- Живы? - спросил Жунусов, устало опускаясь на бревна.
Я бросился к нему навстречу:
- Ну как? Кто стрелял?
Но Ильяс не торопился с ответом. Он достал портсигар и закурил, привычно прикрыв папиросу ладонью. Огонек медленно подбирался к пальцам и вдруг потух, истощившись.
- Задержали третьего Лымаря. Зорин со своими ребятами. А стреляли? Стреляли, чтобы не ушел, понимаешь?
Мы молчали. К чему слова? Все хорошо, что хорошо кончается.
...На обратном пути Жунусов ехал рядом с шофером. На востоке уже занималась зеленоватая заря, было свежо, во все щели "газика" задувал холодный ветер. Жунусов поднял воротник плаща и засунул кисти рук в рукава.
Вот сделал человек свое дело и теперь возвращается домой. Да, странно как-то все получилось. Даже ни одного патрона не истратили.
Жунусов, видимо, задремал, откинувшись на спинку сиденья. Шофер повел машину тише, тормозя перед каждой колдобиной.
Но капитан не спал.
- Ты чего? А ну, давай! - сказал он.
Шофер ухмыльнулся, поплевал на ладони и повел машину быстрее.
Внезапно, будто видение, в свате фар возникла женская фигура. Женщина стояла на обочине дороги, кутаясь в теплый платок и жмурясь от яркого света.
- Жена, - сказал Жунусов, и в голосе его я услышал испуг.
Машина остановилась. Женщина постояла с минуту, вглядываясь. Потом сорвалась с места и подбежала.
- Ты что? - небрежно спросил Жунусов.
- А ты не знаешь, Ильяс? - взволнованно заговорила женщина. - Уж утро на дворе, а тебя все нет и нет...
- Э-э! - махнул рукой Жунусов. - Первый раз, что ли? Спала бы лучше.
Она села рядом со мной и только тут заметила меня.
- Ой, кто это?
- Наш гость, Лиза.
Мы поздоровались, рука у нее была жесткой и сильной.
Машина въезжала в село. Во всех домах спали, только в одном из них, на дальнем конце улицы, светилось окно.
* * *
Знаете ли вы, что такое граница? Вам представляется она овеянной дымкой романтики, в громе выстрелов, в фейерверке подвигов. Это все есть, не спорю. Но бывает и так, как было в ту ночь на Малой поляне. И я запомнил границу именно такой: трудная работа, одинокая женщина, ожидающая мужа на обочине ночной дороги.