- Документы? А причем здесь Инна?
- Вот именно, при чем?. Мы подразумеваем, что он как раз их держал на столе, когда кто то стукнул его по голове, а потом здесь же на ковре добрался до печени. Так что ваша Инна могла бы из России не уезжать..., с такими бумажками любой будет прощен.
- Выходит вы и это знали?
- Знали. Но до сих пор не знаем, где документы. Здесь в таможне выяснили, что никаких документов она с собой не вывозила. Значит они должны быть у вас. Верните нам их, Валентин Иванович.
- У меня их тоже нет.
- Вы только что отрицали, что "Кельн" у вас...
- Он дома. Вам его могу вернуть.
Алексей Игнатьевич задумался.
- Пока не надо. Инна все же как-никак его хозяйка, раз отдала вам, значит он ваш. Где же документы?
Я развожу руками.
- Ну ладно, Валентин Иванович, раз нет, так нет. Вот вам моя карточка, там телефоны, позвоните если что... Вы сейчас на автобус?
- Да.
- Давайте я вас подвезу на своей машине.
- Я не против.
ФСБешник неплохо ведет "Волгу".
- Валентин Иванович, поступили сигналы, что из вашего морга пропадают человеческие органы. Такое может быть?
- Может.
- И вы знаете, кто этим занимается?
- Только предполагаю.
- И кто? Вы мне можете поделиться?
- Алексей Игнатьевич, мерзавцев среди докторов хватает. Нового присланного специалиста, я уже проследил, а вот тот кому он передавал, пытаюсь вспомнить.
- Понятно. Вы меня все таки постарайтесь держать в курсе дела.
- Я вам помогу в этом. Мне самому все это не нравиться.
- В чем дело, Валентин? - сурово встретил меня главный.
- У меня действительно к вам дело.
- Садись. Выкладывай.
- Этот новенький, Борис, потихоньку таскает свежие органы и продает их на сторону.
Главный даже подпрыгнул на стуле.
- Откуда это знаешь?
- Я сам вчера видел как он продавал их одному типу. Я его... в общем, лицо этого типа знакомое, только не могу вспомнить...
- Об этом еще кто-нибудь знает?
- Нет, - соврал я.
- Ты вот что, Валентин, иди работай, а я постараюсь по своим каналам выяснить, какие придурки здесь шляются и покупают человечину...
- Борис сегодня будет продавать..., после конца работы...
- Хорошо, иди...
Сегодня день тяжелый, утренняя и вечерняя смена ведет экспертизу людей погибших при крушении дома. Их больше пятидесяти. Полу раздавленные или просто обрубки тел, скопились в холодильнике. Я успел до перерыва провести экспертизу пяти человек и почувствовал, что выжат как лимон. Еле-еле приполз в комнатку отдыха, где уже сидели мои коллеги с признаками дикой усталости на лице.
- Ну и работенка, сегодня, - признается Борис, - у меня бланков не хватает все описать.
- Мне попался странный тип с дыркой в грудине, - говорит Галя, - я дала заключение, что это пуля. А следователи не поверили, наверно вам, Валентин Иванович, его подбросят.
- Чего это они вдруг?
- Ну как же, дом то разрушился, а тут в нем убитый.
- Эх, жизнь..., - крякает Борис и... достает бутылку водки.
Он уже, не стесняясь нас, делает несколько глотков.
- Не хотите глотнуть? - предлагает он.
Мы отказываемся. Борис проглатывает еще немного водяры и откинувшись на стуле, тупо смотрит в потолок. Наступила тишина. Через несколько минут кряхтит Семен.
- И почему нам гонят столько трупов. Я такого потока не где не видал. На старом месте работы, от силы в день два-три покойника, а здесь... река.
- У нас считается морг центральный. Вот и везут со всех сторон. Авария дома была, всех чехом сюда... и так всегда, - успокаиваю его я.
- Завод какой то...
Опять тишина. На этот раз до конца отдыха.
Мне действительно подсовывают труп, который уже проверяла Галя. Я сразу нашел дырку в груди и распоров швы, полез внутрь. Эх Галя, Галя. Ты не копнула глубже. Я не стал церемонится с человеческим телом и отпилив два ребра, удалив часть легкого, добрался до истины. Пуля было на излете, она дошла до позвоночника и уткнувшись в него, застряв между отростками. До аварии дома, человек был жив, это потом его голову неудачно спрессовал обломок бетонного перекрытия. Только стал заканчивать вскрытие, как тут же напротив стола появился незнакомый мне гражданский.
- Вы проводили его экспертизу? - спрашивает он.
- Да.
- Выяснили причину?
- Конечно.
И тут на уровне трупа вижу в его руке пистолет с большим глушителем. Это была моя спасительная реакция. Я просто толкнул труп в его сторону, что то глухо щелкнуло, парень отшатнулся от валящегося на пол тела и тут запускаю ему в лицо кювету с отрезанным легким. Отскочившая кювета с грохотом несется по каменному полу. Лицо налетчика в крови и слизи. Он пытается свободной рукой снять всю эту гадость с физиономии. Тут я бросился к двери и помчался по коридору в сторону морозильника, срывая на ходу маску и передник.
В лабиринте стеллажей и каталок, нахожу свободную и, содрав с какого то мертвеца простынь, ложусь на вонючее ложе. Теперь закрываю себя тканью и затихаю. Слышен стук двери, кто то осторожно бродит между стеллажами, иногда задерживаясь перед тем или другим трупом.
Я через материю на свет, сразу увидел тень руки, она уцепилась за простынь и потащила ее. Парень руку с пистолетом держит у носа, зажимая его двумя пальцами.
- Ха, - вскрикиваю я.
От неожиданности тот отшатывается, выбрасывая свободную от оружия ладонь, я перехватываю ее и, рванув на себя, падаю с каталки. Налетчик пошатнулся и повалился со мной на ледяной пол. Пистолет, от удара о плитки, отскакивает и катится по полу под стеллажи. Мы боремся под колесами каталок, расталкивая их в сторону. Два раза он въехал мне по физиономии и я с трудом отбиваюсь от явно тренированной фигуры. Наконец мне удалось отпихнуть нападавшего ногами и я вскакиваю. Поднимается и тот. Он достает что то из кармана и со щелчком из его руки выскакивает нож. Я отскакиваю назад и пропихнувшись между каталок, толкаю одну из них на него. Мужик прет как танк и тут за его спиной что то взметнулось и сильный удар обрушился на голову неизвестного, он валится на пол и затихает. Со свернутыми носилками стоит Трофим.
- Я, энто... гляжу... чужак, да еще с этой... ножиком. Думаю, вдарю и вот...
- Молодец, а то я думал, мне конец. Веревки есть?
- А как же. Ремни для упокойников...
- Тащи сюда. Свяжем этого гада.
- У вас того... кровь.
Я провожу тыльной стороной руки по лицу и замечаю на ней красные следы.
- Черт с ним. Тащи ремни.
Мы с Трофимом опутываем мужика ремнями.
- Покарауль его, - прошу я его.
- Ага.
- Очнется, будет что-нибудь говорить, врежь ему еще раз...
- Ага.
- Я побегу вызывать милицию.
- Ага.
Я помчался в кабинет главного к телефону. Сначала позвонил в милицию и вызвал ее сюда, потом Алексей Игнатьевичу, хорошо хоть он был на месте, и, наконец, главному домой.
- Валентин, - удивился главный, услышав мой голос.
- У нас ЧП. В морг проник мужик и пытался меня убить, пришлось его связать.
- Так он жив?
- Жив.
- Милицию вызвал?
- Да, только что сообщил. Сейчас едет сюда.
Наступило молчание.
- Хорошо..., я тоже приеду.
Главный повесил трубку.
После пошел по комнатам посмотреть как наши...
Галя копалась в теле раздавленной девочки.
- Что с тобой, Валентин? - раздался испуганный голос из-под маски. - У тебя лицо разбито.
- Слава богу, цела. Здесь один типчик, пришел с улицы и подрался со мной.
- Господи, да что же творится?
- Я пойду посмотрю остальных.
В своей комнате, Борис лежал на полу, глядя остекленевшими глазами в потолок. На лбу выделялась красноватая точка, след от выстрела.
Семена нашел в курилке. Он наслаждался сигаретой.
- Ты ничего не заметил? - спросил я его просовывая голову в дверь.