Этот знак был очень хорошо знаком мне! Он изредка появлялся на наших фотопленках, отснимавшихся в "домах с привидениями". И давно стал для нас своего рода "опознавательным знаком" Неведомого Мира.
В данном конкретном случае перевернутое "э" было, по всей видимости, энергетическим отблеском от неизвестного таинственного прибора, внедренного в тело женщины в том зале с низким потолком. Это "э" объективно - на негативе! - показывало, что прибор все еще находится на месте внутри женского тела.
Фотокопия рентгенограммы публикуется в (14).
ЧЕРТОВ ХЛЕБ (9)
Самое худшее - черта в полдень помянуть. Вот была у меня золовка, Марией звали. Пошла она раз на пожню. Уморилась очень. Домой пришла, а свекруха хлеб месит, а печеного ни краюхи нет. Мария голодная была, и все ей кажется, будто свекруха медленно работает... Тут Мария думает: "Ты тут сиди голодная, чтоб тебе черт помог " - и вдруг видит: тесто-то само так и месится, так пузырем и встало. А свекруха на лавку привалилась, как стена белая, а тесто в печку скок, да из печки на стол. Готовое.
КАК "ПУГАЛО" (2)
Меня самого пугало на Прилуке. К жене ходил за два километра. Против Кузомени есть остров Великий, она рыбачила там, на Прилуке. В 1938 году это было. Я собрался идти... так темно было... Ну, пошел. Уже с полкилометра осталось до Прилуки. Березняк такой частый - руками раздвигаешь, тут полянка, а я руками раздвигаю, и вдруг: полна полянка, видом все как монахи, их много фигур, больше десяти, и несут гроб на колышках. Сзади одна женщина очень сильно ревет. Покойник - с таким носом длинным. А женщина как ступит, так руками и падает на гроб. А Другие никто не ревет, а поют молитву вполголоса.
Идут все в унылом таком виде, некоторые по бокам идут, не несут гроб, а некоторые впереди идут. В мою сторону ни один не взглянул.
А я вот так остановился, руками раздвинул ветки, и так стою. И они прошли в сторону севера. А я стоял так, пока они не прошли, только спины едва-едва видны, и я потом побежал напролом, вперед... И я добежал до окон (до людского жилища.- А. П.), и вся рубаха так, как выжми.
ЧЕРТ В КУРМЫШЕ (3)
28 февраля 1814 года состоялось решение Курмышского уездного суда "предать суду Божию" дело о невидимом голосе, необъяснимых стуках и бросаниях камней, кирпичей, лаптей, поленьев и прочего в избе вдовы П. Ф. Раздьяковой.
Выписка из документального отчета: "У старухи Раздьяковой жило невидимое существо, которое говорило самым тоненьким голосом так, как будто голос слышался из стены кельи. Он особенно любил старушку, жившую вместе с хозяйкой, и называл ее "Бабушка черный платочек", а не любил и мучил дворовую девку Анастасию, данную хозяйке кельи в услужение дальними родственниками... Невидимое существо про себя говорило, что оно - сын богатого московского купца, умершего, и что у него жива только мать, которая его прокляла за то, что он очень любил девушек и гулял по трактирам. Когда невидимое существо стало очень мучить Анастасию, то приходил в келью производить дознание бывший тогда городничий Иван Иванович Субочев".
ПРОДЕЛКИ НЕВИДИМКИ (17)
Пришлось нам в рольне заночевать (рольня - помещение на бумажных фабриках 19 века, где в чанах вымешивали бумагу.- А. П.). Лежим все вместе... Как вдруг ктото над головами у нас заходил. Лежали-то мы внизу, а заходил он наверху, у (мельничного.- А. П.) колеса. Слышим мы: ходит... Вода вдруг по колесу как зашумит. Застучит; застучит колесо, завертится; а заставки спущены.
Дивимся мы: кто же это их поднял, что вода пошла. Однако колесо повертелось, да и стало. Пошел тот опять к двери наверху, да по лестнице спускаться стал... Ну, подошел к нашей двери - дверь вдруг вся так и распахнулась. Всполохнулись мы, смотрим - ничего... Вдруг, глядь, у одного чана форма (сетка, которой черпали из чанов бумажную массу.-А.П.) зашевелилась, поднялась... Походила, походила этак по воздуху, да и опять - на место. Потом у другого чана крюк снялся с гвоздя, да опять - на гвоздь. Потом будто кто-то к двери пошел, да вдруг как закашляет, как заперхается...
Мы все ворохом и свалились, друг под дружку полезли. Уж как же мы испугались в ту пору!
САМОДВИЖУЩАЯСЯ БОЧКА (10)
Уломский старик гвоздарь шел как-то из дереини г ю род. Дело было под вечер. Вдруг среди поля чт(п, Дпрохотало. Оглянулся-катится бочка, а со стороны Kiiiiii'. ;^и
то голос: "Перекрести дорогу!" Старик испугался, отскочил в сторону покатилась бочка мимо, а в ней ясно слышен был звон серебряных денег.
ВЕСТИ С ТОГО СВЕТА (4)
Рассказывает ярославский архиепископ Нил: -В 1871 году умер 24-летний певчий А. Я. от эпидемической холеры. Через десять дней после смерти, именно утром 16 июля, явился он мне.
На нем был знакомый мне сюртук, только удлиненный до пят. В момент явления я сидел у стола гостиной своей, а он вошел из залы довольно скорым шагом, как это и всегда бывало... и, не сказав ни слова, начал высыпать на стол из-под жилета медные деньги с малой примесью серебра. С изумлением спросил я: - Что это значит? Он отвечал: - На уплату долга.
Надобно заметить, что накануне приходили от фотографа Г., объявив, что по книгам значится за А. Я. четыре рубля. Я неоднократно повторил:
- Нет, нет, не нужны твои деньги, сам заплачу твой долг. При сих словах А. Я. с осторожностью сказал мне: - Говорите потише, чтобы не слыхали другие. На выраженную мною готовность уплатить за него долг он не возражал, а деньги не замедлил сгрести рукою со стола. Но куда положил он их, не удалось мне заметить, а кажется, они тут же исчезли. Затем, вставши со стула, я обратился к А. Я. с вопросом: - Где находишься ты, отшедши от нас? - Как бы в заключенном замке. - Имеете ли вы какое-либо сближение с ангелами? - Для ангелов мы чужды. - А к Богу имеете ли какое отношение? - Об этом после когда-нибудь скажу. Не в одном ли месте с тобою Миша? Миша - тоже певчий, мальчик, живший в одной комнате с А. Я. и скончавшийся года за четыре перед тем. - Не в одном. - Кто же с тобою? - Всякий сброд.
- Имеете ли вы какое развлечение? - Никакого. У нас даже звуки не слышатся никогда, ибо духи не говорят между собою. - А пища какая-либо есть у духов? - Ни-ни.
- Ты же как чувствуешь себя? - Я тоскую. - Чем же этому помочь?
- Молитесь за меня, вот доныне не совершаются обо мне заупокойные литургии.
При сих словах душа моя возмутилась, и я стал перед покойником извиняться, что не заказал сорокоуста, но что непременно это сделаю. Последние слова, видимо, успокоили собеседника.
За сим он просил благословения, чтобы идти в путь свой. При этом я спросил его:
- Нужно ли испрашивать у кого-либо дозволения на отлучку?
Ответ заключался в одном слове: да. И слово это было произнесено протяжно, уныло и как бы по принуждению.
"ЧТО ЭТО ПРИКЛЮЧИЛОСЬ?!" (7)
Еду. Время было одиннадцатый-двенадцатый час. Сижу на телеге, собака бежит впереди меня. Смотрю: идет человек к перекрестку. И мой конь как раз на перекрестке остановился. Он подходит: - Здравствуйте! Здравствуйте. - Это куда дорога идет? - На Нерчинск,- я говорю. - Ну вот,- говорит,- покажите! -'А чего тут показывать-то? - Покажите!
И повернулся, пошел. И я за ним следом пошел. Идем, разговариваем, он все расспрашивает... И до сейчас не могу представить, что это приключилось?! Хоть бы я пьяный был? Самому удивительно... Вот идем, идем, идем... И он меня завел километров на семь или восемь в сторону. Там поля колхоза "Первое мая" - вот туда завел! Я запинаюсь по пахоте, а не вижу кочек. Потом говорю: - Так куда мы это идем?
Раз! - и человека не стало! Я теперь остановился, закурил. Да что это такое?! И человека нету! Смотрю; а я вон где!..
ГОЛОС УТОПЛЕННИКА (17)
Я (здесь: классик русской литературы 19 века И.С.Тургенев.- А. П.) поглядел кругом: торжественно и царственно стояла ночь... Павел встал и взял в руку пустой котельчик.
- Куда ты? - спросил его Федя.
- К реке, водицы зачерпнуть. Водицы захотелось попить. Собаки поднялись и пошли за ним. - Смотри, не упади в реку! - крикнул ему вслед Илюша.