Текст Berakhoth, 7 : l-12 дает сбивчивый ответ на вопрос, кто ?am-ha'ares: всякий, кто не произносит утром и вечером молитвы, всякий, кто не имеет особых знаков благочестия на одежде, на своем доме и т. д. В самом тексте есть противоречие, потому что всякий, не учащий своих детей Торе, - ?am-ha'ares, но так же может быть назван и человек, читающий Тору без talmide hakham.
По-видимому, перед свободным толкованием закона, не связанным с принятием halakha, был некоторый страх, потому что от равви Елиезера из Модины, принадлежавшего ко второму поколению Мишны, между 90-м и 130-м гг. н. э., сохранилось следующее изречение: "Тот, кто оскверняет священное, пренебрегает праздниками... придает Торе иное значение, чем halakha, то если он даже обладает знанием Торы и добрыми делами, не будет участником в будущей жизни" (Aboth, 3 : 15).
Этот же страх извращенного понимания Торы, вероятно, говорит и в запрещении равви Hija? заниматься законом в присутствии ?am-ha'ares.27
Приведенные тексты позволяют нам видеть в 'am-ha'ares группу людей не абсолютно невежественных. Кроме того, источник дает нам право еще на один вывод. Возможно, что у ?am-ha'ares были свои синагоги; по крайней мере равви Доса бен Архинос ('???????), живший в конце I-начале II в. н. э., сказал так: "Сон утром, вино в полдень, болтовня с детьми и сидение в собраниях ?am-ha'ares уводят человека из будущей жизни" (Aboth, 3:4). Для слова "собрание" употреблено выражение keiiesot; большая часть комментаторов старается доказать, что это слово в данном случае не обозначает религиозного (синагогального) собрания, а лишь частное. Но мы в этом случае соглашаемся с Фридлендером, который видит в этом выражении недвусмысленное указание на синагоги и молитвенные собрания у ?am-ha'ares. Сошлемся также на авторитет Гейгера,28 который указывает, что термин keneset соответствует греческому ????????, и приводит тому примеры. Воздержимся только от крайнего вывода, который делает Фридлендер,29 говоря, что синагогами ?am-ha'ares можно назвать и синагоги диаспоры, в которых проповедовали Павел, Варнава, Аполлос и которые были предметами отвращения и негодования для законников. Для такого понимания мы не имеем достаточных оснований, а тексты, которые у нас есть, дают лишь возможность предположить, что в распоряжении ?am-ha'ares были молитвенные дома - синагоги. Возможно, что и Иисус проповедовал в таких синагогах.
Более чем естественно, что за презрение раввинистической, фарисейской группы ?am-ha'ares платил ненавистью. Равви Акиба, родившийся в 50 г. н. э. и погибший мученической смертью в 132 г., откровенно говорит о своем прошлом: "Когда я был ?am-ha'ares, я говорил: если кто мне даст ученого, я укушу его, как осел. Сказали ему ученики: равви, скажи "как собака". Он сказал им: этот (осел) кусает и ломает кости, а та (собака) кусает, но кости не ломает".30
Равви Елиезер Великий после разрушения храма отмечает особенное падение нравов: и про ?am-ha'ares говорят, что они совершенно "проходят и пропадают".31 Он оставил изречение, которое мы уже приводили: "Если бы мы не были им нужны для дел торговли, они убили бы нас",32 что вполне совпадает с признанием равви Акибы.
Один аноним говорит об этой ненависти так: "Ненависть человека ?am-ha'ares к ученому больше, чем ненависть язычника к Израилю, а ненависть их жен еще больше".33
Но и отношение книжнической среды не отличалось особой кроткостью. По крайней мере в начале III в. равви Самуил Нееман передает следующие слова, вкладывая их в уста равви Иоханана (если это Иоханан бен Заккай, учитель Елиезера, то мы получаем I в. н. э.): "Равви Самуил сын Неемана сказал, что равви Иоханан сказал, что (человека из) ?am-ha'ares позволено порвать, как рыбу. Равви Самуил сын Исаака сказал: И со спины его".34
В этом же роде и другой рассказ, переданный нам в Baba bathra, l : 5, fol. 8a, относящийся уже к середине II в. н. э.35 "Равви открыл свою кладовую в голодный год и сказал: пусть войдут знающие Писание, Мишну, Талмуд, Галаху и Аггаду, но ?am-ha'ares пусть не входят. Протиснулся равви Ионатан сын Амрама и, войдя, сказал ему: равви, накорми меня. Он ответил ему: ты изучал (читал) Библию - нет; ты изучал Мишну - нет; как же мне накормить тебя. "Накорми меня, как собаку, как ворона". И он накормил его. Когда он ушел, сидел равви и сокрушался, говоря: ой, горе мне, что я дал хлеб мой ?am-ha'ares. Когда дело объяснилось, равви просил войти всех".
Не следует, однако, придавать приведенным текстам решающего значения; многие равви высказывают истинную любовь, терпение, кротость к людям и проявляют истинное милосердие.
Прежде чем подвести итоги, скажем несколько слов о том, как ставился интересующий нас вопрос в предшествующих исследованиях.
Еще Суренгусием, издателем Мишны в Амстердаме,36 были сделаны ценные заметки об ?am-ha'ares, но и он, и после него37 все видят в ?am-ha'ares грубую невежественную массу, которая не может вызвать никакого интереса. Монтефиоре считает ошибочным видеть в евангельских грешниках ?am-ha'ares, а для таких исследователей, как Буссе и Бертолет,38 этого понятия вовсе не существует. Фридлендер в одной из своих книг39 дал новое направление исследованию.40 Для него ?am-ha'ares - народ, стремящийся сбросить иго закона, но чрезмерное увлечение эллинизмом не позволяет Фридлендеру сделать определенных выводов, для пего Иисус и Павел - явления духа диаспоры. Дальнейшего развития его взгляды не получили.41 Даже чуткий Шюрер только свел материалы по этому вопросу во II томе своей капитальной книги.42 В позднейшей литературе можно назвать лишь интересные, но без достаточных оснований сделанные построения Константина Бруннера,43 где он ставит Иисуса рядом с ?am-ha'ares в связи с его конфликтом с фарисеями.
Суммируем намеченные нами выводы. ?Am-ha'ares - это иудейское простонародье, сельская масса, заклейменная презрением книжнической среды как в Мишне, так и в Евангелиях. Выполнение закона, отягченного преданиями старцев, требовало внимания и сил, уделять которые народ, живущий трудовой жизнью, не мог. Точная, мелочная регламентация давила его, как бремя, а на пренебрежение законников он готов был отвечать ненавистью. Для части народа праведный фарисей мог быть идеалом. Но люди, встревоженные апокалиптическими и эсхатологическими чаяниями, жили в смутном ожидании событий, небесных явлений и прихода Мессии. Не случайно ищут они пророка, ходят к Иоанну, слушают Иисуса. Если фарисеи и не были единомышленниками в новых религиозных верованиях, то суровость закона, праведность их, в которой не хватало истинной любви, отталкивали. Пропасть между праведным законником и грешным человеком была так велика, идеал казался таким недостижимым, что перед ним рождался ужас и начиналось искание новых путей. В раввинистических слоях сохраняется старая закваска, а Царство божие должно было подняться на новых дрожжах. В Иоанне Крестителе, Иисусе, апостолах мы видим учителей этой народной массы учителей, которые из нее вышли, были ей близки и ее же стремились научить истине, которая им открывалась. Если мытари присоединились к Иисусу, то потому, что они также представлялись отрицательным явлением в глазах раввинистических групп и не могли надеяться на спасение. Народ, проклятый за неисполнение закона, и мытари, проклятые за свою грешную жизнь, соединились в жажде найти истину.
ХРОНИКА
ПСЕВДО-ДИОНИСИЯ ТЕЛЬМАХРСКОГО
О ЮЖНОЙ АРАВИИ
Последние три десятилетия показали исключительно большие успехи в изучении истории Южной Аравии. Своеобразие развития этой страны, высокий уровень ее культуры в древности засвидетельствованы замечательной письменностью, сохранившейся в многочисленных эпиграфических памятниках. Сведения этих выбитых на камне надписей представляют особую ценность как исходящие непосредственно от свидетелей и участников событий. Но воссоздать историю государства "царицы Савской" можно лишь с помощью нарративных источников. Сочинения на арабском языке относятся к позднему времени, хотя в ряде случаев передают древнюю устную традицию.