Позади них из-за угла вынырнул какой-то "джип" и остановился перед домом Пирата.
Би-биип! Би-биип!- призывно и весело просигналил гудок.
Ваню хотел обернуться, но Капитан прижал его к себе.
- Идем, Ваню, не оборачивайся! Это двигатель привезли для корабля.
- Двигатель?!
- Да. Хочешь, пойдем завтра на рыбалку?
- Пойдем.
- Ты можешь встать пораньше? На рассвете?
- Я сплю у самого окна. Ты свистни - я сразу вскочу. На глазах у ошеломленной команды и пораженного Димо из "джипа" выпрыгнули старшина и два молодых солдата.
- Давай! Держи!.. О-оп, не уронить бы!.. Куда ставить-то?
Мотор сверкнул на солнце серебристой краской. Торпеда и Петух распахнули ворота и повели солдат к навесу.
Далеко, в глубине улицы, еще белела рубаха Капитана.
- Это двигатель со списанного военного катера, - пояснил старшина, немного удивляясь тому, как странно ведут себя ребята. - Но двигатель исправный, работает как часы. Ваш Капитан - золото, а не парень, упросил нашего майора. Где он, кстати?
Старшина обвел их взглядом.
- Сбегай-ка за ним! - сказал он Седому, стоявшему ближе всех. - Да что это с тобой? Где воевал?
Седой спрятался за спиной Димо.
Солдаты вернулись.
- Что, ребята, все в порядке? Отнесли?
Димо слушал и не слышал. Он достал из кармана блокнот и быстро написал: "Капитан, вернись. Разве трудно извиниться? Что особенного? Димо".
Он вырвал листок и протянул Мичману.
- Мигом! Догони и передай!
Мичман рванулся с места.
"Не может быть, чтоб не вернулся", - думал Димо. Когда Капитан уходил, Димо понял: что-то неладно, а что, он и сам не знал.
- Зачем вам двигатель? - спросил старшина.
Димо очнулся:
- Да так, строим одну штуку. Вот закончим, пригласим и пехоту.
- Смотрите не забудьте!
- Не забудем.
- Договорились!
Старшина протянул Димо большую, сильную руку.
- Вы его на всякий случай смажьте. Постой-ка, пошли со мной одного паренька! Дадим вам смазочного масла. Харала'мпи, Данко, пошевеливайтесь, едем! Оп! - Ему понравился Петух. - Оп-ля!
Мичман догнал Капитана и Ваню.
- Капитан!
- Я захвачу с собой помидоров, - говорил Капитан.
- Капитан!
Мичман шел за ними, отдуваясь: он сильно запыхался, пока бежал.
Капитан взял себя в руки.
- Не разговаривай со мной! Ты же знаешь устав: кто заговорит с исключенным, сам будет исключен!
У Ваню слезы текли по лицу и голос дрожал от обиды и боли:
- Ты же с большинством?
- Все ведь голосовали...
Это звучало как попытка оправдаться.
- Тебе записка от Димо На, возьми! Ну, возьми же!
Мичман поравнялся с ними и протянул записку, Капитан на ходу пробежал ее глазами. Просить прощения? Никогда!
- Возьми, Капитан! Это от Димо!
- А червяки? - спросил Капитан.
- Я накопаю.
- Крупные, жирные, на сома... Как те, под камнями... Знаешь?
- Знаю.
Ваню отер рукой слезы. Шмыгнул носом Мичман не отставал.
- Капитан, ну чего ты, правда?.. Подумаешь, велика беда! Сам же его отдубасил?
Со двора Пирата донеслось громкое "ура" Мичман оглянулся.
- Капитан, Фомич приехал!
И повернул назад.
- Вперед, Ваню, не оборачиваться! - дрогнувшим голосом произнес Капитан.
- Как те, Капитан?.. Да? - пытался продолжить разговор старший матрос.
По его щекам опять потекли слезы. Вернуться бы и хоть одним глазком взглянуть! Все сейчас смотрят на Фомича, никто и не заметит. Чтобы не поддаться искушению, он стал смотреть прямо перед собой.
Нет, не все смотрели на Фомича. Один из моряков провожал глазами белое и синее пятнышки в глубине улицы. "Эх ты, старый пират, - думал он, - зачем же ты поднял руку, зачем промолчал?"
19. ЧЕЛОВЕК ЗА БОРТОМ
Пробковый поплавок неподвижно лежал на поверхности омута. От засухи вода в реке спала и на местах поглубже казалась неподвижной. Ваню держал удочку. С самого утра поплавок ни разу не шевельнулся. Эх, зря они не прошли дальше. Какие там омуты!
- Капитан!
Капитан ковырял землю прутиком. "Исключили? Ну и пусть! Если Седой опять скажет такое, он опять его отколошматит".
- Мичман правду сказал?
Нет, он не станет просить прощения! Всё. Баста! Пусть хоть на коленях умоляют, извиняться он не будет!
- Правда, Капитан?
Но Димо тоже не пойдет на попятный. Просто ради авторитета. Взрослые никогда не уступают.
- Ну что ты молчишь, Капитан?
Все оказались против него - все подняли руку. Ваню положил удочку; взял пустую консервную банку и молча спустился к реке; набрал в банку воды; пошел к плотине; сел на корточки. Медленно, осторожно стал лить воду в маленькую нору.
Хорошо бы найти мешок с золотом. Они с Капитаном купили бы себе скутер и понеслись по реке. Вж-ж!.. Ребята бы лопнули от зависти! Или нет! Вместе с Капитаном тайком перенесли бы скутер к Пирату во двор и оставили под навесом. Как ту доску, что они как-то утром там обнаружили. Так и не узнали, откуда она взялась, кто ее принес... А впрочем, больно нужно! Еще им скутер отдавай! Сами поплывем по реке, с Капитаном.
- Ваню, ты что там делаешь?
- Кузнечика ловлю.
- Брось!
- Да ведь на червей не берет.
- Брось!
- Почему, Капитан?
- Потому.
Накануне вечером кузнечик под окном молчал, ночью тоже его не было слышно. Что с ним стряслось? Капитан долго стоял у окна и ждал.
Ваню вернулся. Голубая стрекоза застыла над поплавком в парящем полете. Сейчас сядет, обязательно сядет. Села. Настоящий вертолет. Поплавок дрогнул. Стрекоза взмыла вверх и исчезла.
- Капитан! - Ваню потянул его за рукав и указал подбородком на поплавок. Клюет.
Подал ему удочку и затаил дыхание. 'Поплавок заплясал на воде. Успокоился.
- Опять заснул, - сказал Ваню.
Капитан потянул леску. Поплавок еле заметно плыл к водовороту. Внизу была рыба. Старая и хитрая. И, должно быть, крупная. Мелкие рыбешки глупо дергают частыми, короткими рывками.
Вдруг поплавок исчез. Капитан подождал секунду и подсек. Ивовая удочка изогнулась.
- Проглотил. Капитан, проглотил! - Ваню запрыгал от радости. - У-ра! А большая рыба, Капитан! Как та?
Малыш не знал, как изменчиво счастье. Капитан отчаянно боролся с леской. Она была чересчур короткая. Хорошая леска, целый моток остался во дворе у Пирата. Капитан дернул сильнее. Ему хотелось хоть взглянуть, какая там рыба.