— Бегемотов? — удивился Батя.
— Да! Бегемотов… В зоологический сад их нужно было бы направить, а не к нам.
— И хорошо нарисованы? — улыбаясь, продолжал Батя.
Геворкян остановился на минуту, внимательно посмотрел на Батю, пожал плечами и начал снова ходить по комнате.
Он принялся излагать Бате все трудности, с какими он уже встретился и, наверное, встретится в дальнейшем при осуществлении нового проекта. Трудностей было так много, что говорить с них можно было бы очень долго. Но неожиданно в дверь постучали, и на пороге появился дежурный вахтер.
— Товарищ главинж, — проговорил он, косясь на Батю. — Тут вот из окна видно, как двигается скелет… В шестой лаборатории…
— Что? — удивился Геворкян.
— Надо бы взглянуть, — начал было Батя, обращаясь к главному инженеру. — Действительно, что им там делать в такое время?
Но Геворкян уже вышел из комнаты вслед за вахтером.
![В глубь земли img_4.png](https://litlife.club/books/65410/read/images/img_4.png)
— В неурочное время работают… — продолжал вахтер, хорошо известный всему институту старик Панферыч. — В темноте сидят и этим самым скелетом занимаются…
— В темноте работают, — тихо продолжал Панферыч, еле поспевая за главным инженером, шагавшим быстрой и отрывистой походкой. Только тени мелькают…
Они проходили по длинному и слабо освещенному коридору. Глухо разносилось по нему эхо, повторяя шарканье шагов и пыхтение Панферыча. Наконец у одного из окон Панферыч остановился.
— Товарищ Геворкян! Кажется, тут… — проговорил он. — Так и есть! Смотрите, пожалуйста…
Главный инженер остановился.
Напротив была темная стена соседнего корпуса, расположенного совсем рядом. В больших квадратных окнах здания кое-где отражались звезды. По-видимому, начинала всходить луна, так как соседняя крыша уже серебрилась от слабого, чуть розового света. Но окна нижнего этажа были погружены в полную темноту. И только в одном из окон, внизу, было отчетливо видно зеленоватое фосфоресцирующее сияние. Черные, сильно увеличенные тени людей иногда появлялись в окне и быстро исчезали.
![В глубь земли img_5.png](https://litlife.club/books/65410/read/images/img_5.png)
Но не присутствие фосфоресцирующего сияния в окне и не тени людей удивляли главного инженера. Его поражало нечто другое. В глубине комнаты виднелся скелет… зеленый, светящийся…
Позвоночник, ряд ребер и маленький череп беспрерывно двигались. Особенно широкими пульсирующими движениями извивался позвоночник. Череп же через равные промежутки времени совершал однообразные повороты. Геворкяну показалось, что он видит даже оскал зубов.
— Да откуда эти кости? Что за чертовщина! Пойдем туда, надо посмотреть… — проговорил Геворкян.
Они почти бегом стали спускаться по лестнице. Но ближайшая выходная дверь оказалась закрытой Пришлось снова подыматься наверх, бежать по коридору и снова спускаться по другой лестнице.
Теперь им осталось пересечь большой институтский двор, чтобы обогнуть корпус, из которого они только что вышли. Вот уже и вход в лабораторию № 6. Главный инженер резко дергает дверную ручку. Но дверь не поддается. Она закрыта на ключ!
Через несколько минут, когда на место происшествия прибыл начальник институтской охраны с ключами и Геворкяну, наконец, удалось проникнуть в закрытое помещение, в нем никого не оказалось.
ГЛАВА ВТОРАЯ
«ТРИ МУШКЕТЕРА»
Рано утром перед дверью в приемную главного инженера остановились трое.
— Ты начнешь, Ермолай? — спросил один из них.
— Очень нужно!.. Идея твоя в основном, — ответил второй грубоватым баском, делая ударение на «о». — Как ты думаешь, Гога? — добавил он через некоторое время.
![В глубь земли img_6.png](https://litlife.club/books/65410/read/images/img_6.png)
— Гм-гм… — произнес Гога, внимательно разглядывая потолок.
— Вот видишь, Сашенька? — радостно пробасил Ермолай. — Гога со мной согласен. Придется начинать тебе.
Затем все трое, один за другим, вошли в приемную и, стараясь не шуметь, уселись на диване.
«По ранжиру сидят», подумал, взглянув на них, ожидавший своей очереди начальник институтской охраны.
Действительно, самый высокий из друзей, Александр Корелин, юноша с голубыми мечтательными глазами сидел с краю. Посредине находился Ермолай Богдыханов, широкоплечий и грузный, с лицом немного озорным и хитрым. Ниже всех ростом был Гога Шереметьев, юноша очень серьезный и сосредоточенный. Даже теперь, всего только рассматривая потолок, делал он это необычайно внимательно и с глубокомысленным видом.
Все трое были студентами машиностроительного института, недавно прибывшими сюда на практику.
— Ну, как нравится вам у нас работать? — спросила секретарша, обращаясь к студентам.
— Ничего… Спасибо, — ответил Корелин. — Мы очень довольны. Разве вот…
Корелин запнулся, так как из кабинета послышался голос главного инженера. Геворкян, видимо, с кем-то спорил и говорил таким громким, не терпящим возражении голосом, что вошедшим показалось, будто бы хозяин кабинета чем-то очень недоволен.
Встревоженные студенты переглянулись. Между тем секретарша продолжала сидеть спокойно, не обращав внимания на крики.
— Десять километров!? Что?.. Ерунда!.. — несся из-за дверей зычный голос Арама Григорьевича. Возвр-р-р-ратится! Что?.. Возвр-р-р-ратится!!!
— Скажите, пожалуйста… — осторожно спросил Корелин, обращаясь к секретарше, — скажите, что, главный инженер сегодня не в духе?
На лице секретарши появилось строгое выражение, говорившее одновременно о недоумении и легком презрении к новым посетителям.
— Почему не в духе? — спокойно проговорила она. — Наоборот! Разве вы не слышите, как он бодро разговаривает?
— Слышу, — согласился Корелин. — Однако…
Но в это время дверь из кабинета распахнулась, и на пороге появилась девушка в синем рабочем халате. К удивлению студентов, на ее лице не были видно слез или каких-либо других признаков обиды. Девушка приветливо улыбалась.
— Вот! — гордо проговорила она, протягивая какую-то бумажку секретарше. — Арам Григорьевич просил передать вам для приказа. Тут благодарность лаборатории электроразведки и лично мне.
— Гмм… — тихо произнес Гога, толкая локтем Богдыханова в бок.
— Милое дело… — прошептал при этом Богдыханов, обращаясь к Корелину.
![В глубь земли img_7.png](https://litlife.club/books/65410/read/images/img_7.png)
Следующим пошел в кабинет к главному инженера, грузно стуча сапогами, начальник институтской охраны. Массивная, обитая черной клеенкой дверь с шумом захлопнулась за ним.
Вскоре друзья заметили, что секретарша начала проявлять явные признаки беспокойства. Она стала внимательно прислушиваться к еле слышимым звукам, доносившимся из кабинета. Лицо ее приняло очень серьезное выражение.
Как ни старались три друга угадать причину, взволновавшую секретаршу, но так и не могли догадаться. Из кабинета слышался лишь тихий и совершенно неразборчивый разговор.
— Это возмутительно… — печально проговорила секретарша — Врачи запрещают Араму Григорьевичу чрезмерно волноваться… А на этой неделе вот уже третий случай, когда он буквально выходит из себя… Что там произошло?..
— Простите. Я вас не понимаю… - скромно заметил Корелин — Откуда вы знаете, что главный инженер сильно взволнован?
Секретарша опять окинула студентов взором, выражавшим легкое недоумение. Она еще раз внимательно прислушалась к тихому разговору, доносившемуся из кабинета, подождала немного и лишь затем ответила:
— Вы совершенно не знаете Арама Григорьевича. Разве не слышно, что он молчит? В нормальном состоянии он говорит громко, кричит. А это что? Вы только прислушайтесь! До чего довели человека!..
Проникшись уважением к такому необыкновенному объяснению секретарши, студенты молчали. Только теперь они обратили внимание, что из кабинета действительно слышался только один голос начальника институтской охраны. Он, видимо, в чем-то оправдывался. Голоса же главного инженера не было слышно совсем.