— Ты прав, Уриэль, этим глупым и сонным курам нужно всем поотворачивать головы за такой промах, что я и сделаю, как только доберусь до них. Уж теперь-то они у меня попляшут, ленивые бездельники.
Что бы Блэкки не распалялся, я одернул Уриэля:
— Ури, ты порешь чушь! Вороны-гаруда Драконова леса, ни в чем не виноваты. Во-первых, они не получали приказа наблюдать за небом, а во-вторых, нельзя требовать от них невозможного, чтобы потом за это дрючить, как самых последних индюков. Ну, а тебе Блэкстоун не следует так относится к своим подданным, ты ведь знаешь, если один из твоих воинов чего-то не смог сделать, значит этого не смог бы сделать даже ты сам. И уж тем более ни одно живое существо, будь то ангел, маг или простой смертный, этого не сделали бы. Тебе, Блэкки, не стоило бы поддаваться гневу понапрасну. Ты должен всегда отстаивать своих воинов, перед кем угодно, даже перед самим Создателем! Ну, ладно, так не так, перетакивать уже нечего.
Прочитав эту отповедь, я задумался. Вырисовывалась довольно интересная картина и мне даже стало досадно, как это я не догадался об этом с самого начала. Не желая делать из своей догадки тайны, я немедленно высказался по этому поводу:
— Ну, что же друзья мои, теперь мы хотя бы знаем, что за третья сила нам противостоит. Похоже, что ангелы, которых Создатель заточил в своих подземельях, нашли способ как разрушить магические заклинания Создателя и теперь имеют возможность выбираться на свет божий, хотя, скорее всего, именно солнечного света они и не выносят. Так ведь, Уриэль? Птеродактили появились с заходом солнца?
Уриэль сидел на корточках на спине Доллара. Он увлеченно поглощал вторую порцию тушенки и не сразу ответил мне, но когда он, прожевав, открыл рот, то подтвердил мою догадку и даже сделал соответствующие оргвыводы:
— Да, мессир. Мы сражались с чудовищами при свете полной луны. Что же, выходит так, что возьмись я поймать одного из этих типов, то все равно ничего не смог сделать, даже если бы и погнался за черными ангелами. Ведь они просто вновь ушли под землю, чего я не смог бы сделать, даже в том случае, если бы упал на землю с высоты в сто километров.
Улыбнувшись Уриэлю, я сказал ему как можно теплее:
— Все правильно, Ури, ты сделал все что мог и большего тебе не дано было сделать, ведь ты не знаешь магических заклинаний, позволяющих ангелам из подземелий Создателя, выводить тиранозавров и птеродактилей прямо из-под земли и скрываться там в минуты опасности. Надеюсь, ты понимаешь, Уриэль, что у меня нет ни малейшего желания воевать с твоими собратьями и, даже наоборот, я попытаюсь сделать все, что только будет в моих силах, чтобы вызволить их из темницы и вернуть им светлый облик. Они уже достаточно настрадались и если нам с тобой удастся прервать сон Создателя, то я буду на коленях молить его о том, чтобы он простил своих верных, но таких нетерпеливых помощников. А теперь друзья, давайте-ка залегать на боковую.
Ослябя, который спровоцировал меня провести ночь на открытом воздухе, как будто я был какой-нибудь бойскаут, решительно поднялся на ноги и, взяв в руки свое седло, вдруг, громко заявил мне:
— Однако, Михалыч, коли Урилька вновь с нами, я поеду вперед и подготовлю тебе встречу в Малой Коляде.
По мне, так Ослябя мог забрать с собой и своих братцев, которые обладали феноменальной способностью храпеть, лежа в любом положении, с меня вполне хватало и одной единственной телохранительницы, которая делила со мной ложе каждую ночь и была просто божественно хороша в постели. Может быть не так энергична и требовательна как моя прекрасная царица Нефертити, но зато удивительно нежна и ласкова. Обняв Лауру за талию, я взял спальник и пошел в степь, стараясь удалиться как можно дальше от костра.
Все равно, неподалеку от меня будут дремать в полглаза вороны и кто-то из вудменов будет находиться в боевом охранении, но когда эти парни не спят, они двигаются тихо, словно тени или бесплотные духи леса. Уже через несколько минут мы лежали в спальном мешке и смотрели на яркие звезды, которые в отличие от звезд Зазеркалья, не имели имен, хотя они и использовались людьми, при составлении магических заклинаний, в том числе и любовных.
На следующий день, уже ближе к вечеру мы поднялись на вершину огромного холма, стоящего на берегу широкой и полноводной реки. Между подножием холма и рекой вдоль берега раскинулась на несколько километров Малая Коляда, которая, как выяснилось, была городом с населением в тридцать с чем-то тысяч человек, что по меркам Парадиз Ланда, являлось весьма необычным явлением, так как небожители не строили больших городов.
Малая Коляда вся утопала в зелени садов. Хотя этот город и был срублен из дерева, он был построен крепко и основательно. Дома в нем стояли большие, с просторными дворами, иные в два, а то и в три этажа. Еще сверху я заметил, что в Малой Коляде царят суета и жуткая беготня. Это меня не очень-то радовало, но зато я был обрадован тому, что вдоль берега реки стояло множество банек и из всех труб весело курился легкий дымок. Вот по чем я соскучился еще в Зазеркалье, так это по хорошей, горячей бане и дубовому веничку.
Сдерживая бег наших коней, мы стали степенно и чинно спускаться по Розовой дороге, которую я проложил от вершины холма прямо к тому месту в центре Малой Коляды, где стояла большая толпа народу. Нас встречали громкими звуками гуслей, рожков и ложек, выстукивающих веселую и задорную плясовую мелодию. Все жители Малой Коляды были нарядно одеты и сердце у меня от этого бешено заколотилось, когда я увидел русских бородатых мужиков в длинных белых рубахах, разноцветных штанах и красных сапожках, женщин и девушек в нарядных сарафанах, с кокошниками, богато расшитых бисером, на голове.
В Малой Коляде жило очень много вудменов, едва ли не треть её населения. Жило в ней также довольно много представителей других рас небожителей и чисто русское население составляло лишь четверть жителей этого города, но даже нимфы и дриады были одеты в древнерусские платья, не говоря уже о русалках, кикиморах и русоволосых красавицах человеческой расы с длинными косами через плечо, стоящими перед нами большим полукругом. Позади них стояли мужчины и тоже самых разных рас, но и они были тоже одеты в белые рубахи с вышивкой, штаны и обуты в сапожки с загнутыми кверху носками и только вудмены были одеты в свои юбки и мохнатые овчинные куртки, словно им было мало своей собственной шерсти. Так что это был город русичей.