— Я хочу удостовериться, что никто за вами не следит. Не беспокойтесь. Я знаю людей, с которыми я работаю, и я знаю, что они за мной не следят. Поэтому расслабьтесь.
— Вы еще очень многого не знаете.
— Доверьтесь мне. Хорошо?
— Хорошо. До скорого.
Времени на то, чтобы доесть обед, уже не оставалось. Натан вручил официанту две двадцатидолларовые бу мажки.
— Этого, я надеюсь, хватит на уплату по счету. К сожалению, я должен бежать. Сдачу оставьте себе.
Выбежав на улицу, он почти сразу же поймал такси.
— Площадь Омония, сказал он водителю и положил двадцатку на сиденье рядом с ним. — Я должен там быть еще вчера.
Таксист хорошо его понял, тем более что Натан держал в руке уже вторую двадцатку. Вместо обычных получаса он уложился меньше чем в пятнадцать минут. С риском для жизни промчавшись по узким боковым улочкам, они, визжа тормозами, остановились на площади Омония.
К сожалению, Натан оказался на восточной стороне площади, тогда как предполагал оказаться на противоположной.
— Проклятье! — процедил он сквозь сжатые зубы и бросился бежать. Ему предстояло пробежать целый квартал параллельно площади, ибо пересечь ее было бы опасным безрассудством. Если за Надин следят, он выбежит прямо на тех, кто ведет слежку. Придется добраться до этого хорошо знакомого ему здания кружным путем. Со второго этажа оттуда хорошо видна вся площадь за исключением того места, где растут несколько коротких пальм.
У него был еще некоторый запас времени, но он хотел занять свой наблюдательный пункт еще до того, как Надин выйдет из лавки, чтобы он мог понаблюдать за ней. Вбежав в здание, он, тяжело дыша, бросился вверх по лестнице. Каждая когда-либо выкуренная им сигарета, казалось, затрудняла его бег. Он прильнул к окну как раз в тот момент, когда Надин вышла из лавки. Пока, во всяком случае, за ней никто не следил. Короткая, облегающая юбка подчеркивала длину и стройность ее ног, густые волосы развевались на ходу. Она заметно выделялась среди, не такой уж густой толпы. Деловые люди расходились с площади, чтобы пообедать и предаться полуденной сиесте.
Натан подождал, пока она завернет за угол. В этот момент он как раз мог установить с полной точностью, наблюдают за ней или нет.
Убедившись, что никто за ней не наблюдает, он бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.
— Надин! — позвал он, махая рукой из открытых дверей.
Она улыбнулась и подошла к нему почти вплотную. Ему ужасно хотелось обнять ее, но вместо этого он про сто пожал ей руку.
— Вы выглядите просто замечательно. Как дела?
— Благодарю вас. По-моему, неплохо.
Ее большие зеленые глаза сверкали как два изумруда. Они неудержимо притягивали его к себе.
И тут вдруг за ним раздался громкий взрыв. Он инстинктивно прижал Надин к стене, закрыв ее всем своим телом. Оглянувшись, он понял, что это был оглушительный выхлоп проезжающей по площади машины. Натан сконфуженно улыбнулся. Она ответила, ему сочувственной улыбкой.
— Надо смываться отсюда, — сказал он.
— Куда мы пойдем?
— Тут есть местечко, где мы не рискуем наткнуться на кого-либо знакомого. Поехали. — И он подозвал такси.
Натан всегда считал, что гора Ликавитос лучшее место для обозрения всего города. Если бы не смог, ко торый целыми днями окутывал Афины, зрелище было бы в самом деле великолепным, но теперь им можно было наслаждаться лишь по ночам.
Он помог Надин выйти из машины, помимо своей воли чувствуя себя как школьник на первом свидании. В конце концов, она важное действующее лицо в этой операции. Если он даст волю своим чувствам, он мо жет свертывать все это дело и отправляться домой. Ес ли, конечно, он попадет домой.
Они прошли через пустынный парк, где лишь коегде на широких лужайках целовались парочки. Уселись на деревянную скамью около ствола старой смоковницы. Тень создавала впечатление прохлады, запах гниющих на земле фиников приятно щекотал обоняние. Когда Натан и Надин посмотрели перед собой на землю, они оба по краснели. Все кругом было усеяно использованными резинками.
Он повернулся к ней с улыбкой.
— Извините, но это место, где мы будем в безопасности. Как и многие до нас.
Они оба рассмеялись, и он продолжал:
— Афинская молодежь использует это место как открытую спальню. Здесь происходит непре рывная оргия.
— Я не хотела бы видеть это ночью.
— Никаких проблем, — сказал он, — вы не увидите. Так что же происходит в квартире?
— В данный момент ничего. Но как я уже сказала по телефону, завтра прибывает человек с распоряжениями. И мы все отправимся туда, куда нам скажут. Вы предупреждали меня, чтобы я была как можно осторожнее. Но все люди…
— Я имел в виду моих людей. Квартира напичкана «жучками», за ней ведется постоянное наблюдение. Моссад практически контролирует каждый их шаг.
— Значит, они тоже участники замышляемого убийства?
— Я думал, вы уже поняли это.
— Поняла, но мне все не верится.
Натан принялся расспрашивать ее о ячейке. Он хотел знать, как выглядит каждый из них и какое оружие предполагает использовать. Что они делают в свободное время? Кто управляет всем этим шоу? Это был бесконечный поток вопросов; некоторые из них требовали еще и дополнительных. Когда Натан получил ответы на свои вопросы, у него сложилось впечатление, будто он лично познакомился со всеми террористами. В это время на другой конец скамейки уселась молодая пара и стала страстно целоваться. Тогда Натан сказал:
— Пойдемте пообедаем.
В конце извилистой тропы находился ресторан с широкой террасой, откуда открывался вид на весь город. Они сели за небольшой круглый столик около каменного парапета. Западный ветер уже начинал развеивать смог, висящий над площадями и улицами.
— Что вы собираетесь делать, когда получите всю не обходимую информацию? — спросила Надин.
— Сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить их, но пока я не могу сказать, как именно.
Натан достал фотографию из кармана и показал Надин.
— Вы когда нибудь видели этого человека?
— Она внимательно поглядела на фото.
— Нет, не думаю.
— Никаких проблем, но я должен был спросить.