Час спустя полковник ФСБ в отставке, Аркадий Борисович Дрозд уже садился в темно-зеленый "Рейнджровер", подъехавший прямо к его подъезду. Полковник был одет в серую шинель, папаху и показался Сереге очень рассерженным. Едва поздоровавшись, он тут же набросился на Михалыча:
— Саша, что это еще за номера такие? В кои веки раз мне повезло на действительно хорошую сделку, я уже собирался ехать к клиенту и везти его на склад, так на тебе, у тебя тут же что-то загорается в одном месте! Вот будет смеху, если благодаря тебе, мне, на старости лет, начнут выговаривать за необязательность, какие-то сопляки. А чего это ты вырядился, как какая-то шпана, дорогой мой? Не солидно, Саша, не солилно.
Повернувшись к рассерженному полковнику, Михалыч положил ему руку на плечо и негромко сказал:
— Борисыч, чем скорее ты мне поверишь, тем тебе же будет и легче. Сзади сидят двое ребят, еще полтора часа назад этому юноше было без малого сорок, а девушке тридцать пять лет. Теперь ты видишь перед собой юные цветущие лица. За ними сидит в багажнике ворон-гаруда, это крылатый убийца самого Создателя, мозгов у него, ничуть не меньше, чем у тебя самого и зовут его Конрад. Олежка, мой друг, я тебе про него как-то рассказывал, недавно побывал в Раю и только что вернулся. Теперь он Защитник Мироздания, я тоже, но иду вторым номером. Такие вот дела, старик. Через два часа ты тоже будешь у меня блестеть, как новая копейка, а сейчас нам нужно срочно вытащить из ментовки спутников Олега, которые прибыли вместе с ним из Рая. Они маги, как и я, но нам нельзя применять своих магических фокусов.
Аркадий Борисович в ответ на эти слова, матерно выругался и сделал попытку выйти из машины. Майор Серега немедленно пришел на помощь Михалычу и строго сказал:
— Полковник, не дури! Вот, взгляни, это мой офицерский билет, мне его выдали взамен сгоревшего в Чечне. Таким я был еще сегодня ночью. А часов в пять утра три омоновских отморозка из отряда Васьки Федорчука прокрались в нашу квартиру, перебили мне хребет, пока я спал, потом на моих глазах сначала изнасиловали, а потом и убили мою жену, Ольгу. Жестоко, убили, нехорошо. Ножами резали, садисты. Потом они и мне горлянку перепилили, медленно так, посмеиваясь. Ну, а часа полтора назад, твой друг не только вернул нас с того света, но даже и молодость нам вернул. Если хочешь, моя Оленька прямо на этой дорожке тебе сейчас обратное сальто с двумя пируэтами сделает, чтобы ты поверил своему другу, она ведь у меня когда-то мастером спорта была, по спортивной акробатике. Не дури, полковник, я тебе правду говорю, клянусь жизнью своей дочери!
Свою лепту внес и Конрад, который, как-то умудрился взобраться на спинку заднего сиденья джипа, и, вытянув шею чуть ли не к полковничьей папахе, каркнул и попросил:
— Мессир, можно я клюну этого упрямого болвана? Может тогда он поймет, что ему говорят чистую правду?
— Нет, Конрад, не надо. Я сейчас попробую Борисычу показать русалочку Олесю. Может быть, увидев её одним глазком, он сам поймет, что всем мои слова, это действительно правда?
Михалыч немедленно сориентировался на местности и сотворил маленькое магическое зеркальце, которое без труда проникло в камеру-отстойник для задержанных. Там находилось десятка два женщин, большая часть которых, увы, вызывала только одним своим внешним видом, далеко не самые лучшие чувства. Однако среди них было шесть таких удивительных красавиц, что Аркадий Борисович просто опешил, хотя и видел их через круглый экран, диаметром всего лишь в тридцать сантиметров. Приблизив магическое зеркало к голове одной из них, его друг что-то тихо пробормотал себе под нос, а затем негромко сказал:
— Ниэль, душа моя, это я, Михалыч. Мне срочно нужна ваша помощь!
Из круглого экрана, висящего прямо перед лобовым стеклом, донесся негромкий приятный голос:
— Приказывайте, мессир, мы все немедленно выполним.
— Ниэль, скажи, за вами кто-нибудь из ваших охранников сейчас наблюдает? - Быстро спросил Михалыч.
Девушка не поворачивая головы ответила:
— Нет, мессир. Сейчас никто.
— Хорошо, тогда вы все встаньте так, чтобы загородить от всех малышку Олесю. Мне нужно показать нашу прелестную русалочку одному вредному старикану, который мне чертовски нужен. Он может в пять минут выдернуть вас из этого обезьянника, но никак не хочет поверить в то, что вы прибыли вместе с Олежкой из Парадиз Ланда. Такой вот у меня упертый и вредный друг. Может быть, взглянув на Олесю одним глазком, он сам поймет, что таких девушек на Земле просто не может быть. Кстати, Ниэль, можешь и сама сказать ему пару ласковых слов, этого старого и упрямого черта зовут Аркаша.
Аркадий Борисович немедленно оскорбился:
— Саша, я не такой уж и старый, мне всего пятьдесят шесть.
Ниэль медленно повернулась и действительно сказала очень нежным и ласковым голосом:
— Сэр Аркаша, мессир говорит вам чистую правду, а сейчас вы увидите нашу подругу, юную русалочку Олесю.
Девушка в норковой шубке, голова которой была повязана большой цветастой шалью, немедленно отошла в угол, а её подруги, плечом к плечу встали перед ней, тут же образовав живую ширму, одетую в дорогие, роскошные меха, совершенно неуместные в этом грязном, заплеванном отстойнике. Магическое зеркало, повинуясь своему творцу, переместилось поближе к миниатюрной девушке и резко увеличилось в размерах, сделавшись размером от пола и до потолка машины. Теперь девушка была видна во весь рост и то, что произошло дальше, буквально изумило Аркадия Борисовича и привело его в невероятное волнение.
Каким-то неведомым для него образом и длинная норковая шубка, и цветастый платок, да и все прочие одежды, которые были надеты на этой девушке, мгновенно исчезли. Аркадий Борисович вдруг увидел пред собой нагую девушку такой поразительной и совершенно неземной красоты, что даже невольно вздрогнул. К тому же у девушки все волосы были невероятно-синего цвета, а тело само светилось изнутри. Девушка, нисколько не стесняясь своей наготы, чуть повела плечами, тряхнула своей прелестной головкой и, улыбаясь нежной улыбкой, которая просто сияла не её фарфоровом, очаровательном личике японской куколки, сказала тихим и просящим, звенящим, словно серебряный колокольчик, голоском: