
– Док! - рычу я.
– Ну что? - раздраженно откликается он. - Чего вы хотите от меня услышать? Я не волшебник! Я сделал все, что мог!
– И? - Еле удерживаюсь, чтобы не схватить его за грудки и не начать трясти.
– Через два дня она покончит с собой! - отрезает Рабиш и тяжело оседает на стул, ссутулив плечи.
– Ну, не надо так, док, - прошу я. - Пожалуйста, расскажите все подробно.
– А что тут рассказывать… Она оказалась очень внушаемой. Чтобы загипнотизировать ее, хватило бы и первого уровня, а ей влепили аж четвертый.
– Но разве нельзя снять с нее гипноз? - Мой голос дрожит. Мне кажется, что я схожу с ума. Рабиш немного смягчается.
– Я снял, - устало говорит он. - Но оказалось, что это только верхний слой. А под ним обнаружились еще. Похоже, она подверглась так называемому каскадному внушению. То есть было несколько сеансов гипноза с постепенным развитием… э… основных тем, но на предыдущие слои ставились ключи. Чтобы полностью снять с нее гипноз, надо знать эти ключи. Все ключи, - Рабиш выделяет голосом слово "все". - А их там что-то около двадцати.
– И что же делать, док?
Он пожимает плечами и молчит.
– А если попробовать гипноизлучатель? - предлагаю я. - Заложить в него другую программу: так, мол, и так, Ирэн, у тебя нет причины кончать с собой. И запустить это… как его… каскадное…
– Это незаконно, - возражает Рабиш. - Гипноизлучатели запрещены к использованию.
– О чем вы говорите, док? - перебиваю я. - Законно незаконно, какая разница. Ведь речь идет о жизни Ирэн!
– Можно попробовать, - с сомнением бормочет Рабиш. - Правда, я никогда не составлял программ для гипноизлучателей, и могу допустить ошибку… Скажу честно, Брайан, я не уверен, что у меня получится…
– Но ведь хуже Ирэн от этого не будет?
– Куда уж хуже, - вздыхает Рабиш.
– Тогда пробуйте, док!
Едва не выпихиваю его из палаты, а сам нетерпеливо слоняюсь из угла в угол, и едва не грызу ногти от беспокойства. Я настраиваюсь на многочасовое ожидание, но Рабиш возвращается сразу же и укоризненно говорит:
– Брайан, зачем вы забрали его?
– Кого?
– Гипноизлучатель.
– Чего?! Я не брал его, док, он мне на фиг не нужен!
Рабиш растеряно смотрит на меня и говорит упавшим голосом:
– Он исчез. Вы понимаете, Брайан, гипноизлучатель исчез!
– Погодите, док. Давайте по порядку. Где он был?
– В моем кабинете, в сейфе. Я запер его там после того, как мы с вами просмотрели на визоре диск с текстами.
– А кто после этого входил в ваш кабинет?
– Никто. Я поехал за Ирэн, а вы…
– Я пошел в палату. А вы уверены, что пока вас не было, никто не входил в ваш кабинет?
– Уверен. В мой кабинет войти могу только я… - Рабиш спохватывается. - И вы. Я же вчера дал вам экстренный допуск!
– Так может, вы его еще кому-нибудь давали? Ну, вспомните хорошенько!
– Да нечего вспоминать, - раздражается он и нажимает клавишу на браслете своего коммуникатора. - Запрос системе. Зачитать список экстренного допуска в кабинет главврача Клиники Нанохирургии Мозга.